Страница 4 из 13
Она понимала, что можно было избежать обострения, однако каждый раз ей хотелось разрешения ситуации по справедливости. Но ведь можно было вести себя более дипломатично? Самой вытереть доску, принять дежурство, дать списать контрольную, вот тогда бы друзей у нее было бы полно, вся школа. Сейчас Даше казалось, что она такая проблемная одна на всей планете, никто не придет к ней, никому она не нужна. Слезы сами собой потекли из ее глаз.
– Ну! – услышала она рядом с собой голос Жени. – Ну, что опять с тобой случилось?
Подруга села рядом, поставила одну ногу на батарею, другую свесила.
– У меня не получается с ними ладить! – убито произнесла Дарья.
– Не получается, так не получается! Что же тут поделать! Ты хочешь, чтобы с тобой дружили все?
– Да, хочу! – ответила Даша. – Я симпатичный, неглупый человек! За что меня не любить?
Женя улыбнулась. Даша действительно была очень начитанной, она хотела видеть мир идеальным, усовершенствовать его, однако мир упорно сопротивлялся ей. Даже ревность была продиктована стремлением к идеалу. Вероника не имела права проявлять знаки внимания ее молодому человеку. Нюанс заключался в том, что никто кроме Жени в школе не знал о близости ее друзей. Даша приняла этот факт и была вынуждена уступить однокласснице. Теперь она обижалась на судьбу-злодейку. А ее подруга думала, что эта семнадцатилетняя девушка в сознании осталась лишь пятилетней девочкой, которая готова топнуть ножкой только для того, чтобы все было по ее.
– Пойдем в класс, Дима пересадил Веронику обратно!
Дарья, вздохнув, спросила:
– Думаешь, стоит? Может, просто уйти на домашнее обучение и проблемам конец?
– Пойдем! – понуждающе растянула Женя. – У всех бывают плохие дни. Не надо сгущать краски!
Дарья осторожно слезла с подоконника, и девочки неспешно отправились обратно.
Урок истории был не любим многими. Учительница не смогла заинтересовать предметом ни одного из присутствующих учеников. Даже рассказывая о каких-то важных событиях, Валентина Петровна смотрела отстраненно в окно. Ее мысли были как будто совсем в другом месте. Безусловно, появление нового учителя истории, Горина Константина Павловича, никак не могло спасти ситуацию. Обстановка в классе стала нервной, ибо прежний учитель был равнодушен к уровню даваемых знаний, а новый наверняка неприятно удивится.
Прозвенел звонок. Ровно в этот момент в класс зашел Константин Павлович. Его движения были достаточно резки, чувствовалось, что в этом человеке эмоциональность пытается перебороть природную мягкость. Этот конфликт отражался и в его внешнем облике. Черты лица мужчины были мягкими, карие глаза – добрыми, светло русый цвет волос идеально сочетался с кардиганом бежевой расцветки. Даже его голос был мягким, приятным, он не звенел, не басил.
– Здравствуйте! – сказал учитель. – Я ваш новый учитель – Константин Павлович Горин. С этого дня я буду вести историю, надеюсь, мы сработаемся. Можете садиться.
Учитель наблюдал за учениками, отмечая, что практически никто из ребят не смотрит на него. Одни изучали виды за окном, другие просто что-то разглядывали на своих столах. И только девочка с копной рыжих волос смотрела на него прямо. Она как будто оценивала его.
– Так, ну что же, давайте попробуем определить ваш уровень знаний. Сейчас я напишу на доске список некоторых знаковых событий девятнадцатого века, а вы должны будете переписать их на двойной лист бумаги и поставить рядом дату, соответствующую каждому событию.
Тут уж все внимание было приковано к учителю. Даже Женя отвлеклась от очередного фантастического рассказа. Она подняла взгляд, понимая, что халяве, похоже, пришел конец. И тут девушка осознала, что ей давно следовало опасаться разоблачения. Учитель был не один! Около двери стоял стул, но в этот раз он не пустовал. На нем, забросив ногу на ногу, сидел мужчина. Он был определенно высок. Черный свитер с горлом подчеркивал белизну его прямых, зачесанных назад волос и черноту глаз. Крепкие ноги облегали черные брюки. Несколько смущали высокие сапоги чужака. «Проверяет работу нового учителя?» – подумала Женя. Проверяющий был несколько необычен во внешности, однако вел он себя стандартно. Обычно тот, кто приходил с проверкой, редко здоровался и представлялся. Работник РАНО просто сидел позади класса и следил за уроком. Этот мужчина тоже внимательно слушал учителя, прищурившись, смотрел на доску.
