Страница 57 из 250
– Надеюсь, что они не решатся на обход, а будут атаковать в лоб прямо с марша, – сказал Сергей Фару. – Хоть мы предусмотрели и такой вариант.
– Не настолько у них большое преимущества в людях, чтобы так подставляться, – отозвался капитан. – И ждать они не станут. Бросят на наши колья самых никчемных, а потом пойдут воины Мартина. Он не верит в то, что король пришлёт солдат, и не считает горожан бойцами. В общем-то, он прав: обещанного полка до сих пор нет, а горожане уже лет сто не воевали. Мартин не знает о наших стрелках , а с дороги их не видно из-за кольев и траншеи. Четыре сотни луков и две сотни арбалетов – это страшная сила. Я не слышал, чтобы в одном месте собирали столько стрелков. Они выкосят тех, кто пойдёт первым, да и воинам Мартина придётся несладко. А пока они разберутся с кольями, стрелки отойдут под защиту пехоты. Если к тому времени останутся стрелы, ударят ещё и оттуда. Может, ваши дротики и не понадобятся.
– Костры подготовили?
– И костры, и резервные отряды. Как обсуждали, так и сделали. Но вы не беспокойтесь, милорд, не поведут они армию через дворы, а если поведут, то им же будет хуже.
Пока вдоль тракта тянулся лес, люди продолжали потихоньку разбегаться, когда он исчез, все сбились в плотную колонну, и побегов больше не было.
– Сколько у нас баронских сыновей? – спросил герцог Жерара.
– Примерно восемь десятков, милорд, – ответил барон. – Но среди них много мальчишек. Хотите их использовать?
– Хочу поручить им весь сброд и отправить первыми. Там почти все вторые и третьи сыновья. Пообещаю выжившим имения и назначу старшими. Может, они и сами погонят горожан.
– За нами следят! – сказал Жерар, показав рукой на столб пыли в двух сотнях метров от головы колонны. – Послать всадников?
– Пусть следят, незачем зря рисковать нашими людьми, а то ещё попадут в засаду. Лучше сейчас поговори с молодыми баронами. Они должны ехать в середине колонны.
На деревни и постоялый двор не отвлекались, поэтому до обеденного времени увидели вдали городские стены и понастроенные перед ними дома. Когда подошли ближе, стало видно, что по обе стороны от дороги вдоль городской черты уходят длинные полосы вбитых в несколько рядов кольев.
– Сумасшедшая работа! – высказался Жерар. – Непонятно, на что они рассчитывали. Не так уж сложно прорвать оборону, разбросав эти колья.
– Не скажите, барон, – вмешался в разговор ехавший вместе с ними граф Ротхам. – Если хорошо вкопали и укрепили, замучаетесь вы их выдёргивать. Рубить дерево мечом неудобно, а если у них есть лучники...
– Не вижу стрелков, – сказал герцог. – Одна пехота, вооружённая копьями, да и её отвели назад. Когда начнём выдёргивать колья, они и ударят. Только у них какие-то несерьёзные копья. Одно слово – горожане. Но обходить эту преграду не будем. Давайте перестроим походный строй в атакующую колонну и начнём.
Строились больше часа. Немногочисленную кавалерию отвели назад, чтобы не мешала, а вперёд вывели тех, кем не жалко было пожертвовать. Молодые бароны, гордые оказанным доверием, заняли места во главе порученных им отрядов. Перед битвой вдоль строя проехал сам герцог, который призвал тех, кто ему верен, опрокинуть подлых горожан и обещал на сегодняшний день отдать столицу в их руки. Переждав дружный рёв, он взмахом меча подал сигнал к началу битвы. Вооружённая толпа с воплями, потрясая оружием, побежала следом за баронами, подняв такую пыль, что рассмотреть что-либо стало трудно. Внезапно возник многоголосый вопль ярости и боли, который постепенно ослабевал, поскольку с болтом или стрелой в груди долго не покричишь. Шесть сотен стрелков – это очень много. Сто шагов до кольев не пробежал ни один из бойцов Мартина.
– Такого я не ожидал, – растерянно сказал Жерар, глядя на узкую полосу земли, заваленную двумя тысячами тел.
– Разбивайте обозные телеги! – приказал герцог. – Сколотим щиты. Они не защитят от болтов, но луки будут уже не страшны. Лучников там больше, а арбалетчики не успеют выстрелить больше двух раз. Первыми выводите тех, у кого лучшие доспехи и есть щиты, остальные пойдут следом.
