Страница 3 из 54
Пара ракет рванули в воздухе, рассыпав по небосводу кучу искр и вспышек фейерверка. Это смотрелось даже днем достаточно эффектно. Но одна из ракет улетела далеко и угодила в сарай. Словно отрыжкой дракона вспыхнул пожар. Раскаленные искры довольно быстро взлетели выше деревьев. Вскоре от сарая осталось лишь пепелище.
— Да, это страшная штука, — со скепсисом в голосе сказал царь, — но разлетаются ракеты не понять куда.
Скопин-Шуйский ответил:
— В пешей армии и при осаде крепостей такая штука очень даже пригодится! А над полетами ракет мы еще поработаем.
Царь устало произнес:
— Дай Бог, чтобы все отладили! — и продолжил осмотр своей модернизированной армии.
Его заинтересовал введенный Сотниковым штык на мушкете, который выглядел экзотично и необычно. Им можно было бить врага и при этом одновременно палить из мушкета. Но настоящей диковинкой царю Василию показался воздушный шар. Прекрасное средство для воздушной разведки, которое можно использовать и в качестве бомбардировщика.
Однако от предложения подняться в небо царь Василий все же отказался.
А вот Скопин-Шуйский и предводитель наемников Якоб Делагарди от такого удовольствия решили не отказываться. С ними в корзину залез проворный белобрысый подросток, обученный управлению шаром. Он скинул несколько мешочков балласта, и конструкция медленно поднялась в воздух. Алексей Сотников и его мастера над этим шедевром поработали на славу. Для горизонтально управления летательного аппарата использовался вращающийся с помощью пара винт. Подобное обеспечивало неплохую маневренность.
Как только шар набрал приличную высоту, Скопин-Шуйский сказал:
— Чудная машина! Можно любоваться Москвой с высоты птичьего полета. Красивейший город, полный множества церквей, среди которых особенно выделяется собор Василия Блаженного.
— Тем не менее, город контрастен и не однозначен, — по-русски ответил Якоб Делагарди. — Рядом расположены хижины и дворцы, хаты с соломенными крышами и золоченые купола церквей. Все в этом городе особое, включая размеры Москвы.
— Столица очень красивая, боярские терема расписаны с большим искусством, — сказал Скопин-Шуйский.
Подросток в нарядной белой одежде спросил у русского воеводы:
— Разрешите обратиться?! — и пристукнул каблучком своих сафьяновых сапожек.
Князь милостиво кивнул:
— Разрешаю.
Паренек с поклоном сказал:
— Если угодно вашему высочеству, то вы можете сами управлять винтом, — и указал на ручной привод.
Делагарди перекрестился, а Скопин-Шуйский с удовольствием взял рычажок и повернул его. Воздушный шар, повинуясь команде, слегка изменил направление движения.
Скопин-Шуйский заулыбался. Делагарди с бледным лицом снова наложил на себя крестное знамение.
— Не бойся, — подбодрил попутчика Скопин-Шуйский, — конструкция прошла тщательные испытания.
— Двум смертям не бывать, а одной не миновать! — ответил Якоб Делагарди.
— У нас, у русских, есть хорошая пословица: на Бога надейся, а сам не плошай! Вот мы и не оплошаем! — сказал Скопин-Шуйский.
— Смотри, там, на опушке, кто-то движется в нашем направлении, — произнес Якоб Делагарди.
— Так это, похоже, создатель воздушного шара и мой главный мечник Алексей, а с ним его шаловливая подруга Аленушка скачут на своих скакунах.
Делагарди с воодушевлением произнес:
— Вот Алексей — действительно великий воин! Никогда я еще не видел такого высочайшего, как у него, класса в битве на мечах.
— Он и тактик великолепный, — сказал Скопин-Шуйский.
Подросток едва слышно прошептал:
— Он просто гений.
Делагарди согласно кивнул головой:
— Мне бы такого в мое войско.
Великий воевода ответил:
— Мы его титулом князя наградили. Придем в Польшу, пожалуем ему еще земель. Вижу, спешат они к нам, весть какую-то несут.
Скопин-Шуйский сделал знак в сторону парня:
— Спускаемся!
ГЛАВА 3
Алексей и Аленушка неслись в Москву. Их кони, пущенные в полный галоп, были уже буквально в мыле. Но такая спешность казалась вполне оправданной, так как слишком тревожное известие получил Алексей о готовящемся покушении на Великого воеводу.
