Страница 4 из 17
Она прошла в дом, на ходу снимая плащ и развязывая шейный платок. Вещи она отдала словно из ниоткуда появившейся служанке, дождалась, пока та уйдет, и продолжила, не дожидаясь ответа:
- А ты своими пьяными выходками просто рушишь всю нашу работу, которую мы вели много лет. Всё, что ты делаешь, может легко стать рычагом для его конкурентов и врагов. И если бы твоя мать была жива, она бы наверняка просто выпорола тебя, как сопливого щенка, нагадившего в доме!
- Не смей говорить о моей матери. - сквозь зубы процедил Марат. Тамара обходила его по кругу, а он поворачивался за ней и сверлил её глазами. Наконец она остановилась.
- Да ты даже отца своего не достоин. Тот трудится с утра до ночи, что бы у тебя было будущее, а ты до сих пор ноешь о потере мамочки, вместо того, что бы помогать ему. Мамочки нет, а ты все за её посмертную юбку цепляешься. И все потому, что некому поплакаться, да? - она говорил тихо и зло, глаза были прищурены, а взгляд ненавидящий.
Марат сам не понял, как это случилось, но он сделал два быстрых шага, схватил ее за горло и резко прижал к стене.
- Заткнись! - процедил он.
И в этот момент лицо Тамары переменилось, глаза расширились, казалось, вот-вот и из них потекут слезы, руки она прижала к груди, нижняя губа задрожала. Но смотрела она уже не на Марата, а куда-то за его спину.
- Марат, ты что творишь?! - услышал он окрик отца за спиной.
Марат стоял спиной к двери, поэтому не слышал и не видел, когда из неё появился отец. Но судя по тому спектаклю, который был сыгран на лице Тамары, отец застал только последнее действие. Марат отпрянул от Тамары и повернулся к отцу. Он открыл рот, что бы уличить эту стерву в оскорблении покойной матери и в постановке скандала, но не успел. Отец заговорил первым. Тон его был сухим, злым и командным.
- Ты совсем с катушек съехал?! Ты что себе позволяешь?! - Тамара заплакала за спиной Марата. - Ты совсем распоясался и уже не видишь границы дозволенного. А руки распускать, да еще на мою жену, я тебе не позволю...
- Но, отец, она... - попытался Марат оправдаться.
- Заткнись! - рявкнул Костов-старший на отпрыска. - С сегодняшнего дня ты вообще лишаешься денег. Ищи работу и зарабатывай сам. Даю тебе полгода, что бы снять квартиру и съехать отсюда.
Станислав Владимирович обогнул сына, взял за руку плачущую Тамару и они вместе ушли. Марат остался стоять на том же месте, пребывая в шоке от того, как эта 'секретутка' ловко его уделала. Он и не думал, что она на такое способна - подставить его перед отцом, что бы тот его выгнал. И лишил денег. Вот и попросил на ремонт машины.
2. Предложение.
Марат пребывал в ужасном состоянии. Что такое 'искать работу' он даже не представлял. После частной школы, которую он с грехом по полам, но все же закончил, потому что по-другому в частных школах не бывает, он учился в опять же частном институте. Ну как учился... Посещал ровно столько, что бы не отчислили, платил за образование исправно папиными деньгами, экзамены покупал из 'карманных'. Это было больше развлечение, чем приобретение навыков для дальнейшей работы. И конечно же место тусовки. Там и сложилась их маленькая компания из него, Инги, Жмота и Илая. Все они были дети богатых 'бюджетных' семей, но Марат был из самой 'высокопоставленной' семьи. Поэтому Инга без труда определила, с кем будет спать в их компании. Причем, отношения у них были достаточно свободные, Марат позволял себе и другие встречи, не распространяясь об этом, и подозревал, что Инга занимается тем же самым. Молодость на то и дана, что бы творить безрассудства, считал он.
Пару дней после ссоры с отцом Марат думал, что всё уляжется, отец успокоится и не только не будет отбирать банковские карты, но и даст денег на ремонт 'Гелика'. Но не тут-то было. Костов-старший действительно не стал отбирать карты, он просто их заблокировал. Об этом Марат узнал не сразу, а попытавшись расплатиться в кафе. Каков же был позор, когда его постоянный официант в его любимом заведении сказал: 'Карта принудительно заблокирована, я вынужден изъять ее'. Повезло ещё, что был не с кем-то, а именно с Ингой, которая презрительно фыркнув достала из сумочки свою карту и расплатилась.
- Это что-то новенькое. - сказала она.
- Что именно? - спросил хмурый Марат.
- Ну то, что у тебя карта не работает. Первый раз такое вижу.
- Да видимо в банке какая-то ошибка. - попытался соврать Марат, а сам понял: отец сдержал обещание. И если так будет продолжаться, то его скоро выселят из дома. Это было удручающе, захотелось как-то снять стресс. - Может к тебе поедем?
- Ты знаешь... У меня сегодня были другие планы... - как-то неуверенно промямлила Инга, отстранено разглядывая свою банковскую карту. А вот раньше никогда не отказывала. - Я пожалуй поеду. Созвонимся.
И она упорхнула, оставив сладковатый запах духов. 'Вот сучка!' - подумал Марат. Два облома за пять минут: сначала с картой, теперь еще и с Ингой.
А Инга, проходя сквозь столики к выходу, достала коммуникатор из сумочки, набрала номер и перевела звук на имплант, который розовым перламутром поблескивал у нее за правым ухом. Люксовая модель. Как и всё, что предпочитала Инга.
- Аллё, кисюня, привет. Я тебе сейчас новость расскажу, ты только никому. У Маратика похоже папик деньги отобрал, прикинь! - зашептала она заговорщическим тоном.
К вечеру о том, что у Марата проблемы с деньгами, знали все. Илай позвонил ему и спросил, что случилось. И после некоторых уточнений Марат понял: Инга догадалась и всем растрепала. Репутация летела под откос.
- Илай, мне за ремонт машины надо расплатиться, поможешь? - скрипя зубами решил попросить у друга Марат. Не мог же он оставить машину в автосервисе на бесконечно неизвестное время.
- Ты знаешь, у меня сейчас планы на одну большую покупку... - начал гундосить тот, даже не узнав сумму за ремонт. Хотя сам был в машине, когда её разбили, да и вообще никогда не отказывался покататься с Маратом, накурившись своей 'натуралки'.