Страница 52 из 77
Глава 18
На этот раз не было никаких спецэффектов. Печать договора проступила в моем эфирном теле, и я ощущал ее первые мгновения, как невесомое прикосновение ветерка где-то в основании черепа.
— Глаза демона тебе больше не понадобятся, — заявил Ченгер с ухмылкой, растворяясь в воздухе. — А пулемет твой я забираю.
Я стоял посреди спальни, прикрыв глаза, ощущая, как потоки силы наполняют мое тело. Восхитительное чувство всемогущества заставляло каждую клетку организма трепетать от жажды действий. Казалось, я способен щелчком пальца гасить солнце и поворачивать вспять реки.
На губах сама собой возникла улыбка.
Делать так, разумеется, я не собирался. Тратить силу на подобные пустяки — расточительно. Уж что-то, а ценить каждую каплю магии я научился за это короткое время, пока не был связан договором с Ченгером.
Открыв глаза, я выглянул в окно, за которым по-прежнему была непроглядная ночь. Без демонического зрения видно было не лучше, чем обычно, но я знал, как улучшить глаза, чтобы придать им те же свойства, что и при прежнем договоре. Просто теперь этого не требовалось.
Одевшись, я простучал каблуками ботинок по лестнице, спускаясь в подвал. Отперев дверь, взглянул на камень этерния в батарее портала и, положив на него руку, сосредоточился.
Мой внутренний резерв был заполнен до краев — Ченгер не стал скупиться и поделился своей мощью. Я сейчас могу без особого напряжения создать дубликат кристалла, чтобы запитать второй портал. Но и этого я делать не стал, мне достаточно было проверки.
Мой резерв не стал больше, я просто научился тоньше чувствовать собственный дар. И если раньше тянул на мастера, то теперь наверняка могу поспорить с магистром по общепринятой градации Эделлона. Просто за счет более рационального использования силы.
Заклинаний новых в моем разуме не возникло — по сделке с Марханой я и так их все знал. Однако уже видел, как поправить некоторые, чтобы снизить расход силы на создание чар. Впрочем, этим знанием делиться я не буду — такие козыри должны храниться в семье под семью печатями.
Все еще касаясь зеленого камня, я сосредоточил сознание на поиск своих маяков. Не сразу, но удалось дотянуться и до своего баронства, и даже найти «Радар» Хэммета. Дознаватель, похоже, стремился к арсеналу Аркейна — для меня он был помечен Марханой, а сам Хэммет наверняка знал о нем благодаря своему положению в ордене. Что ж, значит, раньше недели ему не вернуться — уж больно расстояние большое, а использовать «Тоннель» он не сможет.
Отпустив сознанием маяки, я отпустил чуть ослабленный кусок этерния. Потери не так велики, на открытие стационарного перехода хватит с избытком.
Не став торопиться, я вновь вернулся в спальню. Стащив мокрое белье, заменил его свежим, по которому дополнительно прошелся бытовыми чарами, и лег спать с чувством умиротворения.
Больше никаких кошмаров меня не преследовало.
* * *
Женевьева тяжело дышала, корчась на постели, а стоящая над ней Дия в очередной раз выводила из тела пациентки волшебный недуг. С каждым повтором баронессе было все легче настроиться на работу, и эффективность ее действий также росла. Настолько, что если бы не приближающиеся роды, она легко бы исцелила Фламмаган за один раз.
Но спешка была излишней. Во-первых, будущая Вайссерманн должна в полной мере ощущать, что лечение стоит своих денег. Услуга, оказанная походя, не будет так цениться, как та, ради которой пришлось напрягаться не один день. Во-вторых, рисковать собственным сыном баронессе даже в голову не пришло бы.
Остановив действие своих чар, Дия выдохнула и с облегчением опустилась на кресло. Беременность подходила к концу, и передвигаться или долго сохранять одно положение становилось все труднее.
Женевьева еще не пришла в себя, но это было делом нескольких минут. В отличие от малолетнего брата, сестра была сильнее и легче переносила семейное проклятье. И этим временем госпожа Шварцмаркт намеревалась воспользоваться, чтобы как следует отдохнуть.
За дверью были слышны шаги прислуги, громкое сопение дружинника, назначенного Варином на охрану баронессы. Гремела на кухне посуда, а на заднем дворе со звоном сталкивались мечи стражников, отрабатывающих какие-то свои упражнения. Все это полукровка улавливала рефлекторно, без приложения каких-либо усилий. Беременность сделала и без того чуткую женщину еще более внимательной к своему окружению. Инстинкт матери, требующий защищать свое дитя обострил все чувства.
Изменившееся дыхание лежащей на постели девушки вклинилось в эти звуки, и Дия подняла веки за мгновение до того, как это сделает Женевьева. Фламмаган несколько секунд слепо шарила взглядом по комнате, пока ее глаза не остановились на сидящей в кресле чародейке.
— Я чувствую себя намного лучше, — призналась невеста Марка Вайссерманна, приподнимаясь на локте. — И, кажется, никогда так хорошо себя не ощущала.
— Судя по вашему брату, это совершенно нормальная реакция, — с доброй улыбкой ответила Дия, не делая попытки подняться на ноги. — Я бы предложила вам остаться на ночь здесь, но если хотите, можете вернуться в предоставленный вам дом.
Женевьева откинулась на подушке и прикрыла глаза.
— Мне кажется, лучше будет уйти, — произнесла она. — Я вам очень благодарна, госпожа Шварцмаркт. Но боюсь, Марк может превратно истолковать, если я проведу ночь под вашей крышей. Да и брату я нужна...
И если раньше в ее голосе при разговоре о Кристиане у Женевьевы звучали тоска и печаль, теперь — только затаенная радость. И это не могло не радовать саму Дию. Не так уж и часто ей на самом деле удавалось проявить свои способности. Особенно для по-настоящему хорошего дела.
Киррэл оберегал супругу, старался делать все, чтобы на плечах Дии оставались только легкие заботы, и даже алхимика завел собственного ради того, чтобы госпожа Шварцмаркт могла чувствовать себя баронессой и хозяйкой, а не рабочим в лаборатории. Однако порой Дия ловила себя на мысли, что скучает по тем временам, когда они оба жили в Фолкбурге под личиной простолюдинов.
Однако беременность, роды, управление Чернотопьем — все это налагало свои обязанности. И эти сеансы лечения Фламмаганов стали настоящей отдушиной в череде утомительной работы хозяйки баронства.