Страница 48 из 96
Авторитет со своими спутниками залез в «мерседес». Через пять минут мы подъехали к знакомому дому. Гурам быстро выскочил из машины, открыл калитку и через десяток секунд распахнул ворота. Машины быстро заехали во двор и остановились. Тенгиз вылез из «иномарки», что-то тихо сказал Абреку и Лысому и пошёл к нам.
Гурам уверенно шел впереди, показывая дорогу. За ним — Левон и Тенгиз. Замыкали шествие, я и Денис. Вова остался в машине приглядывать за парочкой в «мерседесе».
Когда авторитет спустился в подвал, бандиты задергались, рассмотрев в тусклом свете лампы, кто пожаловал в гости. У седого даже лицо как-то обмякло, а в глазах заметался животный ужас.
Абхаз окинул взглядом помещение, фигуры связанных отморозков, Зяму. Остановил взор на открытом чемоданчике со скальпелями.
Шагнул вперед, нагнулся, вытащил из петлей блестящее тонкое лезвие с волнистой зазубренной кромкой, подкинул его на ладони и кровожадно ухмыльнулся.
— С кого начнём?
— Батоно Тенгиз, подожди, пожалуйста, они сами всё расскажут, — торопливо попросил я.
— Действительно, Тенгиз, давай попробуем обойтись без этого, — поддержал меня старик.
— Хорошо, если будут говорить и ответят на все вопросы, я не буду их рэзать, — пообещал Абхазец.
— Давайте, вот с этого, — я кивнул на трясущегося здоровяка. — Это простая шестерка, но прояснить кое-что может.
— Кто пахан? — спросил вор.
— З-Зяма, — заикающийся культурист кивнул на дернувшего веревки седого.
— Зачем вы сюда приехали?
— Он нас позвал. Сказал, будет богатый хабар. Барыги тему между собой мутят, бабла много привезли. Надо чуток пересидеть, пока все не уедут и взять хату на гоп-стоп.
— Базлал, за мокруху?
— Ага. Тёр, если орать начнут или сопротивляться, валить без жалости.
— Валить, значит, без жалости, — процедил Тенгиз и повернулся к задергавшемуся на веревках седому.
— Погоняло?
— Зяма.
— Где чалился?
— ИК-19. Коми,
— Статья.
— Сто вторая, пункт «б».
— Мокрушник, значит, — усмехнулся одними губами Абхазец. — Да ещё и баклан. Понятно. Откуда Лысого знаешь?
— Росли вместе, — вздохнул Зяма. — Он мне периодически работенку подкидывал, ну и воздухом подогревал.
— Какую работенку? — насторожился Тенгиз.
— Разную. Барыгу одного поломать, хату по наводке подломить, на перо кого-то посадить.
— Ладно, к этому мы ещё вернемся. Поясни, как вы здесь оказались.
— Лысый связался, сказал, он с тобой в Подмосковье скоро поедет. Назвал, куда. Базлал, деловые между собой будут мутить тему. Только двадцатку косарей шефу отлистают, чтобы порядок обеспечил. Значит, там бабла будет во много раз больше. Дал нам пять кать и попросил машины найти. Я своих корифанов и подключил. У Косого «волга» старая от деда осталась, а у Сёмы «копейка» была.
— Где волыны надыбали?
— Револьвер у меня был. У Дуремара обрез и «ТТшник», откуда я не спрашивал. Остальное Лысый перед делом подкинул. Где он волыны взял, не знаю.
— Сколько бабла должны были отдать Лысому, после гоп-стопа?
— Полноценную долю и десять процентов от всего хабара.
— Зачем ему бабки?
— В буру шпилил. Гутарил, пролетел на сотку косарей. Если лавэ не отдать, пику в бочину вставят.
— Понятно, — Абхаз глянул на меня.
— Позови Лысого. Хочу с ним перетереть. Абреку скажи, чтобы ждал в машине. Перед подвалом или как только зайдёт, забери у него ствол. Находится за поясом, «ПМ». Сумеешь?
Примечания:
Стрика — негодяй (армян.)
Катя (жаргон) — сторублевка.