Страница 131 из 139
«Чертов лягушатник, но как он пялился на мою Варю! Подлец!» В душе Вяче завозился зверь по имени «ревность». Всеобщий восторг по поводу «его» девушки был ему ясен и воспринимался как неизбежность и даже немного льстил самолюбию, но в глазах родича Рандрупа он прочел совсем иное. И это ему совсем не понравилось. К счастью, натура у Славки была насколько горячая, настолько и отходчивая. И уже через несколько минут, переключившись на управление «сэром Волосидом» он на время позабыл о произошедшей стычке. В отличие от него, Лоранж ни прощать нанесенные обиды, ни тем более забывать о них склонен не был.
До 1911 года в России не существовало самостоятельной службу военной контрразведки. Функции ее возлагались на военные и жандармско-полицейские структуры. Сведения о намерениях и действиях вражеских шпионов поступали в Омское жандармское управление кружным путем. Единственный источник информации — Особое делопроизводство отдела генерал-квартирмейстера Главного управления генерального штаба Военного министерства Российской Империи. Получаемые оттуда совершенно секретные сведения через руки омских военных либо полицию попадали в итоге лазоревым мундирам. И полковник Орлов затем принимал решение о конкретных действиях. Как видим, схема сложная, медленная и совершенно лишенная заинтересованности в помощи «смежникам».
Поэтому Оливье Лоранж, выполняя свои обязанности помощника английского консула и по совместительству секретного агента не испытывал никаких затруднений в своей нелегкой работе. Недавно ему поступили по дипломатической почте сведения о приезде двух высокопоставленных офицеров британской разведки — начальника конвоя английской миссии в Пекине полковника Джорджа Андерсена и бывшего военного атташе в Китае майора гвардейского гренадерского полка Грегори Перейры. Маршрут их экспедиции по Сибири и Средней Азии пролегал по железной дороге из Манчжурии в Омск. Далее в Семипалатинск, Ташкент и заканчиваться должен был в Оренбурге.
Миссия официально заявлялась, как научная и ознакомительная. Но Лоранж вполне отдавал себе отчет, что жандармы хотя бы для отчетности все равно установят за путешествующими офицерами слежку. Также он отлично знал, что все тем и ограничится. Филеры будут вести лишь наружное наблюдение, фиксируя действия и время. Ни прослушки, не перлюстрации бумаг в номере гостиницы «Россия», где проживали англичане, не будет. Почему действовать они могли вполне свободно, посещая все представляющие их интерес объекты. И проводя любые встречи.
Очень забавным Оливье, как истый сноб и просвещенный европеец, находил и тот факт, что на оплату работы филеров, например, для полицейского управления в Омске не выделялось ни копейки, а в связи с безденежьем филеры буквально разбегались как крысы. Вишенкой же на торте была недавно полученная им информация о том, что больше половины личного состава агентов «наружки» уволилась буквально в конце октября 1910-го года.
Одним словом, все условия для работы. Делай, что пожелает душа и Секретная Служба Его Величества. Зная все это, Оливье без малейших усилий никем не замеченный проник в гостиницу и теперь спокойно сидел, выслушивая рассуждения соотечественников и коллег.
— Нам следует отправиться к Семипалатинску. Что порекомендуете? — спросил Андерсен.
— Билеты на пароход «Товар-пар» я для вас, джентльмены, уже приобрел. Лучшее, что здесь, в дикой Сибири можно отыскать.
— Нам желательно за время пути провести ряд встреч без огласки. — вставил фразу Перейра, затягиваясь сигарой.
— Сэр, это было бы легко устроить и в Омске. Во время же путешествия по реке тем более не предвижу никаких затруднений. Местные сыщики проводят вас до причала здесь и встретят только в Семипалатинске.
— Вы хотите сказать, что на корабле за нами не будет никакого надзора? — Не без удивления уточнил полковник.
— Совершенно верно, сэр.
— Поразительно… Впрочем, за время путешествия по Сибири я уже привык ко многому…
— Скажу больше, джентльмены, в Семипалатинске попросту нет филеров, так что худшее, что вам грозит это стандартный опрос полицейским приставом — Откуда приехали? Сколько пробудете? И Когда и куда уедете? а также визуальный. На этом всё. Я подготовил вам список людей и контор, где согласно полученному ранее запросу, вы можете получить необходимые для вас сведения. Вот он. — И Лоранж выложил на стол два листа аккуратно исписанные им в гордом одиночестве. Имена, адреса, все как вы хотели.
— Отличная работа, мистер Лоранж. Я отмечу это в отчете. — Пообещал, завершая беседу, полковник Андерсен.
В последнее время прежде безмятежная и полная тайной работы жизнь Оливье Лоранжа дала трещину. Едва увидев Варвару Белозерову, он настолько оказался захвачен страстью и желанием обладать красавицей, что с трудом мог думать о чем то другом. В этой связи его до бешенства и ломоты в костях бесил этот «наглый щенок» Хворостинин, возомнивший себя, черт знает кем.
К счастью, чаще всего здоровяк лишь довозил учительницу до ворот завода. Оливье всякий раз старался не пропустить момент и словно ненароком встречал девушку в коридоре, подолгу и весьма бесцеремонно глядя на нее.
Только исключительная выдержка самой мадмуазель Белозеровой позволяла ей не устраивать скандал. Вячеславу она, конечно, ничего не говорила. Жаловаться было не в ее характере. Для себя она постановила, что если заводской мастер позволит себе лишнее и перейдет черту — она сама поставит его на место, чего бы ей это не стоило. Но пока все ограничивалось взглядами. Сегодня же, придя в класс, Варя увидела на кафедре небольшой конверт. Первым побуждением ее было просто смять и выбросить бумагу в урну, но затем извечное женское любопытство взяло верх. Одного взгляда на текст ей хватило, чтобы понять от кого письмо. Разозлившись на назойливого ухажера, она, наконец сделала то, что и должна была изначально. Послание отправилось в мусор. И только теперь заметила стоящего в дверях Лоранжа.