Страница 7 из 51
— Куда вы меня везёте? Что вам от меня надо? — закричала я.
— Заткнись, сучка…
— Выпустите меня!
Второй мужчина заржал.
— Кажется, я знаю, чем заткнуть ей рот!
В волосы на затылке вцепились сильные пальцы и нагнули меня лицом к мужским коленям.
Мужчина пытался расстегнуть ширинку и одновременно толкал меня лицом в свой пах.
— Давай, давай… Пососёшь — больше пользы будет! Верещишь, как резаная!
— Эй, ты! — окрикнул его водитель. — Коваль сказал, девчонку пальцем не трогать!
— Вот как раз пальцем я её и не трону!
Мужчине удалось расстегнуть ширинку, он поспешно оттягивал резинку трусов.
— Кир, уймись! — рявкнул водитель и резко нажал на тормоза.
Все чудом не полетели вперёд. Неудавшийся насильник со всей дури уткнулся лицом в кресло, стоящее перед ним.
— Какого хрена? — взревели двое мужчин, садясь обратно.
Я тоже слетела с сиденья и нащупала пальцами лезвие ножа, выпавшее у похитителя из рук при резкой остановке.
— Коваль сказал, девчонку не трогать. Ясно? — рявкнул водитель. — Посадите её на место. Пять минут езды, а ты хрен знает что устроил!
Меня усадили обратно на сиденье, но взбудораженный мужчина не мог не дёрнуть меня за волосы.
Я сжала лезвие и полоснула его по руке в ответ.
Второй мужчина, до этого лениво сидевший с другой стороны, мгновенно выхватил у меня нож из рук и ударил меня рукояткой по рёбрам с левой стороны.
От сильной боли у меня перехватило дыхание и покатились слёзы градом.
Сначала я боялась даже дышать.
Боль была острая и пронзительная.
— Вот теперь будет сидеть спокойно. А ты, Кир, уймись. Или я тебя выкину…
Тот, кого назвали Киром, застегнул ширинку и сел.
Меня привезли в какой-то клуб, завели в VIP-кабину. Комната утопала в красном. У шеста извивалась стриптизёрши. Мужчина средних лет, с залысиной спокойно курил, глядя на старания танцовщицу.
— О, ну наконец-то! Привели, — улыбнулся он мне и кинул к ногам стриптизёрши пару купюр. — Свободна, цыпа. Девчонку сюда!
Мужчина щёлкнул пальцами. Меня подвели к дивану и толкнули, вынуждая сесть.
Я рухнула на диван, словно подкошенная, и вытерла пальцами дорожки слёз на щеках.
— Ну и почему она такая зарёванная? Я же сказал, девчонку не трогать! — весело сказал мужчина. — Пошли прочь. Оба.
В VIP-кабине осталась только я и этот мужчина.
— Знаешь, кто я?
— Знаю, — слабым голосом ответила я.
— Знаешь? Хорошо. Но всё же я тебе напомню, что меня зовут Коваленко Сергей Николаевич. Но многие меня называют просто Коваль… А знаешь, почему ты здесь, Самарская Диана?
Мне было сложно даже кивнуть головой в знак отрицания или согласия. Всё тело было сковано болью.
Коваленко внушал мне опасения. У него были светлые глаза, но какие-то мутноватые. Голос тихий и обманчиво вкрадчивый. Он производил впечатление человека, который только выжидает удобного случая, чтобы напасть и ударить. Без промаха.
— Мы с твоим папой были партнёры, — ласково произнёс Коваль, как будто с годовалым ребёнком разговаривал.
Он поднёс сигару ко рту и затянулся. Второй рукой наполнил бокал янтарным виски.
— Тебе выпить не предлагаю. Рано тебе ещё пить, Дианочка, — вздохнул он. — Ты ещё такая молоденькая. Но в то же время взрослая. Не стоит знакомиться сразу со всеми прелестями взрослой жизни. Так вот, Диана. Дела с твоим отцом всегда шли отлично. Без проблем. Когда твоего папаши не стало, я сначала напрягся. Не знал, чего ожидать от того, кто встал на его место. Но потом понял, что дела идут как прежде. Однако в последнее время… кое-что изменилось. Мне плевать на самом деле, кто сейчас управляет делами фирмы — ты сама или твой поверенный человек. Но мне не плевать, что вы начали зарываться и попытались «обуть» меня. Неужели вы решили, что я ничего не узнаю? Но я узнал. Узнал и очень сильно расстроился. Я выставил вашей фирме срок уплаты долга. И что я вижу? Вы не торопитесь платить, крошечка. Мало того, попытались сдать меня властям. Нехорошо, правда.
