Страница 1 из 54
========== Пролог. Тревожась за Охотника. ==========
«Мужчина всегда возвращается. Женщина всегда ждёт».
Бушменская Мудрость.
Их дом мало чем отличался от десятков других домов, выстроенных вдоль дороги как по линейке. Обладавший стандартной, ничем не примечательной планировкой и, неброской расцветкой, по тону сливавшейся с соседними постройками, он являя собой типичный образчик пригородного стиля. Четыре выкрашенный в бежевый цвет стены, выгоревшая на солнце двускатная крыша, несколько флигелей, не застеклённая веранда и, приусадебный участок с зелёным палисадником, обнесённым невысоким забором.
Ничего такого, за что мог бы зацепиться внимательный взгляд. Десятки людей каждый день проходили мимо этого дома даже не подозревая, какие тайны его стены скрывают от посторонних глаз. Все эти обыватели, озабоченные своими повседневными делами, и подумать не могли,что с недавнего времени подвал в доме их соседки был переоборудован в хранилище охотничьих трофеев, немалую их часть которых, составляют головы их собственных соплеменников. Что человеческие черепа висят там на специальном стенде рядом с черепами медведей, горных львов и других опасных хищников, водившихся в этой части Соединённых Штатов. Впечатлила бы соседей так же и коллекция холодного и энергетического оружия, выставленного в том же подвале, но, к сожалению или к счастью, им не дано было увидеть всё это. Дом семьи Вудс, надёжно хранил свои мрачные тайны за фасадом неприметности.
В женщине, стоявшей на его крыльце, тоже не было ничего необычного. Средний рост, привлекательная но неброская внешность, атлетичная фигура, свидетельствующая об увлечении альпинизмом. Единственное, что хоть немного выделяло Алексу на фоне остальной массы в основном белого населения, это цвет кожи и курчавые, тёмно-каштановые волосы. Впрочем, к дочери известного альпиниста, жившей здесь в детстве и вернувшейся после смерти родителей, все давно привыкли и обращали внимание только чтобы поздороваться или спросить – не собирается ли она в экспедицию, и не нужно присмотреть за домом в её отсутствии?
Вот и сейчас припозднившийся сосед лишь помахал Алексе, пожелав доброго вечера, прежде чем скрыться за дверью своего дома. Никто не обращал на неё внимания. Никто и подумать не мог, что она не просто дышит свежим воздухом перед сном, а ждёт возвращения существа, один вид которого был способен вызвать не проходящие ночные кошмары. Не говоря уже о его действиях вроде собирания трофеев из человеческих черепов и сдирание кожи с подвешенных вверх ногами тел, чьи обладатели оказались недостойны столь «почётной» участи. Впрочем, сегодня спутник её жизни запаздывал и Алекса постепенно начинала волноваться.
В отличие от Шрама, с которым, с некоторого времени, начала делить доставшуюся в наследство жилплощадь, она не очень-то верила в неуязвимость хищьих доспехов. То есть они конечно были крепкими (возможно даже более крепкими, чем любой из земных аналогов, но всё же их можно было пробить. Такое один раз уже произошло прямо на её глазах. Костяное лезвие, венчавшее позвонковый хвост пробил выкованные инопланетными кузнецами латы, глубоко войдя в тело хищника. Тогда лишь её помощь и, присущая всем членам его расы фантастическая жизнестойкость, спасла Шрама от смерти. И Лекси не хотела, чтобы это повторилось.
Дичь, за которой он пошёл, не была хоть сколь-нибудь опасной, но… агенты спецслужб наверняка не отказались бы заполучить в свои руки инопланетные технологии. А значит опасность существовала, пусть и минимальная. Откуда ей было знать, что какой-нибудь аналитик из ЦРУ или АНБ не установил связи между загадочными убийствами преступников, происходящими в различных частях Штата, и не отправили за Шрамом оперативную группу с крупнокалиберным оружием и приказом: «захватить живым или мёртвым»?
С каждой проходящей минутой беспокойство Алексы росло, но сделать что-то с этим она, конечно же, не могла. Так уж повелось на Земле испокон веков – мужчины уходили на охоту, а женщины ждали и тревожились за них. Вот и она, несмотря на все попытки уйти от традиционных гендерных ролей в конце концов стала их жертвой. И это она – самая молодая женщина, покорившая Эверест!
