Единственная на всю планету — книга первая

Глава 26

Ветер гнал мокрые хлопья снега, который уже выбелил асфальт и газоны и превратил деревья в белое чудо. Любоваться этой красотой не тянуло.

– Давно это у вас? – спросил тот, кого в этом мире звали Игорем.

– Нет, – ответил тот, кто носил имя Павел. – Началось с утра, видимо, в честь твоего приезда. Для первого снега нормально: уже третье ноября. Незачем стоять на ветру, пошли быстрее в машину.

Васильев десять минут назад встретил Бортникова, и они только что вышли из здания железнодорожного вокзала на примыкающую к нему площадь.

– Пойдём, – согласился Игорь. – Как поживает Ольга?

– Нормально она поживает, – отворачивая лицо от ветра, ответил Павел. – Донесёшь сам свои чемоданы или помочь?

– Своя ноша не тянет, да и нет в них ничего тяжёлого. Где твои колёса?

– Ну, как хочешь. А машина рядом, на стоянке.

Они дошли до автостоянки, сложили в багажник чемоданы и, отряхнув друг друга от снега, сели в салон.

– Так что с Ольгой? – повторил свой вопрос Игорь.

– У них второй день каникул, – ответил Павел, заводя мотор. – Балдеет так же, как вся учащаяся братия, но на свою секцию завтра поедет.

– Что за секция?

– Да, ты же не в курсе. Ольга сейчас известный в городе человек. Выступила во Дворце спорта со своими девчонками. Все четыре девицы махали руками и ногами, как одна, причём в приличном темпе. То ли при этом присутствовал кто-то из городской телестудии, то ли им передали запись, но её несколько раз прокрутили по кабельной сети. Ну и второй ролик, в котором она секунд за пять уложила парня, на две головы выше себя. Стародубцев подсуетился, и во Дворце организовали секцию. Официально ведёт Сорокина. Ты должен её знать. А неофициально вкалывает Ольга. Приехали.

– Я не спешу, договаривай.

– Да я уже почти всё сказал. В её группе те, кто занимался раньше, и несколько отпрысков местных воротил, в том числе и дочь самого Стародубцева. Занимаются по средам и воскресеньям. А почему тебя это интересует? Я понимаю, что она для нас важна, но ты принимаешь её дела слишком близко к сердцу. Не хочу говорить глупости о любви, но должна быть какая-то причина. Не поделишься?

– Это у тебя четвёртая жизнь? Тогда должен меня понять. Мне не очень интересно, что будет в жизни, уже было столько всего... Я собирался уйти из фирмы и дожить то, что осталось, но заинтересовал этот мир. А Ольга... Я ведь больше живу воспоминаниями того, что уже прожито. В третьей жизни мне попалось тело юноши, которому исполнилось лет семнадцать. Он был влюблён, и я разделил с ним эту любовь. Так вот, Ольга и внешне, и своим характером сильно напомнила ту девушку. Ты прав, о любви говорить глупо, здесь другое.

– И чем тогда закончилась ваша любовь? – спросил Павел. – Дети были?

– Её убили, – ответил Игорь. – Понимаешь теперь? Я хочу помочь в память о той... Не беспокойся, дело от этого не пострадает. Чем сильней будет Ольга, тем нам же лучше, а она из тех, кто помнит добро и ценит дружбу. В двух словах скажу о делах. Всё необходимое для индуктора и изготовления пластика я достал. Кое-что в моих чемоданах, остальное пришлют. Я думаю через месяц изготовить образцы. Где мой помощник?

– Оба тела заняли работники фирмы, – сказал Павел, – но позже одно отдадут клиенту. Я помог им развязаться с их компанией, временно устроил работать на своём заводе и подбросил денег. Сейчас живут в общежитии. В прошлом оба типа были изрядными сволочами, но не принадлежали к уголовному миру. За одного из них с Ольгой нужно рассчитаться. Она отказалась от моей помощи и ждёт тебя.

– Это я посоветовал, – сказал Игорь. – Опасаюсь, как бы кому-нибудь из руководства фирмы не пришла в голову идея – взять Ольгу под полный контроль. Ты должен знать, что мы соблюдаем не все договоры. Мне такое не нравится, к тому же при наших теперешних силах ничего не получится, а мы потеряем единственного сильного мага. Можно обойтись и без неё, но работа сильно затянется. Пока мы укрепимся и найдем ей замену... Ладно, поговорим завтра, открывай багажник.

