Страница 11 из 17
- Да это все гонево какое-то. - Марат попытался контролировать свою речь, но слова из него вырывались сами, и совершенно не те, что он говорил раньше. - Нельзя отбирать жизнь. Нельзя менять людей. Ты че, Бог что ли?
- Можно. И без Бога. И ты это видишь своими новыми глазами. - спокойно парировал мужчина. - Сидя в теплом уютном гнездышке под крылом папы или мамы такие как ты никогда не думают, что всё может легко измениться, причем не в лучшую сторону. Поэтому так легко и опрометчиво вы рискуете своей жизнью.
- Мне никто не сказал... Я думал, что это все не так будет. - реальность происходящего давила, он не желал ее воспринимать, отказывался верить в то, что говорит этот человек, отказывался верить своим глазам.
- Тебе всё рассказали заранее. А то, что ты не поверил в реальность ставки, в этом ты виноват сам. Тебе твоя жизнь была не так дорога, если ты согласился использовать ее в ставке против пятидесяти тысяч. Да все твои развлечения с погонями, уличными гонками, пьянством, наркотой и тому подобным нелегальным экстримом, являются лишним подтверждением того, что тебе наплевать на свою жизнь. Ты в любой погоне или гонке мог вообще погибнуть. Мог сесть в тюрьму. Так чего ты сейчас мямлишь? - мужчина сделал паузу, а потом добавил. - Но у тебя есть шанс.
Марат поднял взгляд на него.
- У тебя есть шанс отыграться. - продолжил собеседник. - Если ты не будешь доставлять проблем в адаптации к новой жизни, если ты примешь новую жизнь, как часть игры, то в ближайшее время мы дадим тебе шанс сыграть снова.
- На мою настоящую жизнь? - с надеждой спросил парень.
- Вряд ли так сразу. Но всегда есть вероятность вернуться к своей жизни в череде игр. Тут, кстати, открою тебе секрет: это решают те, кто делает ставки. На активных игроков ставки выше, поэтому для подогрева интереса допускают реванш за свою оригинальную жизнь. Это некий финал для такого игрока. Но нужно завоевать любовь публики, которая ставит на тебя.
- Ну и как это сделать? - удрученно спросил Марат.
- У тебя будет время влиться в новую жизнь. Это отслеживается, что бы подтвердить твое согласие с правилами игры. Если ты лоялен к правилам, значит имеешь право играть дальше. Правила есть правила. И вторым пунктом будет являться то, что ты должен принимать вызовы на новые дуэли. Не так уж и сложно.
5. Новый мир.
Похоже, это была самая окраина Москвы. Марат никогда не бывал здесь. А сейчас они ехали от МКАДа еще три часа, пока попали в нужный район города, и лучше название, которое Марат дал бы этому району, было 'Трущобы'. Марат бывал в разных городах и странах, да и по своей стране немного ездил. Но всегда жил в комфортных условиях, а подобную разруху иногда наблюдал лишь через стекло дорогого автомобиля или с экранов мониторов. А тут ему пришлось к разрухе прикоснуться, встать ногами на выщербленный асфальт, вдохнуть неприятно пахнущий воздух. Странно, но живя в элитном районе Москвы, передвигаясь по городу в пределах своих интересов, он не задумывался, что рядом есть еще и другой вид жизни - нищета, которую нетрудно увидеть глазами. Когда тебя это не касается, то этого вроде как и не существует. Город простирался на сотни километров в разные стороны, но зачем человеку эти сотни, если его жизнь сосредоточенна в одном элитном районе, в котором находится всё, что ему нужно - дом, школа, институт, магазины, клубы и рестораны. В школе проходят 'Административную географию', и он представлял размер Москвы на карте, но на этом его знания о городе заканчивались.
Его привезли к огромному дому, высотой в несколько десятков этажей. Выдали рюкзак и назвали этаж и номер квартиры.
- Дополнительные инструкции по адаптации ждут тебя дома. - напутствовал ему мужчина в сером костюме. - И помни, мы наблюдаем.
Машина уехала, а Марат остался стоять перед подъездом этого серого, обшарпанного дома. Он стоял и смотрел вверх, туда, где, казалось, здание уходило в низкое желтое облако то ли естественного происхождения, то ли прилетевшее из трубы какого-то завода. В представлении Марата, эта смесь технических запахов на улице должна была принадлежать именно заводу, хотя в реальности он никогда не видел никаких заводов. Он вздохнул и пошел в подъезд. 'Это игра. Это игра. Надо просто разобраться. Это всё ненастоящее.' - подумал Марат. Его внутреннее 'Я' требовало срочно что-то сделать, требовало действий, а не понурого соглашательства с ситуацией. Но на этом мысленный бунт заканчивался, так как сил бунтовать не было. Редкие всплески злости тонули в отчаянной уверенности, что он не сможет ничего изменить.
В подъезде воняло еще хуже, чем на улице, из почтовых ящиков свисали какие-то бумаги, которые осыпались тут же на пол и, похоже, очень редко убирались. Навстречу прошла женщина, потом пробежали дети. Проходя мимо него, они поднимали глаза и тут же опускали, пытались его обогнуть, держась подальше. Марат нажал кнопку лифта, дождался, пока этот скрипучий гроб спустится, и поднялся на шестнадцатый этаж. Так высоко он никогда не поднимался.
Коричневая облезлая дверь в квартиру открылась без проблем, ключи Марат нашел в рюкзаке. Там еще лежал коммуникатор, но конечно же не из его прошлой жизни, а чей-то чужой, не новый, потертый. Марат переложил его в карман. Еще в рюкзаке были документы и какие-то вещи, но изучить всё это было решено чуть позже.
Войдя в квартиру, Марат опустил рюкзак у входа и обошел новое жилище. Хорошо, что его предшественник жил один, иначе пришлось бы как-то внедряться в совершенно незнакомое общество. И это был бы верный провал. Марат и так держался на грани нервного срыва, постоянно хотелось то ли заорать, то ли заплакать.
Комната с серыми обоями в полоску, серый коридор, кухня в желтых тонах, зеленый санузел. Да у него дома гардеробная была больше, чем вся эта квартира. В кухне между столом и плитой приходилось протискиваться боком. В комнате стоял диван, два шкафа и телевизор на тумбе. В коридоре вешалка с какой-то одеждой. Стены в санузле были просто окрашены краской, чего Марат вообще никогда не видел.
- Плитку что ли не мог купить, мудила. - сказал он, обращаясь к своему предшественнику, когда-то жившему в этой квартире.
Марат сел на диван, обхватил голову и просидел так какое-то время. В этой давящей на психику серо-желто-зеленой квартире можно было сойти с ума только от её внешнего вида. И смена личности прекрасно дополняла картину безумия.
Как-то резко захотелось позвонить отцу, он схватил коммуникатор, по памяти набрал номер. Хотел было приложить комм к уху, но только стукнул себя по импланту. Теперь весь звук шел напрямую через имплант, а тело коммуникатора использовалось только для приложений, набора номера и видеосъемки. Но вместо гудка вызова в ухе раздался такой ужасный писк, что Марат схватившись руками за виски упал на колени и застонал. Догадавшись нажать отбой на экране комма, он сидя на полу оперся спиной на диван и прочитал тут же пришедшее сообщение: 'Первое нарушение'.