Страница 54 из 105
— Хорошо. Если вы принесёте мне записи… Не фотографии — именно видео. Я посмотрю. А ещё… я продиктую вам список вопросов. Ключевые слова — и ожидаемую реакцию на них. К сожалению, больше я…
— Вы не поняли, посланник, — она оборвала меня с бесцеремонностью человека, чьё время гораздо дороже, чем у других. — Мне нужны вы. Как действующий агент. Я присвою вам чрезвычайный статус и предоставлю любые полномочия. Всё, что захотите. Вы должны найти для меня Шиву.
И всё-таки я рассмеялся. Это уже не ирония. Это какая-то насмешка.
— Вам придётся довольствоваться тем, что я предлагаю, — выхаркивая неприятные тёмные сгустки, сказал я. — Иногда — этого достаточно.
У меня начался приступ. Несмотря на обезболивающее, тело сотрясал кашель, грудь раздирали железные пилы. Я изо всех сил прижимал ко рту платок, стараясь заглушить бульканье плевры, но добился лишь того, что стал задыхаться.
Салтыкова терпеливо ждала. Она не выказывала никакого участия, не делала вид, что сочувствует. Просто сидела и ждала, когда можно будет продолжить разговор.
— Знаете, посланник, ведь я — женщина довольно упрямая, — сказала она, когда я, обессиленный, откинулся на подушку. — Я сказала, что вы нужны мне в строю — и я поставлю вас на ноги.
— Не привыкли к отказам, да? — надеюсь, мой голос звучал достаточно едко.
— Как-то раз мне понадобилось допросить одного человека, — она вновь активировала планшет и говорила, глядя в экран. Его свет невыгодно подсвечивал каждую морщинку на её лице, каждую складку кожи. Салтыковой было плевать. — К тому времени, как я до него добралась, человек уже умер. Но меня это не остановило, — теперь её прозрачные бледные глаза уставились прямо на меня. — Я добилась разрешения на эксгумацию, нашла эксперта по оживлению трупов, и всё-таки получила сведения, которые были мне нужны.
— Оживление трупа? — это действительно было интересно.
— Для этого пришлось пригласить специалиста с Новой Гвинеи. Рейс межконтинентального лайнера с одним-единственным пассажиром обошелся недёшево, но оно того стоило.
Я сдался.
— Ладно, как вы собираетесь меня поднять? Дождётесь смерти, и ещё раз пригласите специалиста?
— Глупости, — она вновь улыбнулась "фирменной" улыбкой: чуть заметно приподняла уголки губ. — Вы сами можете излечить себя. Все сэнсэи так делают.
— А я, значит, просто получаю удовольствие от того, что лежу здесь, и выхаркиваю лёгкие.
— Да.
Я моргнул. А потом ещё раз, и ещё.
Признаться, как и любой больной, я уже привык к некоторой предупредительности посетителей. К их робкому заискиванию, иносказательной речи, к их трогательным стараниям не задеть мои чувства…
Честность и прямота этой женщины были всё равно, что ледяной душ.
— Но я думал, всё дело в свинце, — усилием воли я подавил приступ кашля. — Мне сказали, что свинец попал в клетки — он-то и мешает Эфиру излечить это тело.
— Вот уже почти неделю, в вашей крови, а также клетках нет ни малейшего следа свинца, — сообщив эту новость, она вновь строго сжала губы, совсем не заботясь о том, что вокруг образуются морщинки. — В вашу капельницу, — она бросила взгляд на прозрачную трубку — вводили препарат, который очень эффективно выводит металлы из организма. И вот уже шесть дней анализы показывают, что вы чисты.
— Но…
— Это называется эффект плацебо. Самовнушение. Вы не хотите выздоравливать ПСИХОЛОГИЧЕСКИ.
— Я вам не верю.
Конечно же, она не права. Я — чрезвычайные посланник, у меня просто не может быть никаких психологических заскоков. Анализируя своё состояние, я бы заметил это В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ.
Любой посланник, оказавшись на краю света, мог сам привести нервы в порядок — если в этом будет нужда. Существуют специальные дыхательные упражнения, медитативные практики… Но для этого я должен сам себе поставить диагноз. Признать, что я нуждаюсь в лечении.
Сейчас, в данный момент, я не могу этого сделать. С психикой у меня всё в полном порядке.
Умирало тело. Чужое тело, которое я взял взаймы.
— Ну, мне пора, — неожиданно она принялась собираться. Надела очки, убрала в сумку планшет и тетрадь, открутила колпачок на бутылке, и сделала крошечный глоток воды… — Мы поймаем Разрушителя, — сказала она на прощанье. — Рано или поздно, так или иначе. Другое дело: удастся ли обойтись без жертв. Мне кажется, с вашей помощью — удалось бы.
И она ушла. Изящная, и не смотря на годы, лёгкая женщина в кремовом брючном костюме и лакированных лодочках на низком каблуке.
А я попытался воззвать к Эфиру. Вызвал Кладенец, подождал, пока он явится на зов. Мне он представлялся мандалой, чёрно-белым диском, единым в двух состояниях
А потом принялся синхронизировать дыхание с его плавным вращением.
Когда это произошло, из Артефакта полилось сияние, оно пульсировало в такт движениям моей грудной клетки. Через какое-то время я почувствовал, что мы с Кладенцом становимся одним целым, сливаемся, становимся единой сущностью.
Образ Артефакта затопил мой разум, врос в него, и пульсировал на одной частоте. И в этот момент я попытался направить образ Кладенца, его энергию, в тело. Туда, где зияли три отверстия в ауре, три чёрные дыры, в которые утекали все мои силы.
Тело пронзила боль, меня выбросило из образа. Лоб покрылся испариной, простынь под спиной сделалась влажной.
Вот так — каждый раз. Я чувствую, я знаю, КАК нужно действовать. Но не могу.
Дверь скрипнула и приоткрылась. Но я никого не заметил. Затем послышался короткий смешок, и я догадался посмотреть ниже.
Детская мордашка. Мальчик лет шести-семи, круглое узкоглазое личико светится озорством. Наверное, сынишка кого-нибудь из слуг, — решил я. — В замке живёт довольно много народу, и не удивительно, что у кого-то есть дети.
Пацан продолжал смотреть на меня. Я видел озорной глаз, вздёрнутый носик и косую чёлку. И толстые короткие пальчики — они держались за край двери.
— Привет, — сказал я. Голова ребёнка просунулась чуть глубже в комнату. — Заходи, не бойся.
Показалось оттопыренное розовое ухо и пухлое плечико, обтянутое спортивной майкой.