– Соскучился по новой семье? – пошутил Павел, помогая достать чемоданы. – Небось и подарки привёз?

– Я к ним привык, – ответил Игорь. – Мальчишка меня любит, хоть я был вынужден выбивать из него дурь, воспитанную прежним отцом, а жена даёт всё, что нужно этому телу. Я не собираюсь их менять.

– Пап, приехала Александра! – сказала Ольга отцу. – Мне встретить, или выйдешь ты?

Егор не стал спрашивать Ольгу, почему она уверена в том, что сигналы клаксона издаёт авто Сорокиной – уже имел возможность убедиться, что дочь может точно определить, кто приехал. Он вскочил и вышел в коридор.

– Оденься сам! – крикнула Ольга вдогонку. – А для неё захвати мою куртку.

Через десять минут раскрасневшаяся Александра уже сидела на кухне за чашкой чая.

– Хорошо, что приехали до обеда, – сказала ей Ольга. – Я сварила свежий борщ из отличной курочки, так что попробуете. У меня хорошо получаются борщи, все хвалят.

– Считай, что я уже похвалила авансом, – засмеялась гостья. – Оля, пока вышел Егор, скажи, что подарить ему на день рождения.

– Сложный вопрос, – задумалась Ольга. – У него есть всё необходимое.

– Так уж и все?

– Всё из вещей, – поправилась Ольга, – нет только жены. Я буду рада, если у вас получится.

– Ты думаешь, что я ему нравлюсь? – смутилась Александра.

– А мне и думать нечего, – засмеялась Ольга. – С тех пор как вы в первый раз вошли в этот дом, он только о вас и думает, да и вас к нему тянет. Не знаю, видно ли вам двоим, но для остальных это давно не секрет.

– И ты совсем его не ревнуешь?

– Я не маленькая эгоистка. Я его люблю и хочу, чтобы он был счастлив. Кроме того, если он перенесёт на вас свою заботу, меньше будет страдать моя самостоятельность.

– Не будем об этом, – сказала Александра. – Пусть твой отец сам решает.

– И что же я должен решить? – спросил Егор, заходя на кухню.

– Мы говорили о вашей свадьбе, – сказала Ольга, подмигнула покрасневшей Александре и ушла к себе.

– Что это ты такая довольная? – спросил Нор. – Не из-за снега?

– Приехала Сорокина, а я сосватала её отцу, – сообщила Ольга. – Для чего тянуть время, если втюрились друг в друга? Отец обхаживает, а идти на сближение боится, и она сама робеет. Классический пример того, как храбрые и решительные люди теряют эти качества, когда дело касается личной жизни.

– Это ты выдумываешь, – не согласился Нор. – Они знакомы меньше месяца, и, по-моему, Егор ухаживает за ней очень настойчиво. Не лезла бы ты в их дела. Они взрослые люди и прекрасно обойдутся без твоей помощи.

– Ну и ладно, – обиделась девушка. – Пусть разбираются сами, а я больше слова не скажу. Сегодня должны привезти снегоход и мотороллеры, а как горючка? В сарае только канистра с керосином, да и ему уже лет семь.

– Будет горючее, – сказал Нор. – Виктор обещал столитровый бак. Он будет покупать горючку для своих машин, заодно возьмёт и на нашу долю.

– Он не рассказал нам о своих неприятностях. Помнишь, я спрашивала, когда он сменил машину? Обещал поговорить без детей, а потом замял разговор. И охранников так и не нанял. А нас по полдня нет дома. Толку ему от нашего договора.

– Боишься, что на них наедут и накроются планы?

– Планов будет жалко, – согласилась Ольга, – но не такая я расчётливая дрянь, чтобы переживать из-за планов, если вырежут их семью. Я к ним уже привыкла, а с детьми сдружилась. И Виктор нам постоянно помогает, пусть и у него тоже на меня свои планы. Ты не проголодался? Может, пообедаем?

– Пойдём, – Нор отложил книгу и встал с кровати. – Оля, я думаю, что нужно вернуть в комнату стол и стулья. Мы больше не будем использовать её для тренировок, а жить без мебели неудобно. Как считаешь?