Страница 4 из 8
А что дальше? Вика посмотрела в окно на уходящий день – сиреневое небо с блёстками звёзд – и достала гуашь и кисточку. Заветной тетрадке можно подарить горсточку слов, но чтобы обрисовать целый день – нужен большой лист.
Вика нарисовала разноцветные дома своего городка и отложила сушиться. На новом чистом листе появилась серебристая горка и огромная «ватрушка». Потом она решила пририсовать ещё большой самолёт и маленькую чёрную собачонку. Ту, что сегодня её облаяла, но, когда получила кусочек сосиски в тесте, завиляла хвостом.
Викин день – яркий, многоголосый, необычайно вкусный и ароматный! Он соскучился по лету, этот длинный, предвесенний день. Девочка взялась за зелёную краску, потом за красную, жёлтую, коричневую. И вот уже на рисунке появляется пышное дерево, а рядом… принцесса. Это её будущая сестричка!
Вика отложила последний рисунок на просушку и взяла в руки заветную тетрадку, подаренную Еленой Петровной.
«Добрый вечер!» – вывела она в заголовке. Сейчас она напишет небольшую историю о сказочных зверюшках, которые помогали ей раскатывать тесто и защипывать пирожки. Викуся кладёт голову на стол. Загадочные зверьки… Как их назвать? Ага! Серовато-фиолетовые будут Блюмтиками, а оранжевые с коричневым – Тикблюмами. Забавные зверьки удивлённо таращились на неё и о чём-то еле слышно лепетали. Глаза Вики между тем сами собой закрылись, и таинственная дрёма помешала сочинять дальше.
В это время неслышно открылась дверь и оттуда просунулась голова деда Валеры, пришедшего проведать внучку.
– Набегалась, – понимающе прицокнул он языком, услышав сонное сопение. Поднял на руки и бережно перенёс Викусю в постель. Присел рядом. – Добрый был вечер. Спокойной ночи, малышка!
Кровать у девочки огромная – папамамина. Как Вика ни уляжется – получается занять лишь малую её часть. Зато днём на спальной «планете» можно вдоволь накувыркаться, построить замки из одеял или попрыгать до потолка, крича от восторга: «Гоп-ля!»
Девочка повернулась на другой бок и сладко засопела. Теперь уже до утра.
Утро
– Чего рано соскочила? Поспи ещё. Только шесть часов! – бабушка Мила с удивлением смотрела на Викусю, сидящую в постели. Глаза у внучки широко открыты и смотрят с хитрецой – похоже, выспались. Худенькое тело, словно пружинка, вот-вот сорвётся с места.
– А ты? – парировала внучка.
Бабушку такой ответ озадачил, и она не нашла, что ответить.
– Ну, то я, – спохватилась и исчезла на кухне:
– У меня дел по горло! – донеслось оттуда.
Вика прижала к груди мишку Серёжку.
– Поедешь со мной в большой город?
Мишка посмотрел на хозяйку весёлыми стеклянными глазами и согласился. У него не только мягкое тельце, но и мягкий характер.
– И Лёву с собой возьмём. Хочешь, Лёва?
Но жёлтый лев отрицательно помотал гривой. Он домосед.
– Тогда оставайся с дедушкой. Поможешь ему компьютер чинить, –решила Викуся и спрыгнула с кровати.
У неё много дел. Надо дочек-кукол за стол усадить, кашу для них сварить, расчесать им волосы, заплести косы. И себя не забыть. Не поедешь же в театр лохматой.
Вика принялась искать любимые заколки. Куда же они запропастились? Ах, вот они где! В коробке с карандашами. Сейчас надо решить, что надеть в поездку. Розовый свитер? Или, может, поехать в коричневой кофточке с рюшами? Голубая водолазка тоже ей очень идёт. Ну и что с того, что Вика ходит в ней в школу. Зато любимая.
Когда сомневаешься, самый верный способ определиться – считалка.
Вика разложила наряды на кровати и принялась громко отсчитывать, указывая пальчиком:
– Черепаха хвост поджала
И за зайцем побежала,
Оказалась впереди.
Кто не верит – выходи!
Выбор пал на водолазку с юбкой. Но к юбке нужны колготки. Вика достала новые, тёмно-синие, с рисунком и блёстками – просто прелесть! Натягивая их, она неожиданно для себя залезла обеими ногами в одну колготину. И завертелась перед зеркалом:
– Я – настоящая русалка!