Женя вырвала из тетради двойной лист и начала переписывать с доски текст.
– Я не буду вас оценивать! – говорил учитель. – Это небольшое задание позволит мне определить темы, которые нам стоит как следует проработать.
Женя поморщилась. События, прописанные учителем, были ей известны, однако точные даты она не помнила. Написав на доске пятнадцать пунктов, Константин Павлович повернулся к классу.
– Ну, у вас есть десять минут на то, чтобы подумать над этим заданием. Старайтесь не подглядывать в учебники, помните, что мы просто определяем проблемные места, оценки сегодня я ставить не буду.
Константин Павлович сел, надел на кончик носа очки в тонкой оправе, начал просматривать классный журнал. В это время человек в черном встал. Он бесшумно пошел между рядов, наблюдая за тем, как ученики работают. Его руки были сцеплены сзади, взгляд спокойно переходил от листа к листу. Женя смотрела на него исподлобья. Вот наблюдатель остановился около Дарьи, прищурился, всматриваясь в ее работу. Кивнув, мужчина продолжил свой путь. Он обогнул средний ряд и последнюю парту Жени. Девушка осторожно закрыла тетрадью художественную книжку. Стоило ей это сделать, и проверяющий вдруг остановился, он резко повернулся к ней. Женя чувствовала, как наблюдатель смотрит на нее. Она замерла, ей почему-то вдруг стало не по себе. Какое-то нехорошее предчувствие сидело острой иглой в груди. В этот момент Серега, пересевший после конфликта на заднюю парту первого ряда, смял лист бумаги. Он смотрел как будто сквозь мужчину в сторону Даши, или, может быть, вовсе не обращал внимания на присутствие проверяющего. Прицелившись, парень бросил бумажный ком. То, что произошло потом, прошло перед Женей так медленно, как будто это была замедленная съемка. Бумажный снаряд достиг препятствия, пролетел сквозь грудную клетку мужчины и упал в проходе рядом с Юрой. Зрачки Жени расширились за секунду, дыхание перехватило, сердце застучало в ушах. Она поняла, что молчаливого тихого незнакомца в черном никто из присутствующих в классе не видит! С силой ухватившись руками за край парты, девушка побледнела, встретилась взглядом с Димой, который озадаченно смотрел в ее сторону. Женя прикрыла глаза. И вот тут по ее челке пробежал легкий теплый ветерок, незнакомец стоял рядом с ней. Склонившись, он всматривался в ее лицо!
– Молодой человек, вам плохо?
Женя молчала. Она боялась открыть глаза. Стоит ей посмотреть вперед, и человек в черном сразу все поймет.
– Молодой человек!
Дыхание девушки стало тяжелым!
– М-м-м…
– Как тебя зовут?
– Женя! – подсказала Вероника.
– Жень!
Евгения услышала, как со скрежетом отодвигается стул учителя. Доски позади нее просели, одна из ножек стула ушла вниз.
– С тобой все в порядке? – спросил учитель.
Женя решила, что это ее шанс на спасение! Она чуть приоткрыла глаза, покосилась на незнакомца, который, скрестив руки на груди, смотрел на нее сбоку.
– Плохо! – сказала шепотом Женя.
– Что с тобой!
Женя поморщилась и прошептала:
– Живот болит!
Учитель склонил голову.
– Хочешь выйти?
– Нет. Просто дайте мне спокойно посидеть! – опять шепотом ответила девушка.
Учитель стоял в недоумении. Он даже не слышал ехидные смешки позади себя! Юноше действительно было нехорошо. Стоило бы отвести его в медпункт.
– Ты ответил на вопросы? Я заберу листок?
Женя кивнула, чувствуя, как на ее лбу выступает пот. Она легла на скрещенные руки, потом перевела одну руку под парту, схватилась за живот.
Отговорка была дурацкой. Однако другого способа объяснить привидению свое внезапное изменение в поведении она не могла! Это сработало, призрак отошел от нее.