Процесс

  Между тем, стоять было все трудней. Наверно будь я помоложе, это бы не было большой проблемой - постоять пол часа в тесном салоне автобуса. Но сейчас, когда давление внутри меня, в ответ на тающий остаток кислорода в салоне, возрастает и голову начинает мутить, когда кости и мышцы ноют от невозможности разогнать кровь по телу - этот способ передвижения по городу, уже не кажется удачным. Да и мысль о том, что мой друг уже на подходе к бару, не давала покоя. Нужно было что-то делать. Я как мог, "деликатно" работая локтями, где-то силой, где-то просьбами, протиснулся к водителю.

   - Можно открыть дверь?

   Водитель, подобравшись, наклонился вперед, из-за чего его руки утонули в складках живота и не поворачивая головы изрек:

   - Не могу выпускать вне остановочных комплексов.

   - Ну слушай, я тороплюсь, они тут может еще пол-часа стоять будут. Выпусти, будь другом - я как мог пытался разжалобить водителя.

   - Не положено, стоим посреди дороги. Место нехорошее, полицаи кругом, меня же...

   - Да им сейчас не до тебя и машины кругом не двигаются. Людей пожалей, дышать нечем и стоять еще неизвестно сколько. А если кому-то поплохеет? Нужны тебе эти проблемы? - ответил я, пытаясь выглядеть как можно более убедительно.

   Водитель на несколько секунд задумался, взвешивая "за" и "против". Ему не нравился ни один из вариантов, но здесь, один на один с пассажирами отказать не так "легко", как это делают чиновники, сидя в кабинетах за несколькими постами охраны или в бронированных автомобилях с кортежем. Затем он поднес к лицу микрофон, повернулся к людям в салоне и произнес:

   - Я сейчас открою дверь. Не толкаясь, спокойно, все желающие смогут выйти.

   Его голос был тихим и ясным, в нем не чувствовалось ни досады, ни раздражения, он просто делал все, что мог в сложившейся ситуации.

   - Смотрите внимательно по сторонам. И не привлекайте внимания. Такие проблемы мне тоже не нужны - закончил он.

   - Спасибо, большое - воскликнул я.

   Выискивая взглядом желающих выйти, я потихоньку пробирался к заветной двери, балансируя на цыпочках и пытаясь не отдавить ноги другим пассажирам. Как ни странно, но выйти решились далеко не все. Те немногие, выходили из автобуса и трусцой, между машин, пробирались к тротуару. Те же кто остался, смиренно ждали когда автобус снова тронется. Впрочем, не у всех есть "лишние" деньги на многократные пересадки.

   Я уже бежал по направлению ко входу в метро. Мне повезет если я, проехав часть пути на метро, успею попасть на автобус того же маршрута, который успел уехать дальше.

   Вы всегда можете понять, что находитесь в метро, воздух здесь насыщен запахом влажного цемента, механизмов и человеческих тел. Неторопливый спуск на движущихся ступенях эскалатора. Электропоезда, несущиеся в тёмных тоннелях с бегущими за окном, навстречу вам, кабельными линиями. И люди, толпы людей повсюду. Вот что представляешь думая об метрополитене. Реальность сложнее.

   Досмотр в наше время не редкость, из-за пресловутой безопасности и давно стал рутинным ритуалом. Но в этом случае, я второпях проскочил на всем скаку через рамку металлоискателя. Мне совсем не хотелось возвращаться обратно, расталкивая напирающих навстречу людей. И как всегда бывает, если ты спешишь, все получается не так как ты рассчитывал. На моем пути внезапно вырос огромный высокий полицейский с явно избыточным весом. Его форма, за которой похоже не очень ухаживали, лоснилась так, что от нее отражался даже приглушенный свет подземки.

   - Мужчина - прогремел грозный голос - сумку на ленту для досмотра.

   Я остановился как вкопанный. Люди напирающие сзади, привычным жестом, покорно, не дожидаясь команды, ставили сумку на ленту и недовольно толкали меня плечом, проходя мимо. Словно намекая, что я им тут сильно мешаю.

   Какого черта? Я ведь ничего не нарушаю - эта мысль посетила меня в этот момент, но начал я довольно мирно:

   - Простите, меня в чем-то подозревают? - спросил я.

   - "Рамка" на вас сработала - ответил охранник.

   - И? - наигранно недоумевал я.

   После небольшой паузы, так и не дождавшись ответной реакции, я продолжил:

   - Как и на всех остальных. Мне кажется она просто звенит на каждого входящего. Или она что? В моем случае как-то особенно звенит?

   - Слушайте, мне некогда тут с вами время терять - ответил он со вздохом, словно очередная назойливая муха, мешала ему делать дело неимоверной важности.

   - Пока вы тут меня отвлекаете, злоумышленники могут пронести что-то незаконное. Положено проверять, мы проверяем.

   - Кем положено? Куда положено? - не унимался я.

   Меня уже начинал раздражать этот пустой разговор. А полицейский, напротив, демонстрировал чудеса терпения, он похоже был просто не в состоянии уловить, даже примитивные оттенки эмоций или намеки. В мои слова он вникал не больше, чем в текст "мусорных" объявлений расклеенных на каждом столбе в городе, только слова на листе. Хотя что-то в его глазах мне подсказывало, что он сейчас с удовольствием скрутил бы меня на полу, смачно придавив коленом сверху.

   - Мужчина, или проверяем сумку, или выходим из метро - ответил он тоном не допускающим пререканий. Но огонек в его глазах все же угас.

   - Вы отказываетесь меня пускать в общественный транспорт?

   - Да - ответил "истукан".

   Обескураженный, я стоял и разглядывал своего собеседника. Люди сплошным потоком огибали нас, как река огибает скалу, лишь изредка раздраженно задевая меня. Забавно, но полицейский оставался неприкасаемым. "Мелкая" особенность человеческой натуры, лишь единицы, имеют достоинство и смелость, вести себя согласно своим принципам одинаково со всеми. Большинство же, проявляют свою смелость и спесь, лишь там, где по тем или иным причинам им не могут дать отпор. Обычно подобные "проявления" я наблюдаю в самых безобидных местах: на кассах супермаркетов или перед прилавком в фастфуде.