Ближе к Москве снег совсем растаял, но откровенная грязь еще не подсохла. Коням было тяжело.
В ставку воеводы Алексея с Аленушкой пропустили сразу. Дозорные узнали Сотникова, про него ходили легенды, даже превосходящие его реальные подвиги.
Алексей жестами показал, что у него есть срочное сообщение для великого воеводы.
Скопин-Шуйский как раз спустился на землю, где сразу обнял своего главного мечника, а затем и Аленушку, которая чмокнула воеводу в губы. От девушки пахло медом и весенними цветами.
Полководец вежливо спросил у Алексея:
— Что заставило вас мчаться во весь дух в Москву?
Князь сразу ответил:
— Я узнал о готовящемся на вас покушении и не мог сидеть в своем имении.
— Покушении?! — переспросил Скопин-Шуйский. — Ну, и что с того?! Первый ли случай, когда на меня пробуют покушаться?!
Алексей, придав своему лицу максимально озабоченное выражение, ответил:
— Но в данном случае убийца слишком опасен. И это требует нашего присутствия рядом с вами.
Аленушка кивнула. Великий воевода просиял широкой улыбкой:
— Я всегда рад, когда рядом со мной первый меч царства. А когда рядом еще и такая красавица, то рад в большей степени, — Скопин-Шуйский подмигнул Аленушке.
Девушка улыбнулась в ответ:
— Для меня честь служить великому воеводе!
— Как волнует воображение мужчин столь прекрасное создание! — сказал Скопин-Шуйский. — Какое совершенное у тебя тело! Какая в нем физическая и эротическая сила!
Большому воеводе хотелось бы прижать к себе высокую, мускулистую и вместе с тем нежную, соблазнительную девушку с чистой, блестящей кожей. Загорелая, несмотря на прошедшую зиму, Аленушка очень нравилась воеводе. Но она была подругой Алексея, которого Скопин-Шуйский очень ценил и уважал, и воевода не приставал к ней. На этот раз, смерив фигуру и изящные ножки девушки похотливым взглядом, воевода подмигнул Алексею и решил пошутить:
— Я желаю провести ночь с тобой! Ох, до чего ты хороша! Требуй от меня, что хочешь, воительница-амазонка!
Аленушка как шаркнет ножкой по земле и выпятит грудь:
— О, великий князь, ветвь царского рода! Я об этом и мечтать не смею! Но как можно говорить такое? Как можно шутить, когда убийца рядом с тобой? И если медлить, заниматься всякой ерундой, то его кинжал вонзится в твою спину, повелитель наш.
Михаил поежился. Наблюдавший эту сцену Якоб Делагарди произнес:
— Я предоставлю к вашим услугам своих лучших телохранителей. Это опытнейшие воины, прошедшие огонь и воду.
Аленушка хотела, было, сказать, что меч Алексея надежней всех иноземных наймитов, как вдруг солнце на мгновение померкло, вспыхнул каскад молний. Словно адское пламя преисподней дало отблеск на землю. Повалил дымок и в его мареве появился человек в красной униформе и маске. Он был чуть выше среднего роста, широкоплечий и очень подвижный. Подскакивая на месте, незнакомец из другого мира проорал:
— Я мог бы легко убить великого князя. Но я дождался, когда вы все соберетесь вместе, чтобы продемонстрировать силу своего клинка. Слава о вас громкая. Так узнаем, что вы на самом деле стоите! Красный Скорпион пришел по ваши души!
Аленушка презрительно фыркнула и топнула ногой. Скопин-Шуйский выхватил из ножен внушительный, почти с человеческий рост, меч и громогласно крикнул:
— Сразись сначала со мной!
Воздух словно сгустился. Воин в красном рассмеялся и направился к великому воеводе. Аленушка и Алексей едва успели выхватить мечи и встать на пути противника. На фоне Красного Скорпиона движения Михаила казались замедленными.
Скорпион стукнул вклинившегося между ним и воеводой Алексея ногой и отскочил назад. Влюбленная пара решила атаковать красного воина. Тот, стремительно передвигаясь, едва не выбил острием своего сапога Аленушке глаз. Девушка с трудом увернулась, выхватила из кармана походной куртки тонюсенький острый диск и метнула в пришельца. Диск пролетел в считанных миллиметрах от Скорпиона. Тот успел пригнуться. Алексей подскочил к противнику и занес меч. Но дерущийся чародей неожиданно выпустил из указательного пальца пульсар.