Страница 18 из 42
— Можешь не волноваться, я всё сделаю, — кивнула помощница и встала со стула.
С бешено бьющимся сердцем Грейнджер вышла из кабинета. Она уже много лет не пыталась постоять за себя подобным образом, она уже и забыла как это делать, и что при этом ощущаешь. Да — это было здорово. Гермиона точно знала, что прекрасно справится с этой задачей. Поставщики ингредиентов не такие крутые бизнесмены, с которыми привык общаться её начальник, они простые маги, Грейнджер уже нашла с ними общий язык.
*
Когда Гермиона скрылась за дверью, Драко закрыл лицо руками протерев глаза. Он должен был злиться, но мог думать лишь о том, как сексуально выглядела Грейнджер, когда пыталась им командовать. Наверное потому, что она напомнила ему прежнюю Гермиону, которая была лучшей старостой в школе, и всегда умела договариваться со всеми представителями факультетов. Сейчас она стала ещё лучше, не терпела пренебрежительного отношения к себе, командовала им, и хотела показать, как хорошо она может работать.
Проблема только в том, что Грейнджер бросила его. Пусть и из лучших побуждений, но это не отменяет того, что она ушла от него, разбив ему сердце. А сейчас Гермиона ведёт себя так, словно ничего не произошло, в то время как он только начал примиряться с её поступком и стремиться понять его. Хотя на самом деле Драко чувствовал, что так ничего и не понял.
Получается, Грейнджер ушла не потому, что не любила его, а потому, что любила, и считала, что так будет лучше для Малфоя. Неужели она думает, что её признание улучшило ситуацию — оно всё запутало ещё больше. По крайней мере, до её откровения Драко мог объяснить свой стиль жизни предательством жены, винить во всём своё разбитое сердце. Именно из-за Гермионы он стал мужчиной, который не желает влюбляться, не даёт женщинам ни каких обещаний, и считает серьёзные отношения уделом слабаков. А в отдельных случаях, таких везунчиков как Блейз и Тео, которым улыбнулась судьба ещё в школе встретить свою настоящую любовь. Пенси и Дафна были из категории «правильных женщин», которые будут рядом всю жизнь. Драко честно признавался себе, что ему так не повезло, но из-за этого он не посыпал голову пеплом.
Ещё пару дней назад жизнь Малфоя казалось ему кристально ясной, а теперь всё словно стало неправильным и серым. Грейнджер снова ворвалась в его жизнь, призналась, что солгала, и делает вид, как будто так и надо. А Драко вдруг стал чувствовать себя неправым?
Вся эта ситуация его ужасно злила. Но придумать, что с этим делать, он пока не мог.
На обед Малфой не стал оставаться в офисе, решил сходить домой. Грейнджер осталась на работе, он видел, как усердно она трудится. Пока Драко был дома, вспомнил, что ещё надо подготовиться к приходу комиссии из министерства, они будут смотреть, как работники готовят зелье, надо предоставить им все бумаги.
— Проверь личные дела всех сотрудников, — приказал Малфой, как только вернулся в офис. — На следующей неделе у нас точно будет комиссия, она будет проверять изготовления продукта. За год мои работники многому научились, надо будет внести эти данные в документы.
— Я всё сделаю в лучшем виде, — заверила его Гермиона.
— Учти, это большая работа, ты должна всё успеть за выходные, — велел Драко.
— Всё будет готово, — с энтузиазмом заявила помощница.
Малфой кивнул и вернулся в свой кабинет. Он не сомневался, что Грейнджер завтра точно придёт на работу, ему лучше здесь не показываться, можно заниматься делами в особняке. Когда вечером Драко отправился домой, Гермиона ещё сидела на рабочем месте, было ясно, что она собирается задержаться.
*
Давно Грейнджер не работала с таким воодушевлением, наконец-то она почувствовала на новой работе себя по-настоящему востребованной.