– Где они только набрали столько стрелков! – сказал бледный граф Ротхам. – От наших щитов мало пользы! Голову и грудь прикроешь и получишь стрелу в живот. Тут нужны щиты в полный рост. И надо подвести ближе своих арбалетчиков.
Два часа разбивали телеги, сколачивали щиты и просто скручивали доски верёвками.
– Быстрее! – торопил воинов Жерар. – Скоро начнёт смеркаться, а до темноты мы должны быть в городе, иначе я не дам за наши жизни и серебряной монеты. До леса далеко и негде укрыться, а кавалерии у них наверняка больше, чем у нас!
Перед повторной атакой к стенам выдвинулась сотня арбалетчиков герцога.
– Да помогут нам боги! – сказал Мартин, доставая меч. – Отступать некуда!
Две тысячи бойцов, лучше защищённых от стрел, чем атаковавшие первыми, рванулись вперёд, прикрываясь щитами и связками досок. Толку от арбалетчиков прикрытия было немного. Стрелять из укрытия легче, чем попасть в прячущегося в нём стрелка, поэтому сидевшим в траншее было удобнее выбивать арбалетчиков Мартина, чем тем попасть в кого-нибудь из защитников. Воины Сергея тоже понесли потери и отвлеклись на вражеских стрелков, но всё же быстро их перебили. Покинув траншею, они отступили к рядам пехоты и стали оттуда расстреливать тех, кто пытался выдернуть колья или протиснуться между ними. Расстояние было небольшим, и доспехи слабо защищали даже от стрел, а от болтов не помогали и щиты. Поэтому, прежде чем в нескольких местах удалось избавиться от кольев, многие из нападавших были ранены или убиты. Стрелки ушли в тыл расступившейся пехоте, а в набегавших на неё бойцов Мартина полетели сотни дротиков. От этого оружия, которое солдаты метали почти в упор, не помогало вообще ничего. Тех немногих, кто не упал сражённым или не повернул обратно, встретили уже обычными копьями. Зазвенел брошенный на землю меч, за ним другой, третий... Бойцы бросали оружие и становились на колени. Из предводителей мятежа в живых остался только сам Мартин, который из-за великолепных доспехов получил только ушибы. К бывшему графу подошли Сергей с Джоком.
– И как у меня не получилось тебя повесить! – сказал Мартин, со злостью глядя на Джока. – Наверняка ты причастен к гибели моей семьи! А ты новый герцог? Не надейся, я не отдам тебе меч! Вы победили только моих людей, а не меня! Хочешь его взять? Тогда достань свой и дерись!
– Зря обижаешь Джока, – спокойно сказал Сергей. – Мы непричастны к гибели твоих близких. Их убили люди короля по его приказу. Я заступился только за твою дочь, остальные не заслужили жизнь.
– Так Белла жива? – спросил Мартин, опуская меч.
– И она, и Лани – подтвердил Сергей. – Я сделаю всё, чтобы девочки выросли, и обеспечу их приданым. И как только в вашей семье мог появиться такой ребёнок!
– Я не стану с тобой драться! – сказал Мартин, делая шаг к Сергею. – Прошу, убей! Смерть от меча – это не постыдная казнь на плахе!
– С ума сошёл? Как я смогу растить девочку, если убью её отца?
– Тогда я сам, – Мартин перехватил меч за лезвие и вонзил его в единственное неприкрытое доспехами место – горло.
– Так! – Сергей отвернулся от содрогавшегося в конвульсиях тела несостоявшегося герцога к стоявшему на прежнем месте строю пехоты. – Стрелкам немедленно отдыхать и лечить раны. Пехота работала мало, поэтому сейчас отложите копья и соберите оружие и неповреждённые доспехи, а потом горожане займутся телами. Пленных нужно отконвоировать к казармам гарнизона, а если кто-то из них ранен, оказать помощь. Фар, выводи нашу конницу и попробуйте догнать всадников Мартина. Постарайтесь не вступать в бой, а договориться о сдаче. Скажите, что мы не будем их вешать, искупят вину в борьбе с сотхемцами. Тело Мартина доставьте в город, похороним его вместе с семьёй. Погибших дворян пока не хороните. Завтра устроим опознание тел. Я не просто так писал в указе, что буду лишать имений. Отнеслись с пренебрежением? Вот пусть теперь страдают семьи. В следующий раз к моим указам отнесутся серьёзней.