Чтобы хоть немного отвлечься и успокоиться женщина попыталась переключить внимание на что-нибудь другое и огляделась по сторонам. Вечер сдавал позиции, стремительно уступая место ночи, до окончательной победы которой осталось не больше четверти часа. Привычные с детства звуки родного пригорода сменились тишиной, нарушаемой лишь треском сверчков, да шелестом шин на соседних улицах. Дневной свет покидал небо, и хотя на западе оно ещё оставалось светлым, озарённое потухающими всполохами вечерней зари, большая его часть уже потемнела, налившись густой синевой. Облака, сгустившиеся на закате, разлетелись как дым, и из открывшейся за ними звёздной бездны в лицо Алексе взглянула роскошная и полная Луна, похожая на отлитый из серебра диск.
— La Luna del Cacciatore*, – чётко выговаривая заученные слова произнесла женщина, ощущая на своём лице лёгкое дуновение ночного воздуха. В противовес жаркому дыханию дня оно было прохладным и влажным. Освежало и заставляло ёжиться. Из дома Вудс вышла в одном лишь халате любимого, малинового цвета, о чём пожалела теперь. Шрам не спешил, а ожидание – затягивалось.
«И где его только носит?» – задаваясь этим вопросом, Лекси вновь подняла взор к небесам, наблюдая как последние остатки пожара, охватившего их на закате, угасают, сменяясь призрачным голубовато-зелёным мерцанием. Прошло мгновение и лунный свет смыл и его ознаменовав полную и окончательную победу ночи. Во всём мире остались лишь синий и серебряный цвета, затопившие и небо и землю. Маленький провинциальный городок пока что ещё сопротивлялась их наплыву, но женщина уже предчувствовала тот недалёкий час, когда все огни в окнах погаснут и подступающий ночной мрак сомкнётся над морем островерхих крыш и затопит их.
Луна, меж тем, поднималась всё выше, стремительно набирая силу, и вместе этим росло и беспокойство Лекси. Так сильно она тревожилась за Шрама только один раз – в ту злополучную ночь, когда он чуть было не стал последней жертвой вырвавшегося из-подо льда исполинского чудовища. Они тогда ещё только начинали свой совместный путь, и точно так же им его освещала Луна, низко висевшая над бескрайними антарктическими льдами. Луна Охотника, как назвал её ныне уже покойный Себастьян де Роса.
Карие глаза женщины затуманились, а разум отправился в прошлое – блуждать в дымке не самых приятных воспоминаний…
Комментарий к Пролог. Тревожась за Охотника.
La Luna del Cacciatore – Полнолуние, Время Полной Луны или Луна Охотника (в значении Луна помогающая Охотнику) (итал.).
========== Глава 1.Над пропастью во льдах. ==========
«За исцеление не благодарят».
Народная Мудрость.
Лекси и не думала, что им удастся победить или хотя бы выбраться из кишевшей чужими Пирамиды. Однако же они смогли. Стараниями хищника им удалось не только пробиться через полчище чёрных тварей, но и улизнули от взрыва, воспользовавшись подъёмником в самый последний момент. В результате, ледяной грот, в котором находилась Пирамида, оказался полностью уничтожен. Взрыв колоссальной мощности в мгновение ока превратил миллионы тонн льда в пар, который, в свою очередь стал плавить окружающие слои, превращая их в новые облака пара. Твердь у них под ногами трескалась и ходила ходуном. Кратер, образовавшийся вокруг горловины шахты, начал стремительно расширяться, поглощая заброшенную китобойную станцию, обустроенный людьми Вейланда базовый лагерь и мобильное буровое оборудование. Всё это оказалось поглощено земными недрами.
Они сами только чудом успели уйти. Шрам буквально вынес её на себе, сумев, каким-то образом обогнать расширяющуюся волну разрушения. Лёд трещал и ломался под ними, но хищник упрямо бежал вперёд, волоча её за собой. Не желая смиряться с поражением он упрямо игнорировать тот факт, что никакой надежды на спасение не было и, в конце концов, оказался сильнее обстоятельств. Он вёл себя как истинный воин и сохранял хладнокровие, даже когда ледяной покров трещал и расходился у него под ногами,грозя навеки похоронить в разверзавшейся внизу бездне. В конце концов Шраму удалось совершить отчаянный бросок и прыгнуть вместе с ней в сугроб, смягчивший падение. В противном случае Лекси непременно сломала бы себе что-нибудь.