Страница 12 из 33
– Посмотрим, – сказала Фура.
– Он наш гость, – заметила Адрана. – Не пленник, не домашнее животное, не игрушка. Мы не станем его допрашивать.
– Кстати, кто он такой?
– Беглец, отступник, доносчик, называй как хочешь. Боса Сеннен искала его из-за информации, которой он владеет, и если он представлял интерес для нее, то можно с уверенностью сказать, что он представляет интерес и для нас. – Адрана многозначительно воззрилась на Фуру. – Ты не согласна, сестра?
– Зависит от того, что он знает. Зависит от того, чего он хочет.
– Транспорт, – торжественно произнес Лагганвор. – Ему надо в Тревенца-Рич, к союзникам. И он пообещал нам, что в Тревенца-Рич мы получим ответы на некоторые вопросы, которые нас беспокоят.
– Некоторые?
– Возможно, даже ответы на один-два вопроса, о которых ты еще не думала.
Фура пошевелила металлическими пальцами. Они все еще хранили холод, который она подхватила из контейнера с Тем Самым Щелкуном.
– Как давно все это было запланировано?
– Это не запланировано, – парировала Адрана. – У меня была зацепка из дневников Босы, которую ты с таким же успехом могла бы найти сама. Я хотела добыть для нас череп – я правда собиралась это сделать, – но решила заодно расспросить о Том Самом Щелкуне, раз уж оказалась в нужном месте.
– Мы посетили торговца костями по имени Даркли, – объяснил Лагганвор. – Казалось вполне вероятным, что он знает о местонахождении Того Самого Щелкуна, поскольку пришелец был звеном его цепочки поставок. Адрана только хотела связаться со щелкуном, мы понятия не имели, что Даркли уже укрывает его – в той же комнате, где клиенты проверяли кости. Экранирование не позволяло врагам обнаружить щелкуна с помощью следящих устройств.
– Он мог бы там и остаться.
– Нет, не мог. Мозаичники приближались, их появление было лишь вопросом времени. Даркли разбудил щелкуна и объяснил ситуацию. Пришелец согласился довериться нам, пошел на повышенный риск ради возможности покинуть Малграсен.
– Итак, мы заполучили пришельца, которого кто-то ищет и хочет убить. – Фура опустила взгляд на ящик с металлической окантовкой. – Что касается меня, то есть только один вопрос. Передний шлюз или задний. Как думаете?
– Мы дали слово позаботиться о нем, – сказала Прозор.
– Странно, что я не помню, чтобы со мной советовались по этому поводу.
– И я не помню, чтобы со мной советовались по поводу покупки дорогих лекарств, – сказала Адрана. – Лучше бы они того стоили.
– Обсуди это с Эддралдером – он дал мне список.
– Включая главное, – сказала Прозор.
– Что главное? – спросила Адрана.
– Ну давай, расскажи ей о специальном лекарстве, – предложила Прозор Фуре. – Тогда у вас обеих совесть будет чиста.
Фура зарычала, злясь на подругу и еще больше на себя, поскольку знала, что Прозор права, и не имела морального преимущества перед сестрой.
– Я купила немного мефрозина. Эддралдер сказал, только он может притормозить развитие светлячка.
Адрана медленно кивнула:
– Сколько удалось добыть?
– Примерно половину того, на что я надеялась. И это не какой-нибудь волшебный препарат; Эддралдер не обещает чудесного исцеления. Но лучше так, чем никак, и если это остановит паразита, как было с Глиммери, или замедлит…
– Надо было сказать мне, – перебила Адрана.
– Ты бы меня отговорила?
– Я бы тебя поддержала и велела потратить все имеющиеся у нас пистоли, если это что-то изменит.
Сестры несколько мгновений молчали. Лагганвор предложил Прозор еще глотнуть из бутылки, и они вдвоем наблюдали за происходящим – ни дать ни взять взволнованные зрители в зале для боев без правил.
– Пожалуй, надо было рассказать тебе.
– А я должна была упомянуть о щелкуне. Но не хотелось давать тебе ложные надежды, пока нет уверенности, что он будет у нас.
Фуре немного полегчало. В последние месяцы между сестрами существовали разногласия, и порой она не сомневалась, что Адрана скрывает неприятные секреты. Поэтому Фура любила вот такие моменты единодушия, драгоценные, как последние дни долгого отпуска.
