Страница 83 из 108
– Я не отдам свою дочь в интернат! – категорично заявила Олейникова. – И у меня нет ни малейшего желания уезжать из Москвы даже ненадолго! Если нам с мужем придётся терпеть такие неудобства, за это нужно заплатить!
– И в какую сумму вы оцениваете свою дочь? – спросил Нор.
– Не надо искажать мои слова! – сказала Олейникова. – Это плата не за дочь, а за причинённые неудобства! А сумма для вас небольшая – десять миллионов.
– Надеюсь, не евро? – спросила Ольга.
– Нас устроят рубли.
– Жаль, что вы так настроены и лишаете свою дочь возможности сделать блестящую карьеру, – сказала Ольга. – Мы не собираемся вам платить, а вашу дочь запомним. Когда станет самостоятельной, повторим ей это предложение. Спасибо за то, что пришли, мы больше вас не задерживаем.
– Скряги! – презрительно бросила Олейникова. – Правильно о вас писали!
– Я очень мягкий и ранимый человек, – сказала ей Ольга, – но когда хамят, могу непроизвольно наградить такой болезнью, от которой не лечит современная медицина. Поэтому, чем быстрее вы отсюда уйдёте, тем будет лучше для вас.
– Ты была права, – признал Нор, когда Олейникова выбежала из учительской. – Может, прервёмся и съездим на море?
– В июне вода холодная, поедем позже, – отказалась жена. – До сентября нужно набрать хотя бы тридцать человек. Продолжим искать в московских школах или куда-нибудь съездим?
– Думаешь, что в других регионах может быть больше одарённых? – спросил Нор. – Тогда нужно ехать куда-нибудь подальше, например, в Сибирь. Плохо, что сейчас нет занятий и сложно собирать детей, а то просто прошлись бы по школам.
– Едем в Новосибирск! – решила Ольга. – Заказывай билеты на завтра.
– С ума сошла? – сказал Нор. – Кто нас отпустит ехать в поезде? Если не хочешь лететь самолётом, остаются только машины. На них доберёмся за два дня, даже ночуя в отелях.
– Мы ведём репортаж с космодрома «Светлый», – говорил в микрофон репортёр одного из российских телевизионных каналов. – Сегодня должен состояться полёт на Луну российского космолёта «Стремительный». Его название очень точно отражает...
В сотне метров от покрытой керамическими плитами километровой взлётно-посадочной полосы толпились его коллеги и были установлены десятки камер. Чуть поодаль от журналистской братии расположились члены правительственной комиссии, а возле ангара, из которого тягач выводил космолёт на стартовую позицию, стояли офицеры полка. Подъехал автобус, из которого выбрались трое космонавтов. Уже одетые в скафандры, они подошли к космолёту и по трапу поднялись в кабину.
– Не вздыхайте, – сказал офицерам Фомин. – Эти парни готовились годы, а у нас с вами другие задачи.
– Ладно, командир, – сказал ему Брагин, – посмотрели и хватит. Очков нет, так что ничего больше не увидим. Да и не отличается старт этой птички от старта наших машин.
Офицеры ушли, уехал тягач, и на космодроме наступила тишина.
– Сейчас космонавты ведут проверку бортовых систем, – продолжал репортёр. – До старта ещё десять минут. Вы уже знаете, что, оторвавшись от земли, космолёт перейдет в гиперпространство. Выход из него произойдет в трёх тысячах километров от Луны, благодаря чему полёт до неё займёт не больше двадцати минут. До момента прилунения он пройдёт в автоматическом режиме. Посадка будет осуществлена в ручном режиме в Море Дождей. Вы сможете увидеть все этапы полёта на экранах своих телевизоров. На Луне космонавты установят научное оборудование и возьмут образцы грунта. На это им отводится три часа, после чего космолёт без старта уйдёт в гиперпространство и выйдет из него уже вдали от Луны. Обратный полёт продлится около десяти часов, и космолёт разгонится до скорости в двадцать километров в секунду! Приземлятся здесь же, на эту взлётно-посадочную полосу. Нам только что сказали, что объявили трёхминутную готовность. Сейчас вы временно ничего не увидите, потому что мы закроем объективы камер фильтрами. Мы будем в таком же положении, потому что оденем тёмные очки. Выхлоп плазмы из сопла космолёта гораздо ярче Солнца, потому что её температура в пять раз больше, чем температура поверхности нашего светила. Заодно мы уменьшим звук и наденем специальные наушники, которые приглушат звук старта. Так, начался стартовый отсчёт! А вот и старт!
Послышался гул, который постепенно нарастал. Из хвостовой части космолёта вырвалось пламя, слепящее даже через очки. Огромная машина сорвалась с места и помчалась по взлётно-посадочной полосе, необычно быстро набирая скорость. Вот она оторвался от земли... Секунда – и космолёт исчез. Моментально пропал шум, и стало темно.
– Я созвал совещание по важному вопросу, – сказал Васильев. – Мы запустили только тысячу спутников, и они пока не в состоянии обеспечить нужный уровень помех. Но в каждом имеется функция обнаружения ментального пробоя. Так вот, сразу три спутника зафиксировали два таких пробоя в районе Мехико. Зная методику работы службы безопасности наших противников, можно предположить, что они сосредоточили свои усилия в Мексике и, скорее всего, в районе столицы. Помимо того, что необходимо пресечь их деятельность, я считаю полезным захватить тех учёных, которых они отправили для создания центра. Оперативники нам не нужны, но можно забрать и их, чтобы затруднить работу службе безопасности. Ваше мнение?
– Я только «за», – сказал Субари. – Чем больше учёных, тем лучше. Кое-кто из них может быть знаком с теми разделами нашей науки, по которым у нас нет специалистов. Мы не запускали в массовое производство приборы, позволяющие определить наличие подсаженного сознания, но изготовлена опытная партия. Они достаточно компактные, чтобы можно было пользоваться, не привлекая внимания. Если возьмут с собой «маги», смогут оказать воздействие, препятствующее возвращению. Заодно уберут сопротивление, чтобы не было проблем при отправке. Мы ничем не рискуем, потому что в случае захвата вся наша техника придёт в негодность.
– Нужно посылать людей, – сказал Бортников, – и чем быстрее, тем лучше. Доры не вечно будут сидеть в Мексике, а неприятности могут создать, даже если мы перережем связь с материнской планетой. Если кто-нибудь из учёных станет продавать свои знания...
– Я могу отправить хоть сто человек, если их снабдят аппаратурой, – сказал Архипов. – У нас много сотрудников, знающих испанский. За один день проведём учёбу по местной специфике, а пока будут учиться, приготовим документы. Нужно обратиться в правительство, чтобы выделили несколько своих людей, знающих Мехико. Если поторопимся, они уже через два дня смогут приступить к работе. Только эту операцию нужно хорошо финансировать. Она может затянуться, да и эвакуация потребует средств.
– Рассчитывайте на десять групп по три человека в каждой, – подвёл итог Васильев. – Аппаратурой обеспечим. И обратитесь в министерство иностранных дел насчёт проводников. Предупредите их, что это срочно.
Они прибыли в Новосибирск рано утром и остановились в отеле «Зеленое Яблоко». Это заведение стояло в тихом месте и оправдывало свои четыре звёзды. После завтрака отправились в мэрию, где, применив магию, уже через несколько минут говорили с мэром.
– Мы не хотим, чтобы о нашем приезде узнал весь город, – сказал ему Нор. – Узнают, но уже к концу нашей работы, и это не помешает. От вас требуется помощь. Нужно осмотреть как можно больше детей в возрасте от пятнадцати до семнадцати лет, а если нас кто-то из них заинтересует, то потребуется беседовать с кем-нибудь из родителей. Подумайте, как это лучше организовать и кого нам дать в помощь. Это не наша инициатива, а дело, которое поддерживает правительство. Вы можете убедиться...
– Я вам верю, – перебил его мэр, – только мне может потребоваться время. Если бы вы приехали, когда дети учатся, всё организовали бы в тот же день. Вы где-нибудь остановились?