Неудачник — книга первая

– Смотрите сами. Только действуйте так, чтобы не оставлять следов. Мы, как и все Ургели, имеем право на эти книги. Нет никакого воровства, мне только не хочется лишний раз ссориться с Ойгеном. Скоро приедут мастера и в первую очередь займутся мной, а потом вами. Поэтому сидите в своих комнатах, чтобы вас потом не искать. Робер, не составите мне компанию? Нужно распорядиться, чтобы привели в порядок мои комнаты, а я не хочу расхаживать по замку одна. Вряд ли муж решится мне вредить, но ваше присутствие будет нелишним и придаст мне уверенности. Даже волевой женщине так трудно без мужского плеча...

Мануэла ушла под руку с Робером, а Крис предложил Клоду не тянуть с библиотекой и отправиться в неё прямо сейчас.

– Пускай девчонки болтают, а мы займёмся делом, – сказал он, отмахнувшись от возмущённой сестры. – Отец сердит и на меня и может прибегнуть к наказаниям, поэтому лучше сделать пораньше, чтобы потом не жалеть. А побыть с Луизой успеешь, мы быстро управимся.

– Ладно, идите, – недовольно согласилась Луиза. – Только смотри, чтобы это было недолго. А мы пока пойдём в комнаты к Алине. Если приедут мастера, мать пошлёт за вами туда.

– Слуга действительно без защиты? – спросил Клод, когда они свернули в ведущий к библиотеке коридор. – Я ещё не полностью восстановился и могу не продавить амулет.

– Нет на нём ничего, – ответил Крис. – Клод, прости за обман... Я очень хотел оживить мать, а ты не стал бы этого делать.

– А почему этого не захотел делать твой отец? – спросил Клод. – Твоя мать намного красивей Гретты. Я вообще не видел такой красоты, как у неё и у Луизы.

– И не увидишь. Мать принадлежит к семье графов Тибур, а они помешаны на женской красоте. Мало того что выбирали в жёны только красавиц, ещё и улучшали свою породу магией. Я читал, что в древности этим занимались, только менять наследственность очень рискованно: можно такого натворить... Многие и натворили, а у этих получилось. На мужчинах магия сказалась слабо, а женщины получились одна красивее другой. Графство Тибур расположено где-то в южных провинциях, и лет триста назад его графы не отличались богатством и силой, а сейчас это одно из самых влиятельных семейств. И возвышением они обязаны красоте своих женщин. Наверное, нет ни одного влиятельного рода, с которым они не породнились. Прежняя императрица тоже была когда-то графиней Тибур. Но у их женщин есть один недостаток: они очень любят командовать. Луиза тоже такая. А отец... Ты любишь куриное мясо?

– Люблю, конечно. А почему ты спросил?

– Я тоже люблю, – кивнул Крис, – вкусное мясо. Но если есть одну курятину, она когда-нибудь надоест. Так и с женской красотой. К ней тоже можно привыкнуть. Это не мои слова, я тебе пересказываю то, что слышал от отца. Конечно, он говорил это не мне, но слуховые трубки у нас не в одних гостевых комнатах. Ты уже знаешь его характер, поэтому можешь понять, что мать с её замашками ему не подходила.

– Хочешь сказать, что твой отец приложил руку к её смерти?

– Может, и приложил. Печалился он недолго. А на вашей Гретте он женится. Красивая женщина с мягким характером и отсутствием сильной родни – это то, что ему нужно. Видно, что Гретта его не любит, а только устраивает свою судьбу, поэтому у неё не будет ревности. Она не скажет ему ни слова против.

– А зачем это нужно тебе? – спросил Клод. – Мать уедет, а отец не простит этой выходки. Из-за тебя он лишится кучи золота.

– Ну и пусть! – упрямо сказал Крис. – Ты не понимаешь... Когда умерла мама, сестре было восемь лет, и она быстро утешилась. Отец любил Луизу и во всём ей потакал, а она уже тогда вертела слугами. А мне было только пять. Отец относился ко мне как к наследнику, а не сыну. Учителя, подарки, золото – это у меня было, не было только близкого человека! В нашем замке не появлялся ни один мальчишка, не было даже девчонок, поэтому я не мог завести друзей. А в гости брали только Луизу, да и то редко. Если бы не библиотека, я бы сошёл с ума, но нельзя же всё время читать книги! От этого тоже можно рехнуться. Я так надеялся, что мама что-нибудь придумает, но она ничего не смогла сделать, а теперь ещё и ты уедешь. Всё, договорим потом. Видишь, приоткрыта дверь? Значит, Эрих в библиотеке. Наверное, протирает пыль.

