Страница 7 из 22
– Давно я с живыми не общался, всё больше с духами и мертвецами. Даже сюда специально перебрался подальше от людей, а тут опять двадцать пять, пришли вы со своими вопросами, как будто ничего не изменилось. «Ты кто такой, с какого района, чем дышишь». Я шаман и теперь буду жить тут. Или это полностью ваш поселок и чужим тут не место?
Закончив говорить, шаман опять полез за пазуху, но в этот раз не для того, чтобы опять чего-то закинуть себе в рот. В этот раз он извлек на свет скрывающийся под майкой священный оберег, носимый им на веревочке, как православные носили нательный крест. Оберег у шамана оказался весьма неожиданным. На свет показался блестящий, хромированный лев, стоявший на задних лапах. Это была эмблема одного французского автопроизводителя. Видать, шаман оторвал её с брошенного автомобиля по велению духов, или просто потому, что был шизик. Теребя хромированного льва рукой, он выжидательно смотрел на меня, ожидая, что я скажу.
Меня его вопрос поставил в тупик, до этого люди как-то не стремились оседать в нашем поселке. Увидев, что мы уже проживаем тут, по-тихому обшаривали заброшенные дома и уходили дальше. А тут бац, и нарисовался «замечательный» сосед. По-хорошему, послать этого шизика нахрен, но вдруг обидится и начнет пакостить, ещё, чего доброго, хватит ума устроить пожар или слить какой-нибудь банде место нашей дислокации, что тоже являлось нежелательным вариантом. Просто застрелить его, и дело с концом? Шаман, хоть и был явно больным на голову, или наркоманом, хотя, не удивлюсь, если в нем сочетались одновременно оба варианта, но, тем не менее, он не проявлял агрессии, а убивать просто так человека я не мог. Были ещё определенные моральные рамки, перешагивать которые я был категорически против, иначе можно быстро потерять человеческий облик, превратившись в мразь, как другие бандиты, убивающие и истязающие невинных людей. Прервав свои размышления, я ответил:
– Поселок не весь наш, мы не будем тебе запрещать тут жить, но, оставаясь тут, ты должен согласиться на соблюдение определенных условий.
Шаман опять причудливо задергался и произнес:
– Лютики-цветочки, светофор на полпятого. Ты будешь драться, и я буду драться.
Его бессвязные фразы опять заставили нас недоуменно переглянуться. А Шаман, не прекращая дергаться, продолжил:
– Ой, что-то я не то сказал, не обращайте внимания, иногда злые духи овладевают моим разумом. Сейчас я в норме и танцую выжидательно-заинтересованный танец, чтобы услышать, что за условия вы выдвинете.
– Сначала мы должны сами обсудить их дома, а позже уже озвучим. Ты в этом доме решил остановиться?
Шаман посмотрел на двухэтажный белый дом и, безразлично пожав плечами, ответил:
– Мне без разницы, где общаться с духами, могу и тут.
– Значит, позже тебя навестим ещё раз, тогда и обсудим правила. И, пожалуйста, затуши костёр, ты зачем его вообще развел, болен пироманией?
– Я могу долго перечислять свои болячки и зависимости, но пиромании в этом списке не будет. Костёр был разведен, чтобы порадовать духов огня.
Я после каждого его ответа подвисал, пытаясь понять, он говорит весь этот бред серьёзно или прикалывается. Пока я завис, в очередной раз услышав его ответ, Татьяна спросила у него:
– И что духи, обрадовались?
– О, мадемуазель, духи переполнены радостью и танцуют танец счастья, жаль, что вы этого не сможете увидеть.
Девочки о чем-то зашептались и захихикали. Теперь вопрос задала ему Яна:
– Скажи шаман, ты случайно не знаешь танец победы?
– Почему же не знаю, это один из моих любимых, смотрите и запоминайте. – ответил он и, достав из-за пазухи бубен, принялся энергично сотрясать им и кривляться.
Девочки с улыбками на лицах стали повторять его кривляния. Я на всякий случай незаметно ущипнул себя за руку, чтобы точно убедиться, что всё это мне не снится.
Нелепый танец победы, похожий на все другие танцы шамана, прервал Артем, вскинув оружие, он застрелил очередного пришедшего на звуки зомби, и, пока настала тишина, он проговорил:
– Всё, танцогы диско, выдвигаемся на базу.
