Страница 19 из 52
— Я наберу вам, если мне не хватит на ремонт, — я решил немного позлить его на прощание.
— Вы хреновый игрок, — упрекнула мужчину Айрис.
— Да пошла ты, шалава! — рыжий вытянул голову в ее сторону, брызжа слюной.
Я услышал легкий щелчок. Оппонент мгновенно замолчал и рухнул нам под ноги. Айрис подняла его и усадила на скамейку рядом.
— Что это было? — спросил я, понимая, что это ее рук дело.
— Ловкость рук и никакого мошенничества. Удар в болевой узел, не оставляющий следов. Минус пятьсот баллов.
— А где ты почерпнула столько юридической информации?
— Что-то взяла из телевизора, что-то из разговора с инспектором, что-то прочитала в книжечке по правилам дорожного движения, пока ждала своей очереди. Обработала информацию, и вот — взяла мужика на понт. Убедительно получилось?
— Более чем, — вынужден был признать я.
— Надо уходить, пока он не очухался, — Айрис раньше меня запрыгнула на сиденье в автомобиль.
Я забрался следом и выехал с тесной парковки. Через полчаса мы были дома. Я принял душ. Смыл с себя пот и усталость. Мне чертовски захотелось есть. Копченое мясо со свежим хлебом и горчицей, купленными по дороге, были как раз тем, о чем мечтал мой организм. Айрис уплетала еду с не меньшим аппетитом.
— Как потопаешь, так и полопаешь, — изрек я народную мудрость с полным ртом.
— А зарабатывать деньги не так уж и сложно, — произнесла моя космическая гостья. — Семнадцать тысяч чистыми за два дня.
— Да, похоже, я просто не умею придумывать варианты, — я вынужден был признать, что мои предпринимательские способности были не на высоте. — Ты удивительно быстро освоилась в нашем мире. Мне в свои двадцать с гаком так и не удалось научиться быть таким… таким уверенным и разбирающимся в юриспруденции. А у тебя за три дня невероятные познания.
— Пока мне интересно, как у вас здесь устроена жизнь, я буду впитывать новое с удовольствием. А мои приспособления будут помогать мне обрабатывать информацию и держать ее в памяти. Должна же быть какая-нибудь разница между обычным землянином и тем, который прилетел из космоса.
— Как только ты многое узнаешь, мы станем тебе неинтересными, — предположил я.
— Когда мне станет здесь скучно, я отправлюсь домой. Может быть, мне скостят срок за жизнь на Земле. По нашим представлениям, тут не сахар, а то и хуже, чем в нашей тюрьме.
— А что, пусть привозят сюда ваших заключенных на пожизненное. Кто-то же должен толкать у нас прогресс, а то ничего кроме телефонов в последнее время не развивается. Вон, между твоим и моим пять лет разницы, а на вид — целая эпоха.
— Нельзя. Вы эндемики, вас надо сохранять в чистом виде. Так у нас думают. Природа, — Айрис подняла вверх нанизанный на вилку кусок мяса, после чего отправила его в рот.
Ее жест очень рассмешил меня. Айрис хотела рассмеяться тоже, но не смогла этого сделать с полным ртом. Еда полезла наружу, чем еще сильнее рассмешила меня и ее. Она вывалила непрожеванную еду в ладонь. Я протянул ей салфетку, чтобы она переложила свои «жёвки» в нее, но Айрис не стала этого делать. Насмеявшись вдоволь, она снова закинула недожеванную еду в рот.
— Я лучше руку себе отрежу, чем выброшу такую еду в мусор, — пояснила она, вытирая выступившие от смеха слезы. — Пока что ваша еда — одна из основных причин задержаться у вас подольше.
— На выходных сварю борщ, сделаю пампушки с чесноком и куплю сметаны. Думаю, твои вкусовые рецепторы выйдут из строя от перегрузки.
— Жду с нетерпением, — Айрис манерно подвигала бровями.
Вообще, несмотря на свой героический характер, она умела быть женщиной. Все оружие, которым пользовался прекрасный пол, было при ней. Айрис двигалась плавно, грациозно, иногда волнительно для моих глаз, соприкасаясь в недрах генетической информации с идеальным образом женщины. Мимика ее лица всегда была милой, какие бы рожицы она не строила. При своем уме и знаниях она не производила впечатление «отличницы». Умела слушать не перебивая, вставлять реплики по уму, и если ей хотелось сказать что-то умное, возможно, непонятное для моего земного уровня, старалась объяснить на пальцах. Я чувствовал, что она уважает меня, искренне старается понять и не заостряет внимание на моих слабостях. Вот за это я был ей особенно благодарен. Честно признаться, земные женщины здорово опустили мою самооценку.
После плотного ужина я решил посидеть за компом, а моя гостья принялась обследовать книжный шкаф моих родственников.
— Гордей! — позвала она меня.
Я вышел на зов.
— А я могу почитать эти книги? — спросила она, осторожно вынимая из плотного ряда старую книгу с качественной плотной обложкой с тиснением. — Она пахнет историей, — Айрис вдохнула запах открытых пожелтевших страниц. — Шерлок Холмс. О чем эта книга?
— О детективе, который использовал дедукцию для расследования преступлений. Он был самым лучшим в этом деле.
У Айрис разгорелись глаза.
— Иди, спокойной ночи, — она тут же забыла обо мне.
Плюхнулась на свою кровать и принялась читать. Я отправился в свою спальню. Почитал новости, посмотрел голых теток, пострелял в онлайновой игре и лег спать. Когда я ложился, время было за полночь, а свет в спальне Айрис еще горел. Утром, когда я проснулся по будильнику, свет в ее спальне все еще горел. Я зашел узнать, спала она или нет, и застал ее сидящей в той же позе с книгой, в которой оставил вчера. Айрис подняла на меня красные глаза.
— Привет! Ты еще не ложился? — спросила она.
— Я уже проснулся. А ты точно не ложилась.
— А сколько сейчас времени? — она посмотрела на часы, висящие на стене. — Утро? — она как будто не поверила самой себе.
— Да, утро. С добрым утром.
— Гордей, — Айрис прижала книгу к груди, — я знаю, кем я хочу быть у вас. Я хочу быть детективом.
Глава 7
Глава 7
— У меня призвание к этому, понимаешь? Я почувствовала, что мне очень интересно распутывать клубок улик, строить версии и находить виновного, или пропажу, да что угодно, главное, чтобы в самом начале была тайна, — глаза Айрис горели светом сверхновой. — У нас нет такой профессии — детектив или следователь. У нас и преступность иного рода, — она постучала пальцем по голове, — ментальная.
— Ты не сможешь легально работать, потому что ты не гражданин страны. Ни о каком трудоустройстве на такую работу не может идти и речи. Даже если в течение пяти лет тебе дадут гражданство, комиссия все равно не одобрит твою кандидатуру на роль частного детектива, — я уже почитал информацию в интернете об этой экзотической профессии.
— Я все придумала, Гордей. Официально детективом будешь ты, а я буду всегда рядом, помогать в расследованиях. Если хочешь, можешь совсем не работать, я буду все делать сама.
— А как же склад? Я там на хорошем счету, у меня уже такой огромный опыт, на меня многое завязано, — от мысли поменять работу мне стало не по себе.
Айрис посмотрела в потолок.
— Вижу надгробие на твоей могиле с надписью: «Уволился посмертно». Ты что, рожден коробки с места на место переставлять?
— Нет, на складе работа более разнообразная.
— В расследовании преступлений она разнообразнее в миллион раз, — Айрис приблизилась ко мне лицом и заглянула в глаза, как удав кролику.
— Мне надо серьезно все взвесить. Я не люблю ничего менять, когда в этом нет особой нужды.
— Хорошо, — Айрис встала из-за стола, чтобы налить себе еще немного чая. — Я сегодня никуда не пойду, буду теоретически изучать профессию детектива. Вечером продолжим разговор.
Я был уверен, что к вечеру моя уверенность в том, что мне не хочется ничего менять, только усилится. Идея Айрис с моей позиции казалась самодурством. Она еще ничего не знала о нас, о наших порядках, а уже так самозабвенно была уверена в своем желании заниматься такой специфической деятельностью, требующей огромных знаний в области взаимоотношений и прочих вещей, непонятных человеку, выросшему в другом мире.