В субботу сразу после завтрака Гермиона отправилась в офис и продолжила готовить бумаги о сотрудниках. Ей хотелось всё точно успеть сделать к понедельнику, чтобы утром, когда Драко придёт на работу, она могла с гордостью вручить ему папки. Потому что больше ей нечем было гордиться, если раньше она думала, что благодаря её самопожертвованию Малфой получил деньги от отца, то теперь, когда она узнала, что он не взял их, ей было грустно. Она понимала, что глупо злиться на себя вечно, откуда ей было знать, что Драко поступит именно так, что его обида на отца будет настолько сильна.
Сейчас Грейнджер чувствовала, что должна много, долго и старательно трудиться, чтобы доказать бывшему мужу, как ей важна эта работа.
*
Малфой проснулся утром в субботу, и долго гулял по саду, раздумывая над своей жизнью. До обеда он никак не мог заставить себя взяться за дела. После того, как он поел, сел в кабинете и решил ещё раз сверить все бумаги, которые ему прислали Забини и Нотт.
В шесть часов он понял, что забыл в офисе одну папку, он был уверен, что Гермиона была на работе, но уже точно ушла. Кого же было его удивление, когда он шёл по коридору и увидел бывшую жену, она сидела за столом и усердно что-то писала.
— Ты что до сих пор здесь делаешь, сегодня же суббота? — изумился Драко.
— Выполняю твоё задание, — спокойно ответила Грейнджер, она была удивлена не меньше начальника, когда он вечером пришёл на работу. — Я уже почти закончила.
— Ладно, сама наложишь охранные чары, мне надо взять лишь одну папку, — сказал Малфой.
Он быстро вошёл в кабинет, уже через минуту вышел и покинул офис.
Гермиона перевела дух и продолжила работу.
В воскресенье в два часа Драко уже не так сильно удивился, когда увидел свою бывшую жену, на этот раз, она точно собиралась уходить, убирала папки в шкаф. Малфой всё равно разозлился, он был уверен, что в выходные точно не увидит её, и вот опять они столкнулись. Если бы на месте Грейнджер была другая помощница, Драко был бы только рад, что она так ответственно отнеслась к его поручению. Наверное, неправильно и не хорошо так думать, но Малфой ничего не мог с собой поделать. А ведь его бывшая жена действительно оказалась незаменимым сотрудником.
Драко всё равно не желал её видеть. Признание Гермионы перевернуло его размеренную и спокойную жизнь верх ногами. Теперь каждый раз, когда он смотрел на неё, точно зная, как она его любила, чувствовал, что его сердце разрывается на куски, оно болело и ныло от тоски. А его воображение начинало создавать невероятные картины того, какая жизнь могла бы у них быть, если бы они остались вместе.
Малфой от ярости сжал кулаки. В его жизни не было места «если бы», за ними скрыты пустые фантазии и мечты, а ему нужны только реальные факты. Гермиона одна приняла решение, которое они должны были обсудить вместе. Она предала его и точка.
Сейчас Драко стало казаться, что его бывшая жена сделала ошибку, а расплачиваться снова должен он. Это не справедливо. Поэтому он и не хотел видеть Грейнджер. Но пока он находится в Дублине, ему придётся смириться с тем, что ему надо с ней работать.
Пока Малфой размышлял, он не заметил, как его помощница взяла с десяток папок и пошла к выходу. Он был поражён, как она хочет вместе с такой кипой бумаг перенестись домой.
— Давай помогу, — предложил он, догнав её на лестнице.
— Нет, не надо, всё в порядке, я справлюсь сама, — ответила Гермиона. — Я уже почти закончила с личными делами сотрудников, хочу ещё сделать записи в их резюме, я читала в газете, что сотрудники министерства стали часто смотреть их — это ирландское ноу-хау.
Драко кивнул, а сам пришёл в бешенство. Неужели Грейнджер обязательно быть такой исполнительной и так правильно выполнять свою работу? Разве нельзя один раз ошибиться, дать ему повод, чтобы он мог вылить свой гнев на неё.
— И всё-таки давай я провожу тебя до дома, — повторил Малфой.
— Не нужно, меня на улице ждёт отец, — объяснила Гермиона.
Мужчина поднял голову и увидел Венделлома. Кажется, он стоял здесь, когда Драко пришёл в офис, просто он так быстро вошёл, что не заметил мистера Грейнджера.
— Здравствуй, Драко, — улыбнулся ему Венделлом.