Страница 28 из 52
На меня начали посматривать те, кто видел, что мы вместе, чтобы узнать реакцию. Мне не составило труда подыграть Айрис. На самом деле меня немного взбесило ее вульгарное поведение. Я повернулся к бармену и заказал себе водки. Пить отвратительный и дорогой коктейль не хотелось. Прежде чем пододвинуть мне спиртное, бармен сочувственно покачал головой. Я метнул на него злой взгляд, вызвав у того лишь сострадательную улыбку. Водка обожгла мне горло. Я чуть не подавился ею.
Айрис отжигала. Теперь уже весь клуб смотрел на ее проделки. На большом экране телевизора, изображающем жизнь клуба, ее лицо мелькало чаще остальных. Я наблюдал за ней. Она повернулась ко мне и послала требовательный взгляд, требующий от меня каких-то действий. Явно то, что сейчас происходило, было экспромтом, а я должен был догадаться, что ей нужно. А я не мог догадаться. Все, чего мне хотелось — это уйти. Выбежать на свежий морозный воздух и придти в себя.
— Вот сучка, — услышал я рядом с собой мужской голос.
Рядом со мной стояли двое и смотрели точно на Айрис.
— Фотогеничная и фигура норм.
Они мне не понравились. Выглядели они так слащаво и неприятно отталкивающе, что я не сдержался.
— Это моя девушка, — пояснил я им, намекая не делать при мне оценку ее достоинств.
— Она об этом знает? — усмехнувшись, спросил один из них и ощерил свой рот до ушей.
— Знает. Пусть развеется немного, пока я разрешаю, — я отвернулся от них и снова попросил налить водки. Мне хотелось быть хоть немного мачо.
Бармен подал мне свежую стопку. Я собрался демонстративно ее выпить, но тех парней, ради которых я старался, рядом уже не было. Пить я не стал, больше не лезло. А Айрис все кидала на меня взгляды, явно желая, чтобы я что-то сделал. Почему же мы не договорились обо всем заранее? Айрис кивнула головой, приглашая меня подойти к ней. Неужели она хотела, чтобы я пристроился к их сатанинским пляскам?
Деваться было некуда. У нее был план, а у меня нет. Я подошел к ней, согнул руки в локтях и попытался изобразить движение. Она ухватила меня за руку, сияя от радости, подтянула к себе и прокричала на ухо.
— Сделай вид, что ты на меня разозлился. Вытаскивай меня отсюда, а я буду сопротивляться.
Кажется, до меня стало доходить, что наступил момент скандала, о котором мы договорились. Я, стараясь выглядеть возмущенным, поймал руку Айрис и потянул прочь с танцпола. Она резко ее выдернула, ударила меня по плечу и что-то прокричала. Я снова полез к ней. Она прекратила танцевать, уперла руки в боки и смотрела на меня, как Ленин на буржуазию. Играла она изумительно. Я чуть не поверил и замешкался, пока она не сверкнула накрашенными глазищами.
Я ухватил ее за руку настойчивее и потянул за собой. Она начала отбиваться. Уж я-то знал, что, если бы она сделала это серьезно, то у меня уже был бы перелом конечностей. Айрис вопила и неумело вырывалась. Она вырвалась и ударила меня по щеке. Слезы брызнули из глаз. Она явно увлеклась. Щека загорелась.
— Миша, между нами все кончено! — прокричала она. — Уходи!
Айрис повела глазами в сторону выхода, намекая мне на следующий акт сцены. А меня немного контузило, соображал я туго. Обстановка клуба завертелась калейдоскопом лиц, вспышек светомузыки под грохот музыки. Только в центре вращающейся композиции оставалось лицо Айрис.
— Да пошла ты нахрен, стерва! — убедительно, как мне показалось, выкрикнул я, и нетвердой походкой направился к выходу.
— Ты как, мужик? — спросил меня тот самый парень, который оценивал Айрис.
— Никак, — ответил я честно.
Мне уже не терпелось выйти на мороз, на чистый воздух и в тишину. Она и в самом деле после клуба показалась оглушающей. Снаружи на меня не обратили никакого внимания. Я отошел в сторону, набрал в руки снега и приложил к лицу. Пощечину зажгло. Наверное, след от нее останется недели на три. Откуда? Баба лупит. Почетно.