– Думаю, все согласятся, что череп нам необходим.
– Я с этим не спорю. Эскадра Инкассаторов не смогла нас отыскать, потому что пришлось рассредоточить силы по всему Собранию и его окрестностям. Но, по словам Лага, на расстоянии месяца пути до Тревенца-Рич ее корабли так и кишат.
Фура посмотрела на Лагганвора:
– Времени зря не терял, да?
– Всегда готов схватить удачу за хвост. Я не говорю, что мы не сдержим слово, данное Тому Самому Щелкуну. Совсем наоборот: мы должны доставить его в Тревенца-Рич во что бы то ни стало. Но там будут наши враги в полной боевой готовности.
– От врагов увернемся, – решила Фура. – Мы делали это раньше и сделаем опять. Но череп нам бы весьма пригодился. Словами не передать, как бы он пригодился.
– Жаль бедную команду, у которой придется его отнять, – ухмыльнулся Лагганвор.
Глава 4
В девяноста днях пути от Малграсена в рубке управления «Мстительницы» тишину нарушало только равномерное тиканье старинного секундомера. Фура включила его, когда сработала первая гаусс-пушка, и теперь считала секунды до того момента, когда парус-сечь достигнет цели. Учитывая паладиновскую оценку расстояния, относительные скорости двух кораблей и дульную скорость, она ожидала увидеть признаки попадания в цель через тридцать две секунды.
– Двадцать пять, – сказала Фура. – Лаг, смотри в оба.
– Пока ничего, – донесся приглушенный голос из переговорного устройства.
Лагганвор находился в обзорной рубке – герметичном пузыре, который выдвигался из корпуса с помощью гидравлического механизма.
– Тридцать, – сказала Фура.
– Ничего.
– Тридцать два.
– По-прежнему ничего.
Фура помолчала; помещение заполнилось тиканьем секундомера, похожим на ускоренный пульс.
– А туда ли ты смотришь?
– Уж поверь мне, – огрызнулся Лагганвор. – Погоди-ка. Вроде я вижу… Да. Парусная вспышка. – Его тон изменился: обида уступила место деловитости. – Вижу множество фрагментов, они разлетаются во все стороны, зона поражения разрастается.
Фура щелкнула кнопкой на секундомере, остановив тиканье, и записала, сколько времени прошло между залпом и парусной вспышкой.
– Они ушли немного дальше от нас, – сказала Адрана, поворачивая секундомер Фуры, чтобы увидеть показания самой.
– Пытались сбежать, – кивнула Прозор с гримасой, означавшей, что кому-то светят неприятности. – Бедняги. Лучше бы смирились с неизбежным.
– Они смирились, – сказала Фура с хищным восторгом. – Просто еще не знают об этом. – Затем повысила голос: – Паладин, готовь второй залп.
Пусть механический разум Паладина находился в капитанской каюте капитана, но у него были «глаза», «уши» и «рты» по всему кораблю.
– Не желаете ли оценить ущерб, нанесенный первым залпом? – спросил он звучным менторским голосом, который сестры знали с детства. – Возможно, этого уже достаточно, судя по отчету мистера Лагганвора.
– Нет, – сказала Фура. – Мы уточним свою позицию, просто для того, чтобы у них отпало желание делать глупости.
– Как пожелаете, капитан.
Из динамика донесся голос Лагганвора:
– Парусная вспышка обширная и продолжает распространяться.
– Хорошо, – сказала Фура. – Подайте им еще порцию.
Гаусс-пушки дали новый залп, второй из трех, возможных без перезарядки. В недрах «Мстительницы» раздалось лязганье, и Фура решительным нажатием металлического большого пальца перезапустила секундомер.
Тик-тик-тик-тик…
Парусная вспышка означала, что заряд парус-сечи нанес серьезные повреждения оснастке другого корабля. Квадратные лиги парусов лопались, а то и вовсе отрывались от тросов, полоскались и скручивались, не подчиняясь капитану, и потому снижалась вероятность отражения солнечного света в нужном направлении.
Прошло тридцать секунд, затем еще пять, и Лагганвор доложил о результатах второго залпа: