Страница 63 из 139
Ударить в грязь лицом он ни в коем случае не мог себе позволить. Поэтому мужественно осваивал строптивое авто, словно объезжая дикого мустанга. После пары попыток и ценой слегка задымившегося ремня, Артёму удалось вытащить британского «Турера» из канавы. Развернувшись, он лихо подкатил к дамам и Славке, которые пока шёл ремонт, отошли в сторону, где шум двигателя не мешал разговору. Плавно остановившись, чтобы не поднять пыль, и зафиксировав хромированной «собачкой» рычаг хода в положении «тормоз», он спрыгнул с высокого борта на придорожную траву и браво отчитался.
— Принимайте экипаж, красавицы!
— С ним все будет в порядке? — С заметной нотой беспокойства поинтересовалась Александра.
— Точно не скажу, я полной диагностики не проводил, но до города по-любому доберетесь. Если есть желание, могу к вам на днях подскочить и посмотреть подробнее, а пока советую поставить воздушный фильтр, чтобыпыль дорог не доконала карбюратор раньше времени.
— Вы просто волшебник, Артем Александрович, — Отблагодарила его и вторая из сестер — Татьяна, — мы очень вам признательны. Подскажите, сколько мы вам должны?
— Ничего, Тан… — Едва не назвал девушку запросто Таней, разошедшийся не на шутку технарь, но в последний момент, увидев круглые глаза друга, спохватился и на ходу поправился, — Татьяна… Михайловна. Какие пустяки. Мне просто было приятно помочь столь прелестной леди, как вы… — Поняв, что наговорил лишнего, постарался исправить, но еще больше запутался. — И ваша сестра, э, тоже, конечно, прекрасна. То есть тоже леди.
Умение говорить комплименты определенно не было сильной стороной Торопова, но искренность, с которой он их произносил, явно пришлась по вкусу мадам Игнатьевой. Желая поощрить неловкого кавалера, она протянула ему на прощание руку, но тот вместо того, чтобы аккуратно приложиться к ней энергично пожал поданную ему ладошку. Глаза явно непривычной к такому обращению Татьяны слегка округлились, но пришибленный стрелой Амура автомеханик ничего не замечал. Ему так много хотелось сказать ей, но нужные слова никак не находились, а потому он молча смотрел ей в глаза.
— Тёма! — почти простонал Славка под хихиканье Саши.
— Мы еще увидимся? — одним взглядом спросил Артем.
— Приходи, — так же беззвучно ответила ему Татьяна.
Так и не отпуская ее ладони, он, поняв свою ошибку, левой сдернул с головы котелок и, склонившись, коснулся губами затянутых в тончайшую лайку пальцев, в очередной раз нарушив этикет, предписывающий в первую встречу лишь обозначать прикосновение, но отнюдь не целовать дамские пальчики. Распрямившись и по-прежнему не выпуская ее руки, которую, впрочем, девушка и не пыталась пока освободить, он заглянул ей в глаза, и…
— Единственное, чего хотелось бы, это видеть вас еще, милейшая Татьяна Михайловна.
Последнее он смог произнести лишь мысленно. Голос и язык отказались подчиняться. Артём так и остался стоять, глядя в глаза смущённой Тане.
— Господа. — Сочла необходимым вмешаться в стремительно развивающийся прямо у нее на глазах нежданный роман сестры Александра, вырвав Артема из ступора. — Мы с Татьяной крайне признательны и благодарны вам. Обоим. И повторю свое приглашение. Ждем вас завтра к пяти часам пополудни на чай. Адрес — угол Почтовой и Панковской, собственный дом. Вам это удобно?
«Неужели и в начале века в Омске водились панки», проскочила отстраненно мысль в несколько затуманенном сознании Тёмы.
— Почтем за честь, — изобразил, как ему показалось, светский поклон Вяче.
Все еще не пришедший в себя Тема снял с головы котелок, после чего зачем-то щелкнул каблуками, едва не выронив головной убор, отчего барышни снова прыснули в кулачки.
Так продолжая кланяться и скалить в любезном оскале зубы «сводные братья» ретировались к своему транспортному средству.
— Слышь, родственник. — Отходя от недавних переживаний, буркнул Артем на ухо друга, прежде чем тот успел завести мотор. — День сегодня какой-то безумный. Давай уже без приключений просто доедем до Старозагородной рощи. Расслабимся, музыку послушаем, а потом уже и Кравцева навестим.
— Легко!
У жандармского начальника. Поздний вечер 10 сентября 1910 г.
— Разрешите доложить, господин полковник, — стоя перед массивным дубовым столом, откозырял жандармский офицер Талалаев.
— Что же вы, Федор Никандрович, с таким официозом. Мы ведь уже договаривались, запросто, почти по-семейному. Так что, милостивейший государь, да-с, прошу, впредь обращайтесь ко мне без лишних славословий, по имени отчеству.
— Александр Петрович, воля ваша. И благодарю за такую милость. Вы приказывали при появлении новых сведений по делу о нападении на поезд горветки и «неизвестным спасителям» — сразу докладывать вам.
— И что же? Неужели имеете что сообщить?
— Так точно.
— И от кого же, позвольте узнать, эти новости поступили? — Не без иронии отозвался жандармский начальник.
— От самих «спасителей». — Не без апломба ловко отпарировал Талалаев.
— Неужели вы их сыскали? — Не скрывая удивления и заинтересованности, спросил полковник Орлов, подавшись всем телом вперед и навалившись грудью на край стола.
— Не совсем так, Александр Петрович. — Вынужденно сбавил обороты поручик. — Они сами сыскались, точнее, прислали письмо, в котором сообщили, что никакого касательства к революционным силам не имеют, в поезде оказались случайно, а бандита опознали как Седого — вероятно, они уже пересекались с ним ранее. И что действует он в пределах Атаманского хутора и на тамошнем базаре. Эти сведения совпадают с предварительными данными, собранными следствием. Сами же «спасители» объясняют свою сугубую анонимность тем, что предпочитают скрываться во избежание мести со стороны криминального элемента и нежелания публичной и шумной огласки своих персон.
— Дайте-ка текст, поручик. — Вооружившись мощной лупой и подняв очки на лоб, полковник Орлов принялся детально изучать документ.