Меня отпустило. Я снова начал нормально соображать. Раз Айрис устроила спектакль, значит, она почувствовала присутствие «добычи». Я, не выбираясь на свет, обошел здание клуба. На другой стороне, закрытой шлагбаумом, находился другой выход из здания. Возле него стояли две дорогие машины с глухой тонировкой. На всякий случай я продиктовал их номера на диктофон.
Я вернулся в клуб и попал на представление, в котором участвовала Айрис. Вид у нее был уже боевой. Она слегка подрастрепалась и казалась сильно навеселе. На барной стойке стояли в два ряда десять стопок, наполненных, как я думаю, водкой. С одной стороны стояла моя Айрис, с другой темненькая девица с маленькими колючими глазками. Диджей объявлял в микрофон конкурс.
— Внимание, это соревнование на двадцать пять тысяч рублеэээй! Победитель, который осилит выпить за минуту десять стопок водки и останется при этом на ногах дольше другого, получит прииииз! Прежде чем приступить к началу конкурса, хочу спросить участниц, осознают ли они его последствия для себя?
— Дааа! — выкрикнула темненькая. — Я порву ее, как тузик грелку!
— Я все осознаю! — выкрикнула Айрис следом. — Сегодня я снова стала свободной! В честь этого я готова напиться и выиграть приз, на который угощу выпивкой всех желающих!
Она была неплохим шоуменом. После ее обещаний клуб взорвался аплодисментами и криками одобрения.
— Участницам приготовиться. Начинаем по зеленому свистку! — пошутил диджей.
Из колонок раздался пронзительный короткий свист. Девушки кинулись закидывать в себя стопки с водкой одна за другой. Я знал, что для Айрис это вообще никакая не проблема с ее дополнительным пищеводом, ведущим в реактор расщепления спирта. На восьмой рюмке Айрис как будто споткнулась. Замерла, прикрыв рот и пошатнулась. Ее соперница в этот момент нагнала ее и опередила, первой поставив на стол пустую последнюю стопку. Айрис тоже закончила конкурс, повертела головой. Нашла взглядом меня, подмигнула, закатила глаза и повалилась наземь. Упасть ей не дали. Несколько парней подхватили ее.
Непонятно откуда появился человек с рюкзачком, из которого он вынул стетоскоп. Послушал Айрис в декольте, несмотря на грохочущую музыку. Посветил фонариком в глаза и приказал каким-то парням вынести ее из клуба. Причем понесли ее в сторону черного входа. Диджей объявил победительницей темноволосую девушку, которая после выпитой как минимум поллитры уверенно держалась на ногах. Конкурс походил на профанацию с заранее известным результатом.
Я выскочил из клуба. Не выходя на свет, обошел здание и понаблюдал за черным входом. К нему впритирку подъехала одна из машин. Что было потом, я не разглядел, но можно было не сомневаться, что в нее погрузили якобы бессознательную Айрис. Несмотря на все ее достоинства, мне стало очень тревожно. Ей могли вколоть какой-нибудь препарат, и тогда была она пьяна или нет, уже не имело значения. Я надеялся, что Айрис не станет играть и откроется, чтобы не допустить непоправимого.
Машина проскочила мимо меня и, набирая скорость, умчалась в сторону выезда из города. Я набрал Михаила Аркадьевича.
— Чего? — спросил он бесцеремонно.
— Это Гордей, детектив.
— Я вижу.
— В смысле?
— Ты у меня забит в контактах, — следователь явно был недоволен поздним звонком.
— Извините. Мою напарницу напоили в клубе и вывезли на машине за город. Мы считаем, что это те же люди, которые похищали девушек. Как только она это выяснит, немедленно вам позвонит.
— Детектив, ваши методы мне совсем не по душе. Как можно-то так распоряжаться девушкой?
— Она необычная, — я не знал, что сказать в свое оправдание.
— Это я уже понял. Ладно, жду звонка.
— Так… точно, — ответил я в гудящую трубку.
Айрис набрала мне спустя два часа. Я был уже дома, мерил квартиру шагами, не находя себе места.
— Гордей, тут снимают кино с голыми людьми, как на том канале у тебя дома, — прошептала она. — Я, кажется, поняла. Они принуждают девушек сниматься, потом шантажируют этим, заставляя молчать.
— Тебя тоже принуждали? — испугался я.