Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 6 из 17

— Это сделал кто-то из отпрысков Великих кланов, — продолжила вар Вега. — А то и сам император. Не лично, конечно — оплатили услуги Тайного клана. А что? В это верится больше, чем в то, что я прирезала будущего жениха. Что тайным стоило забраться в мой дом? Они не так давно за одну ночь всех Карцев вырезали. Так что ты, подруга, присматривай за своим красавчиком. Он ведь тоже потёрся об эту императорскую малолетку. Кто знает, может и за его голову уже отсыпали тайным золотишка. Если, конечно он не крутил с этой сучкой с позволения её папашки. Он же у тебя клановый, да ещё и целый князь! Чем не партия для нашей принцесски?

Я вздохнул, вспомнив слова Белины, тревогу в глазах Тильи и свою неудачную попытку в очередной раз отшутиться. Подавил желание встать с кровати, отправиться на кухню в поисках кофе. Тилья пока не спала. Ещё недавно она молча наглаживала мою грудь, точно хотела меня успокоить. Теперь же прижималась щекой к моему плечу, щекотала мне кожу тёплым дыханием. Не пыталась со мной поговорить. Изображала попытку уснуть — хотя я видел, что мятные капли не помешали бы сегодня и ей.

Да и мне тоже — если бы я собирался выспаться. О том, что случилось с Исоном, моей подруге поведала вар Вега. Рассказала Тилье то же, что и мне. В очередной раз слушая подробности смерти вар Нойса кит Шемани, я пришёл к тем же выводам, что и прежде. Нерадостным. Уже после ужина я узнал, что дед и дядя, пока мы болтали в беседке, покинули дом. Укатили в экипаже. Куда они направились на ночь глядя, меня не известили.

Убрал с лица волосы Тильи. В последние месяцы те росли необычайно быстро — короткая стрижка, что была у моей подруги при нашей первой встрече в Селене, превратилась в густую гриву тёмных волос (уверен: тут не обошлось без алхимии). Мне нравилось их наглаживать и расчёсывать. Это помогало здраво размышлять, когда возникали проблемы с буквами божественного алфавита, и успокаивало, когда портилось настроение.

Ночью я спал чутко.

Не выспался.

Утром, перед завтраком сутулый раб сообщил, что меня желает видеть сиер вар Фелтин.

Я пришёл в кабинет деда, прикидывая, что именно тот хочет мне сообщить. Были у меня предположения на этот счёт. Но я не угадал.

Сиер Михал ни словом не обмолвился ни об Исоне, ни о Норме — поинтересовался, собираюсь ли я сегодня ехать в Академию.

Я ответил, что не могу покинуть сиеру вар Вегу, поскольку теперь несу ответственность за её безопасность.

Сиер вар Фелтин тряхнул густыми седыми волосами, посмотрел мне в глаза — почудилось, что передо мной не дед, а отец: тот тоже любил вот так же сверлить меня взглядом.

— Внук, — произнёс он. — Я понимаю, что как урождённый князь Стерлицкий ты просто обязан держать своё слово. И это правильно. Но что ты скажешь, если до твоего возвращения из Академии за твоими женщинами присмотрю я? Клянусь, что не позволю обидеть ни одну из них. А если сиера вар Вега кит Марен или Тилья в твоё отсутствие погибнут, то рядом с их телами ты найдёшь и мой труп. Не сомневайся: буду защищать их до последнего вздоха. Но такого не случится — уверяю тебя.

Я постарался не задерживаться в Академии. Время тянулось необыкновенно медленно. После занятий запомнил лишь две буквы — спешил домой.

Вечером в беседку снова не явились ни дед, ни дядя.

Не появилась до темноты и Норма.

Рыжая явилась ко мне ночью.

Случилось это, когда время давно перевалило за полночь, но за окном не было и намёка на рассвет. Тилья давно уснула — её рука лежала на моей груди. Спала и сиера вар Вега — помогли всё те же капли. Дверь бесшумно приоткрылась. В комнату заглянула взъерошенная голова Нормы, в её глазах блеснул лунный свет. Взгляд рыжей безошибочно отыскал в полумраке моё лицо.

— Пссс.

Норма махнула рукой, подзывая меня к себе.

Я выскользнул из объятий Тильи, бесшумно встал с кровати. Сквозняк донёс до меня аромат хлеба и ванили — не иначе как рыжая уже похозяйничала на кухне. Я выдернул из под матраса меч — тот самый, подаренный мне когда-то вар Нойсом кит Шемани — поспешил к двери.

Ничего не говоря, Норма повела меня по слабо освещённому коридору. В доме царила тишина — лишь со стороны кухни доносились голоса уже заступивших на смену рабов, да под нашими ногами изредка постанывали доски пола. Я принюхивался, но не чувствовал в воздухе посторонних запахов.





— Не бойся, — сказала рыжая. — Никто твоих баб не тронет. Можешь мне поверить. Хватит уже оглядываться. Никому они не нужны.

Говорила рыжая тихо, почти шёпотом. Словно хотела оставить свой визит втайне от прочих обитателей дома. И лишь когда мы вошли в её комнату, она прошлась до того места, где несколько дней назад висел в воздухе диск портала, зажгла свет и в голос спросила:

— Железка-то тебе зачем, мальчик? Решил, что я позвала тебя для утренней разминки? Соскучился по нашим тренировкам?

Она снова изображала бандитку.

Принцесса подпёрла кулаками бока, ухмыльнулась. Смотрела на меня с вызовом.

— Чтобы отрубить руки одной малолетней дуре, — сказал я.

Норма приподняла брови, широко открыла глаза: изобразила удивление.

В комнате светился только один фонарь. Его свет придавал волосам девчонки бронзовый оттенок — совсем, как у волос Исона… был.

— Чем же я тебе не угодила? — спросила Норма. — Или тебе помешали только мои руки?

Посмотрела на свои ладони. Показала их мне.

— За то, что ты натворила, тебе следовало бы отрубить голову!

Рыжая ухмыльнулась.

— И что ж я такого сделала, мальчик?

— Ты убила Исона! — сказал я. — Думала, не догадаюсь? «Точный укол в сердце» — так ты говорила? Называла это своим «почерком»? Да и рана, что я видел на твоей руке в ту ночь, когда мы перемещались в Вульфгард — ты ведь получила её, когда забиралась в дом семьи вар Вега. «Исправила свою же ошибку»? Ты убила моего друга, а потом, как ни в чём не бывало, устроила мне экскурсию в Великое княжество!

Норма пожала плечами. Поморщила просыпанный веснушками нос.

— Что с того? — сказала она. — Ты сам виноват в его смерти, тупица. Зачем притащил этого рыжего в наш дом? Мне следовало избавиться от него раньше, не дожидаться, пока он сунет свой нос, куда не следовало. Я слишком долго медлила: нужно было прирезать его ещё в тот день, когда он впервые ощупал меня своими мерзкими маленькими глазёнками.

Сквозняк покачнул шторы за спиной принцессы, бросил мне в нос её запах — запах ванили.

— Зачем было его убивать? — сказал я. — Как он мог вам помешать? Он бы молчал!

Рыжая прижала к губам палец, цыкнула.