Страница 15 из 28
– Самого дорогого вина, Куди, – кивнул ей Абигор.
– Угу, – она поклонилась и тут же подумала, не предложить ли господам девочек, но глянув на их посерьезневшие лица, оставила эту затею.
Как только она ушла, Абигор дернулся и вымученно простонал, прижав пальцы к вискам. Стоявший рядом Уфир обеспокоенно заглянул в его глаза и, обхватив за плечи, усадил на стул.
– Ты что-то видел? – прошептал он над его ухом. Однажды он уже замечал, что особо важные видения приходят к тому именно с такой острой головной болью.
Провидец взглянул отрешенно, но тут же нашел силы. И когда Уфир уселся напротив и взглянул в ожидании ответа, Абигор выпалил:
– У Лэр случится созерцание.
– Ты уверен? – голос Уфира внезапно осип, и он зашелся кашлем.
– Ее живот. Я видел внутри него {это}… – провидец нахмурился, теряясь в словах.
– Неужели… – слабые догадки пришли в голову не сразу. Уфир с опасением взглянул на него. – Ты считаешь, это она?
– Я не был уверен. Но теперь, считаю, что да. Да, Белоснежка, это она.
– Предначертанная, – сорвалось с языка Уфира, и он схватился за голову. Вот почему их всех так влечет к ней. Это обещанное возмездие из пророчества!
– Она ведь сравнительно недавно демон, – прерывая его раздумья, произнес Абигор. – А что если это «чудо» может ее убить?
– Я этого не допущу, – отрезал Уфир. И хотя он испугался ее мести, предсказанной пророчеством, мысли о том, что герцогини может не стать, он уже не выносил. Сейчас его обуяли противоречивые чувства… – Нет, ни в коем случае. – Он закрыл глаза, глубоко вздохнул и помотал головой: – Я выберу ее жизнь.
Он взглянул на Абигора, но тот отчего-то нахмурился:
– Это чревато последствиями.
– Раз ты так говоришь, значит, недостаточно любишь ее! – Уфир вспылил, негодуя от равнодушия провидца, и, вставая, едва не опрокинул перед ним стол. Если бы не появившаяся с подносом Куди, которая наскоро расставила перед ними трехлитровый бочонок с благородным красным вином и два бокала, он именно это бы и сделал.
Заметив возникшее напряжение, женщина поспешила удалиться. Уж кого-кого, а Уфира злить она не хотела, о нем ходили нелестные слухи, и потому она боялась демона до дрожи в коленках.
– Я люблю ее, – прошипел в ответ Абигор, как только Куди отошла. – Просто…
– Что?
– У нас с ней ничего не было… – сознаваясь в этом, провидец понизил голос до шепота.
– Что? – теперь глаза Уфира сделались круглыми от изумления, а улыбка его, до того напоминавшая звериный оскал, сделалась снисходительной, он даже прыснул со смеху: – Не может быть.
– Именно.
– Куди! – глядя ему в глаза, неожиданно рявкнул Уфир и со всей силы опустил свой кулак на стол.
От этого обе, так и не наполненные кружки, подлетели вверх.
– Да, мессир? – на лице представшей перед ними дьяволицы отразился откровенный испуг.
– Крепкие сигары есть?
– Есть, мессир. Вам какие?
– Куди, – встрял Абигор, привлекая ее внимание. А когда она взглянула на него, взял ее руку и, ободряюще похлопав по ней, произнес: – Принеси мои любимые с вишней и шоколадом.
Уфир так и остался смотреть на провидца, не в силах поверить услышанному. Ведь он тоже ничего не добился от Лэр и теперь не знал, радоваться ему или огорчаться. И даже когда Куди вернулась, чтобы разложить перед ними ровно шесть больших сигарилл, он все смотрел на Абигора.
– Ты что, смерти нашей хочешь? – рассмеялся он, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.
Уфир все это время продолжал испепелять его взглядом, и когда они, наконец, остались наедине, снял возникшую неловкость:
– И кто же будет этим счастливчиком?
– Ты еще спрашиваешь, конечно же, я!
От такой самоуверенности провидца, Уфир снова разъярился: сейчас ему захотелось кинуться и вцепиться в него подобно волку – рвать зубами, когтями и душить хвостом прямо тут – на глазах у всех.
