Проверка — книга 2

– Здесь выводы по делу, – сказал он, протягивая генералу бумаги. – План мероприятий пока не готов, но к концу дня...

– Я прочитаю позже, – сказал Николай Владимирович, – а сейчас скажите, как вы ко всему этому относитесь.

– Фантастика, – ответил полковник. – Правда, подтвердилось всё, что проверили. Это в основном материалы по Москве. Больше ничего не успели сделать, кроме нескольких запросов.

– Есть мысли по профессору Никитину?

– Мысли у меня есть, – сказал Никонов, – только не хочется его трогать. У старика большие связи, да и не тот у нас случай, чтобы применять крайние меры. Я думаю, что сначала нужно поговорить с самой Настей или её отцом.

– Сделали запрос на Кубу?

– Одним из первых, – ответил полковник. – Только я сомневаюсь, что их там найдут. Самолётом не улетали, и нет в списках пассажиров круизных лайнеров.

Сомневался он зря. К концу следующего дня стало известно, что все трое, не скрываясь, живут в одном из двух самых дорогих отелей города Ольгин, проводят полдня на пляже Изумрудный берег и не стеснены в средствах.

– Кубинцы сработали очень оперативно, – докладывал генералу Никонов. – О Никитиных много узнали, потому что они, включая малышку, свободно говорят по-испански и за время отдыха со многими общались.

– Интересно, как они туда попали и откуда у подполковника полиции такие деньги, – сказал Можейко. – Вот что, Виктор Сергеевич, пошлите туда своих ребят. Несколько дней отдохнут за государственный счёт и заодно понаблюдают за Никитиными, а потом кто-нибудь подойдёт и деликатно поторопит с возвращением. Остальные пусть следят издалека. Я не исключаю того, что наш парламентёр забудет о задании и пойдёт паковать чемодан.

Встреча состоялась на два дня раньше, чем планировали фээсбэшники. Настя с Олей вышли из воды и теперь обсыхали, лёжа в песке. Мать купалась реже, а на песок не ложилась, предпочитая ему шезлонг. Они полдня проводили на солнце и загорели до черноты. У Насти было заклинание от солнечных ожогов. Обновляй его каждый день и загорай сколько душе угодно. Дорвавшимся до южного солнца Никитиным было угодно много, поэтому у всех трёх дам остались белыми только зубы.

Заиграл мелодией вызова материн телефон, и она поспешила достать его из сумки.

– Кто звонил? – лениво спросила Настя.

– Таня звонила, – отозвалась мать. – Сдала последний ЕГЭ.

– Она ещё не заморила отца голодом? Марк сможет только убрать в квартире. Готовить он не будет, его самого нужно кормить.

– Я думаю, что Таня готовит, – неуверенно сказала мать. – В крайнем случае можно сходить в кафе. Она быстро положила трубку, поэтому я ничего не успела спросить.

– Деньги некуда девать, а она по привычке экономит, – проворчала Настя. – Потом позвони сама. Так, за мной кто-то наблюдает!

– За тобой здесь многие наблюдают, – равнодушно сказала мать. – Красивая мордашка, стройная фигура, да и всё остальное уже вполне женское. Пусть смотрят. Им приятно, а тебя не убудет.

– Тут другое, – возразила Настя. – Я давно не обращаю внимание на тех, о ком ты говоришь. Это уже не любование, а наблюдение. Сейчас разберусь.

Она поднялась и подошла к лежавшему на песке парню.

– Привет! – сказала девочка, садясь рядом с ним. – Руссо туристо? Тебя можно закадрить или ты облико морале?

– Что? – растерянно спросил он, уставившись на неё широко открытыми глазами.

– Кто прислал? – спросила Настя. – ФСБ или другая контора?

– А как ты узнала? – не отвечая на вопрос, спросил он.

– Когда на мне протирают взглядом дырки любители красивых девчонок – это приятно, – сказала она. – Конечно, им ничего не обломится, но начинаешь смотреть на себя иначе. Но ты на меня смотрел, как Глеб Жеглов на Ручечника. Что вам приказали?

– Понаблюдать, чем вы занимаетесь, а потом поторопить с отъездом домой, – ответил агент, которого пришлось подтолкнуть магией. – Лучше тебе самой разобраться с нами, чем без тебя начнут разбираться с твоими родственниками.