Они зашли в библиотеку и сразу услышали шаркающие старческие шаги. Из-за крайней полки с книгами появился слуга, который поспешил к посетителям.

– Извините, господа, но хозяин велел никого не пускать! – сказал он с поклоном. – Даже вас, господин граф. Он приказал провести уборку и принести ему ключ.

– Хорошо, что я поторопился, – довольно сказал Крис. – Надеюсь, что библиотеку закроют только до вашего отъезда, а то без книг плохо. Начинай работать.

– Он не помешает, – сказал Клод, имея в виду застывшего Эриха, – и потом ничего не вспомнит. Пошли к полкам с магией.

С книгами они возились с полчаса, отобрав их два десятка.

– Больше нельзя брать, – сказал Крис, перекладывая оставшиеся книги так, чтобы не бросалось в глаза, что их стало меньше. – Старик сразу заметит. А то я забрал бы себе книгу с демонами. Эх, был бы я магом! Я не вылезал бы из их миров! Давай выносить отобранное. Нам здесь две ходки, а тебя скоро могут позвать к мастерам.

Они в два приёма перенесли книги в комнаты Криса, «разморозили» слугу и побежали к комнатам Клода.

«Клод, где тебя носит? – мысленно спросила Алина, когда уже подбегали к дверям. – Сейчас с нас закончат снимать мерки и займутся тобой и Робером. Знаешь, – она фыркнула, – твоя графиня его заездила. Он, бедный, еле ходит, зато Мануэла не ходит, а летает. Мне она заказала целых три платья и две пары туфель. Зачем столько, если буду сидеть в доме? И ещё всем будут шить из кожи дорожную одежду. Оказывается, здесь дамы ездят на лошадях в штанах! Я сначала не поверила, но мастер подтвердил. Представляешь меня в штанах?»

«Не представляю, – улыбнувшись, ответил брат, – но думаю, что это удобнее наших дамских сёдел. Поедем в карете, но может так случиться, что её придётся бросить и пересесть на лошадей. Видел я, как вы мучились, когда мы бросили возок. Скажешь, когда с вами закончат».

С мастерами были заняты до обеда, а когда собрались в трапезной, Мануэлу попытались отравить. Она не думала, что до этого дойдёт, но всё-таки попросила Баума проверить стоявшие возле неё блюда.

– Напрасно вы беспокоитесь, – сказал маг. – Ссора с мужем – это не повод для отравления. Но я, конечно же, проверю.

Баум создал нужное заклинание, и поваливший из жареного мяса пар окрасился в зелёный цвет.

– Действительно... – растерялся он. – В ваше мясо добавили какую-то дрянь. Это не яд, а сонное зелье. В остальных кушаньях ничего нет.

– Тогда я попрошу всех об этом забыть, – с улыбкой сказала Мануэла, взяла своё блюдо с мясом и поменяла его местами с тем, которое стояло на столе Ойгена.

– Разумно ли это? – нахмурился Баум. – Может, мне обезвредить мясо? Полностью это не сделаю, но вреда уже не будет.

– Не возражаю, – ответила графиня, – но пообедаю из этого блюда. А из того пусть ест муж.

– Вам лучше не сидеть здесь месяц, а уехать раньше, – посоветовал маг. – Можно поднять скандал или обратиться в магистрат, но вы ничего не докажете, а вашего мужа не поведут на допрос. Для этого пока нет оснований.

– Я подумаю, – ответила Мануэла, – а вас, Баум, попрошу держаться подальше от наших разборок. Вы ведь знаете, на что способен Ойген.

На обед граф опять пришёл под руку с Греттой. Он выглядел довольным и даже пару раз пошутил. Ел медленнее обычного и к концу трапезы стал сонным, да и Гретта выглядела такой же. Когда они поели и ушли, остальные тоже начали покидать трапезную.