Но у русалки один хвост, а тут целых два, явно перебор! Вика попыталась обвить уныло висящий запасной хвост вокруг талии, потом заправить в трусики – всё не то! И тут она увидела оставленные на столе ножницы, не задумываясь схватила их и одним движением отрезала «лишнюю» колготину.
– Вот теперь то что надо! Красотища! – обрадовалась девочка, кокетливо продемонстрировала несколько «настоящих русалочьих» поз и неожиданно обнаружила в зеркале кроме своего ещё и бабушкино лицо.
– А я-то думала, ты уже готова! Почти два часа прошло, а у тебя ещё не у шубы рукав. Живо умываться и за стол! Не хватало ещё, чтобы голодная поехала. Когда в городе-то накормят!
И тут бабушка увидела лежащий на полу тёмно-синий запасной «русалочий» хвостик. Взяла и с немым укором подняла его перед Викиными глазами.
Вика кожей почувствовала надвигающуюся грозу. Воздух вокруг неё разом сгустился, казалось, даже потрескивал.
– Это ещё что? – подобно Змею Горынычу, «дохнула огнём» бабушка. – Ты зачем новые колготки изрезала, а?
– Я хотела быть русалкой, а эта штуковина мне мешала! – скороговоркой зачастила Вика, и тут до неё, наконец, дошло, что она натворила. – Прости, я не нарочно! – умоляюще сложила она ладошки. – Ну, ба-а! Ругаться всё равно некогда, я джинсы надену – и все дела!
Бабушка ещё раз взглянула на внучку испепеляющим взглядом, а потом вдруг расхохоталась:
– Ну и утречко!
Уф! Грозу пронесло – бабушкиного гнева как не бывало.
Пока Вика наворачивала кашу, открылся фонтан бабушкиных наставлений. «Чтобы в городе от ребят не отставала (первый раз так далеко, в областной центр, направляешься!), чтобы учительницу и экскурсовода внимательно слушала…» И первое, и второе, и пятое-десятое.
Приходилось всё время кивать и терпеть. Или… улетать в облака.
«И чего так беспокоится? Будто в космос отправляет! А если бы мы с классом и вправду в космос полетели, что бы тогда было?»
Но не успела Вика придумать, что было бы с ними в космическом пространстве, как бабушка вдруг спросила:
– Поняла? Теперь повтори, что я сказала.
Вика вмиг «шлёпнулась на землю» и повторила последнюю услышанную фразу, что бабушка проводит её до самого автобуса, а только потом пойдёт на работу – по такому случаю пришлось отпроситься у заведующей.
«Жаль, что деда Валера проводить до школы не может, – подумала Вика. – С ним было бы проще».
Вот уже несколько месяцев, как дед передвигается с трудом, опираясь на палку. И никто из взрослых не может внятно объяснить, что сделать, чтобы его вылечить.
Но вот завтрак уже закончен, мишка Серёжка, увесистый пакет с пирожками и бутылка с минералкой сложены в рюкзак, и бабушка велит «присесть на дорожку».
Вика заупрямилась:
– Зачем, бабуль?
– А чтоб подумать, всё ли взяла. Вот вспомнишь – и дорога легче.
Вика послушалась – села на край дивана, а через секунду вспорхнула, как встревоженная птаха.
– Ой, а деньги? – и побежала в свою комнату. Вернулась, неся в руках кошелёк. – На столе оставила. Хорошо, что вспомнила, а то Елена Петровна предупредила – сувениры покупать будем.
– Вот видишь! – обрадовалась бабушка.
С этого момента Вика твёрдо знала, что нужно сделать, чтобы путешествие получилось как надо.
Они попрощались с дедом и вышли на улицу. А там солнце! Яркое, лучистое – аж глазам больно. И воздух мягкий, не обжигает, как в морозы; вдыхаешь – словно медовую воду пьёшь.
– Вот и весна пожаловала, – нараспев проговорила бабушка. – Снег мигом сдует: ветер-то южный.
И они, обе радостные оттого, что с погодой в дорогу повезло, пошли вдоль улицы.
Жёлтый школьный автобус Вика заметила издали. В обычные дни он привозит на учёбу детей из ближайших деревень, но сегодня ему предстоит долгий путь – в областной центр.
Любопытные носики уже выглядывали из окон. Ой, тут и третьеклассники! Неужели поедем вместе? Завидев Вику, знакомые девчонки закричали и замахали руками. И ей сразу захотелось подпрыгнуть, подняться в воздух и мигом очутиться в автобусе. Но бабушка крепко сжимала руку. Дети должны прийти только со старшими – таковы правила.