Попрощавшись с шаманом, мы последовали к нашему жилищу, периодически делая остановки, ожидая, пока Артём пристрелит обнаруженных на нашем пути мертвецов. Этот чёртов псих шаман умудрился возбудить зомбаков со всего села, и теперь они шлялись по улочкам, потревоженные источниками звуков, которые он издавал до этого, отплясывая и сотрясая своим детским бубном.
Добравшись до дома, мы оказали окружены любопытными домочадцами, которым было жутко интересно узнать, что мы обнаружили. Не успел я открыть рта, как Артём, глядя на Кузьмича, сказал:
– У нас гадостная новость, нашелся пгопавший бгат Кузьмича.
Услышав такое, все затаили дыхание, пытаясь понять, это правда или Артём пошутил. У Кузьмича забегали брови, что являлось верным признаком того, что престарелый алкоголик активировал свою мозговую деятельность и пребывал в напряжённых раздумьях. Длилось это не долго, укоризненно тыкая в Артёма пальцем, Кузьмич заорал:
– Ты что такое несешь, гнида картавая, у меня нет брата!
– Да как же нет? Я своими глазами видел, такой же стганный, как и ты. Тоже любит носить всякую фигню, как и ты. Только ты таскаешь как священную геликвию отогванной гычаг тогмоза от мотоцикла, а он таскает эмблему льва, согванную с тачки. И с головой у него явные пгоблемы, как у тебя, единственное, не успел спгосить пго его отношения с алкоголем, для полноты кагтины.
– Ну, не то, чтобы прям мой брат-близнец, но, если ты не придумываешь всё это, то я должен сходить и сам посмотреть на него.
– Смотги аккугатно, чтобы он тебя своим копьём не пгонзил, а ещё изучи танец пгиветствия и добгых намегений. – произнес Артём и засмеялся, все кто ходил с ним на разведку, тоже принялись смеяться.
Остальные смотрели на нас с непониманием. Отсмеявшись, мы рассказали про странного Андрея-шамана, решившего обосноваться в нашем поселке.
Кузьмич, выслушав всё до конца, быстро снарядился, кинув в рюкзак бутылку коньяка, закинул за плечи автомат, взял в руки небольшой туристический топорик и ушел знакомиться с шаманом лично, оставив остальных придумывать и обсуждать свод правил для шамана в частности и для других, желающих поселиться тут в будущем.
Первой высказалась бабулька, только она не стала напрягать свои мозги, придумывая правила, а просто сказала:
– А нельзя просто выгнать к чертям собачьим этого придурка из нашего села?
На что Артём ей ответил:
– Меня тоже Кузьмич иногда напгягает, но, по-моему, погой Вы слишком жестоки по отношению к нему.
– Тоже мне, нашелся шутник, с детскими дефектами речи. Я говорю про этого шамана-наркомана, пусть смотрит своих духов и танцует танцы в другом месте. Помните, вы рассказывали про целую деревню анархистов? Там ему и место.
Витя, сидя за столом, тщательно натирал стекла своих очков чистой тряпочкой, услышав слова бабульки, он вклинился:
– Смею Вас поправить, анархисты из них – как из говна пуля. Скорее, это панки-металлисты, одним словом, музыканты.
– Если они вообще ещё живы. Потому что кроме музыки и пива, тех ребят вообще мало что заботило. А при такой безалаберности в современных реалиях обычно плохо кончают. – поделился своими мыслями я.
Жена, посмотрев на меня, поправила прядь волос, спадающую ей на лицо, и сказала:
– Куда-то вас, мальчики, не в ту степь понесло. Начали за одно, кончили за другое.
Теперь я улыбнулся, оценив игру слов, и сказал:
– Ты права, ближе к делу. Отвечая на поставленный вопрос, скажу следующее: мы не можем его выгнать, если он упрется, кто будет его убивать? Может быть, Вы пойдете и забьёте бедолагу, у которого и так с головой не очень хорошо, до смерти скалкой? – спросил я, пристально глядя на бабульку. Та немного смутилась и даже на мгновение растеряла свой обычно воинственный вид.
Повисло молчание, которое нарушил обычно молчаливый Павел:
– Мне кажется, что первое, о чем его следует попросить, чтобы он поселился на другом конце села. Дом пусть сам выбирает, но хотя бы мы не будем слышать его бубен на соседнем участке целыми днями. А если он перестарается с костром для задабривания духов и случится пожар, то выгорит не наша улица.