Абигор вдруг растянул губы в своей неизменной улыбке и, взяв со стола одну из сигарилл, прикурил от пальца, а затем, переменившись в лице, серьезно произнес:
– Вообще, я к тебе вот по какому делу…
Провидец рассказал ему о разговоре с Асмодеем, и Уфир с легкостью согласился что-нибудь предпринять, чтобы нарушить планы инуба. Потом они еще долго сидели в призрачном кабаке, выпивали и курили ароматные сигариллы, размышляя о земной девушке.
Они не видели того, что у их застолья имелся сторонний наблюдатель, лицо которого было скрыто глубоким капюшоном. Тот сидел в противоположной стороне, укромно затаившись за спинами других посетителей, и по приказу Дара фон Кейзерлинга «следил сейчас за этими двумя».
***
По прибытии в Вертерон Абигор все никак не мог перестать думать о своей Лэр. Он искренне верил, что она предначертана ему судьбой, и именно он разделит с ней ту непростую миссию, для которой она была рождена на земле. Выпитое вино подзадоривало его встретиться с девушкой. Он скучал. «А ведь на подходе уже вторые сумеречные сутки с нашей последней встречи», – мелькнуло в его голове, и тогда он решил, что непременно с ней увидится.
Он появился у подножия ее кровати, не удосужившись войти через дверь, и увидев его, демоница в мыслях поблагодарила счастливый случай за то, что Себастиан успел уйти. Как и провидец до того, она уже успела напиться вина, и теперь ее щеки раскраснелись и горячечно горели. Расценив это как смущение, Абигор улыбнулся:
– Детка, прости, я не хотел тебя напугать.
– Что ты тут делаешь? – натягивая до подбородка одеяло, демоница заметно посуровела взглядом. Сейчас Абигор видел, как она отвернулась, будто обиделась на что-то, и не понимал, почему она так себя ведет. Ведь до того он мечтал, что как только появится – Лэр кинется к нему на шею, ведь, должно быть, тоже успела сильно соскучиться.
– Я пришел сказать, что Уфир готовит для тебя сыворотку памяти. Возможно, ты вспомнишь нечто, чем будешь удивлена. Надеюсь, приятно удивлена, – многообещающе добавил он, ожидая, чтобы она, наконец, взглянула на него.
– Я поняла, – ответила демоница, не повернув головы.
Слова Лэр прозвучали настолько сухо, что Абигор вздрогнул. Он испытующе взглянул на нее, теряясь в догадках, что же такого могло произойти в его отсутствие. Но потом вдруг подумал, что, возможно, причина и кроется в его длительном отсутствии. «Девочки – нежные создания, требующие постоянного внимания», – промелькнула мысль, и он улыбнулся.
– Малыш, прости, я больше тебя не оставлю, – пообещал провидец, встретившись с ней взглядом, и этот взгляд ему не понравился…
– Ты считаешь, что можешь приходить и уходить, когда тебе захочется? – вспылила она и, вставая, в гневе отбросила одеяло, совсем забыв о том, что на ней сейчас нет приличной одежды.
При виде открывшихся соблазнительных изгибов и округлостей, Абигор потерял дар речи. Не в силах оторвать взгляд от ее полной груди, тонкой талии и роскошных бедер, он учащенно задышал.
– Лэ-э-эр, – простонал он, – скажи, ты специально дразнишь меня?
Опомнившись, она стянула покрывало и, накинув его, смущенно взглянула провидцу в глаза. Он же смотрел на нее так, что от его взгляда она мгновенно смягчилась и теперь лишь пожурила:
– Ты уже обещал, что никогда не оставишь меня и говоришь об этом вновь?
– Все, что я делаю, это ради нас, Лэр. – Абигор становился рядом и обнял ее, обвив за плечи, а другой рукой зарывшись в ее волосы. – Обещаю, что больше не огорчу тебя, – сказал он, целуя ее в висок.
Почувствовав вину, Лэр разревелась. Поняв это по-своему, Абигор крепче прижал к себе демоницу за трясущиеся плечи и принялся раскачиваться с ней в разные стороны, словно стремился убаюкать:
– Тш-ш-ш, любимая, все в порядке, – приговаривал он.
От того, как он ее назвал, демоница расплакалась еще сильнее. Прозвучало это вполне естественно, будто до того, он так звал ее всегда. «А может быть, это очередное ложное дежавю?» – попыталась усмирить она саму себя.
…
Себастиан чуть приоткрыл дверь в покои госпожи: в гостях у герцогини был Его Величество Абигор. При виде него сердце дворецкого похолодело.