— Сдать вас? Мы этого не делали! — только и смогла произнести в своё оправдание.
Потому что во всём остальном Коваль был прав.
Но я бы ни за что, никогда не попыталась так глупо «слить» такого человека и нажить себе этим проблем!
Папа меня много раз предупреждал. Я не во всём следовала его советам, но этот ни за что бы не нарушила!
Однако судя по скептическому взгляду Коваля, он мне не поверил. Лишь медленно осушил бокал виски, смакуя жидкость на языке.
— Я бы охотнее трепался с твоим отцом. Он здорово глушил коньяк и был крепким мужиком. Но даже самые крепкие рано или поздно отправляются на тот свет, а потом начинаются проблемы. Как у нас с тобой. Вернее, проблемы у тебя, Самарская. Потому что я очень зол. Понимаешь, к чему я веду, Диана?
Отрицательно покачала головой.
Я понимала, что влипла в крупные неприятности, но я впервые находилась под таким сильным давлением. Довольно быстро научившись управлению, я считала, что смогу встать у руля и ворочать деньгами и бизнесом, как отец.
Но на деле я оказалась не готовой к ведению опасных дел.
Тем более, я оказалась не готовой к такому жёсткому прессингу со стороны мужчин, которые видели во мне лишь кусок мяса для развлечений.
— В общем, дела твои сейчас неважнецкие, Самарская. Ты мне должна. К тому же я обижен до глубины своей трепетной души. А ты, не желая расстраивать меня ещё больше, расплатишься по долгам. Отдашь мне вот этот и вот этот тракт… — Коваль начеркал на бумажке условное обозначение двух путей, которыми компания отца перевозила незаконные грузы.
— Я не могу отдать их вам. Это львиная доля прибыли! Если я лишусь этого, фирма отца станет банкротом.
— Меня эти проблемы не волнуют, — пожал плечами мужчина.
— Я не могу!
— А ты подумай хорошенько. Сделаешь это, и твой долг будет закрыт. Ты сможешь и дальше жить тихо-мирно, не пересекаясь ни со мной, ни с моими парнями. Хорошие у меня парни служат, да?.. — рассмеялся Коваль.
— Я не могу пустить всё на ветер. Вы просите слишком много. Мой проступок столько не стоит! — воскликнула я.
— Ну-ну… Не кричи, не пускай слёзы. Подумай хорошенько, идёт? — гаденько улыбнулся Коваль. — Я даю тебе одну неделю, чтобы ты напрягла свои куриные извилины и приняла правильное решение. Просто подумай.
— Неужели нет другого выхода?!
— Другого выхода нет, — хищно оскалился Коваль. — Но есть моральный ущерб и долг тоже имеется. Хороший долг!
Коваль лениво потыкал пальцами в телефон и толкнул его в мою сторону по поверхности стола.
Нули перед моими глазами расползались в разные стороны, казалось, что чем дольше я смотрю на цифры, тем больше становится нулей.
Коваль замахнулся на слишком жирный кусок: захотел отобрать, практически, весь бизнес моего отца и «повесил» на меня чудовищно огромный долг.
— У меня нет таких денег.
— Ты их найдёшь, Самарская. Тебе в самом деле их лучше найти, — улыбнулся Коваль. — В противном случае ты будешь их отрабатывать. Ты ещё целочка или уже нет? Если целочка — хорошо-о-о-о… Некоторые папики любят драть целочек. Отработаешь за одну ночь неплохую сумму. Если ты уже успела подарить кому-то свой цветочек — увы… Придётся попотеть, пососать, попрыгать. У моих людей, само собой, будет неограниченный лимит на пользование… тобой.
Он замолчал. А я словно умерла и стала кучкой пепла. Я не могла поверить, что эти кошмарные угрозы относятся ко мне.
— Что молчишь, Самарская? Приходят в голову мысли умные и светлые? Может быть, вспоминаешь, где папаня прятал золотишко на чёрный день?
Я молча помотала головой.
— Ничего-ничего… — Коваль протянулся и похлопал своей прохладной, мокрой ладонью по моей руке. — Вспомнишь. А сейчас отправляйся в отель, где ты живёшь, Самарская. Я вызову тебе такси. Но извини, стоимость проезда приплюсую к долгу. Кстати, про процент забывать не стоит. Инфляция, мать её!
Меня вытурили из клуба так же быстро, как привели туда.