– И как стали бы торопить? – поинтересовалась Настя. – Надеюсь, не ногами?

– Передали бы, что есть такая необходимость, – сказал он. – Никакого принуждения не было бы. Когда вы собираетесь возвращаться?

– Через день-два, так что зря вас сюда посылали. Хотя курорт здесь хороший. Но если ты хочешь хоть немного на нём отдохнуть, немедленно уходи в отель, иначе весь обгоришь. Мы тоже сейчас уйдём обедать.

Закончив с ним разговаривать, Настя вернулась к своим.

– Этот кадр из ФСБ, – сказала она матери. – Не нервничай: нас не будут здесь брать, но дома уже наверняка готовят комитет по встрече. Сказал, что только наблюдают, а через несколько дней скажут, что пора возвращаться. Мне здесь уже надоело, поэтому вернусь с удовольствием.

– И совсем не боишься? – спросила отошедшая от испуга мать.

– Самую чуточку, – призналась Настя, – и больше за вас, чем за себя. Надоело мне бояться, мама. Я ведь с самого начала знала, что придётся договариваться, только хотелось отдохнуть. На меня смогут давить только через вас, но и у меня до фига рычагов. Пусть только попробуют, я с ними тогда поиграю в игру «кто самый крутой». Вставайте и пошли на обед, а то этот придурок сейчас изжарится. Я его отпустила, а приказ наблюдать остался. Непонятно, почему прислали такого молодого, наверное, из-за знания испанского. Приехал без капли загара и полез на солнце в одних плавках! Хоть бы взял зонт. О чём только думают!

– Да, пошли, – согласилась мать, вставая с шезлонга. – Мне уже тоже захотелось домой. Благодаря тебе я отдохнула так, как не отдыхала никогда в жизни.

– Тогда можно пообедать и улететь, – предложила Оля. – Я уже по всем соскучилась, а больше по деду. А эти пусть ищут, куда мы девались.

– Так и сделаем, – решила мама. – Идите смывать песок.

Они поели, собрали свои вещи и рассчитались за номер. Ушли из женского туалета. Настя взяла одной рукой саквояж, и второй прижала к себе сестру, а мать обняла их обеих. Сфера на такую компанию появилась раза в полтора больше обычной. Настя финишировала над сквером и через несколько минут уже обнимала сначала отца, а потом Таню. Марк обниматься не стал, но тоже был рад их возвращению.

– А чёрные! – удивился отец. – Вы же были там только три недели. Шкура не слазила?

– Я предохранила от ожогов, – объяснила Настя, – поэтому от солнца не прятались.

– Не хочешь туда ещё раз? – спросила не скрывавшая зависть сестра. – Я не смогла из-за школы с вами отдохнуть!

– Полетишь одна, – ответила девочка. – У меня сейчас начнётся летняя распродажа.

– О какой распродаже ты говоришь? – не поняла Таня.

– Буду себя продавать, – объяснила она. – На Кубе нас уже пасли, поэтому скоро узнают, что мы оттуда исчезли, и примчатся сюда. Я постараюсь выбить себе максимум свободы, но на курорты тебе теперь придётся летать. Денег можешь взять сколько хочешь. Я оставлю их и родителям.

– Если будут деньги, я и сама отдохну, – успокоилась сестра. – Вы хотите есть?

– Только что из-за стола, – ответила мать. – Вы-то как здесь жили?

Все сели в гостиной разговаривать, а Настя ушла в свою комнату звонить подругам. До Аллы почему-то не дозвонилась, а Ольга ответила сразу.

– Я тебе звонила, – сказала она, – хоть ты и сказала, что не будешь брать свой мобильник. Меня о тебе допрашивали, и Аллу тоже. Мы отказались отвечать, тогда надавили на родителей. Мой отец воспринял это спокойно, а её предок начал свирепствовать. Он забрал телефон и запретил ходить на секцию, а для Алки секция важнее, чем для других.

– Можешь позвонить ей по обычному телефону? – спросила Настя. – Вот и скажи, что я навещу их завтра утром. После этого её отец вернёт и телефон, и секцию. Если она этого не захочет, пусть передаст через тебя. Надеюсь, завтра увидимся.