Страница 98 из 122
– Я так за них боюсь! – сказала она. – Американские штаты очень сильное государство, и если будет война...
– Будет, но не в этом году, – сказал я. – Основа их ударной мощи, помимо флота, – это авиация. Корабельной мало, а другим самолётам нужны аэродромы в Европе. Англичане отказались давать свои, а в Норвегии до следующего лета не успеют построить. И нужно перевезти через океан слишком много солдат и боевой техники.
– Вы меня не сильно успокоили, князь, – вздохнула Александра. – Мне муж уже говорил и об их выборах, и об аэродромах, но это только отсрочка. Я рада, что российский флот поможет Франко-Германской империи, но всё равно страшно. Почему мужчины так любят воевать? Этих колоний... их же очень много. Почему нельзя разделить?
– Американцы почувствовали свою силу и не удовлетворятся малым, – покачал я головой. – Они захотят править миром. Дурная затея, которая за тысячи лет так никому и не удалась, но желающие находятся. Если им вмазать как следует, на время утихнут. Постоянного и долгого мира не было никогда и нигде. Люди слишком драчливые и жадные до чужого добра, чтобы тихо сидеть на своей земле и пользоваться плодами своего труда. Им вечно чего-нибудь не хватает, да и напрягаться неохота, а у соседей всего больше, да ещё не по праву!
– У нас действительно очень мало хорошей земли, – грустно сказала Елена. – Раньше в плохие годы в деревнях старики уходили умирать, чтобы не отнимать еду у детей и внуков.
– В ближайшие годы в этом мире многое изменится, – сказал я. – Наша империя должна стать сильнее многих. Новая империя и Япония – наши союзники, которых мы не оставим без помощи. Главным будет отбиться от янки. А вам не нужно так переживать. Это не принесёт пользы вашим близким и нанесёт ущерб вам. У императора Августа под рукой два народа, мощная промышленность и сильные армия и флот. Американцы всегда были самоуверенной нацией, думаю, что Бог их за это накажет.
– После этих слов я спокоен за наше будущее, – усмехнулся Андрей. – Мы, кажется, собрались веселиться? Князь вы не объелись? Сможете петь?
– У нас приготовлена новая песня, а остальной репертуар старый, – предупредил я. – Так получилось, что мы давно не занимались пением.
Меня заверили, что с удовольствием послушают и старые песни, после чего вся компания перешла в ту комнату, в которой у Олега стоял рояль. Он сам умел неплохо играть, только сейчас пользовался редко. Мы пели и играли больше часа. Великие князья уже слышали почти все песни, когда мы ходили петь к Олегу, а их жёны довольствовались не очень хорошими грампластинками, поэтому были в восторге от живого пения. Больше других понравилась песня «Каникулы любви», которую слушали в первый раз.
– Что вы хотите, князь, за этот чудесный вечер? – в шутку спросил Андрей.
– С вас море, – ответил я. – Жена сказала, что отпустят в Крым, вот я и выкладывался.
– Я поговорю с отцом, – пообещал он. – Он не всегда с нами ездит, но на время найдёт вам замену, так что считайте, что вы уже на пляже. Нужно только подождать полтора месяца.
Мы простились и вернулись в свои комнаты, где узнали о грядущей свадьбе Ольги.
– Мне уже семнадцать и я окончила гимназию, что вам от меня ещё надо! – сердито выговаривала она родителям. – Если и дальше будут проволочки, я просто уйду в семью Сергея!
– И на что станете жить? – спросил отец. – Сидеть на шее у его родителей? Твой Сергей уже решил, чем займётся?
– Он будет инженером, как и его отец! – ответила Ольга. – И не нужно мне ничего говорить! Он это не я: ему брак не помешает учиться, а его родители согласны. Я понравилась его деду, и он обещал помочь. Он очень состоятельный человек!
– Ты и мне нравишься, – обнял я её, – так что обойдёмся без чужого деда. Что я не найду денег для родной сестры?
– Ты это одобряешь? – удивился отец.
– Пусть выходит замуж, – сказал я. – Сергей хороший парень, и из них получится прекрасная пара. Ему немного рановато, но если сестре не терпится... Если есть средства, мужчине семья не помеха для учёбы.
В общем сестра нас уломала. Мы, как я и обещал, помогли ей деньгами, хоть родители Сергея были этим недовольны, по крайней мере, на словах. Свадьбу назначили на конец июня и переложили её организацию на семью жениха. Только разобрались с Ольгой, как пришло известие о гибели американского эсминца. Если верить сообщениям американских радиостанций, его кто-то подорвал торпедой в двухстах милях от их восточного побережья. В некоторых передачах прямо обвиняли Франко-Германскую империю. Якобы была радиопередача с эсминца, что обнаружен перископ подводной лодки.
– Есть мысли? – спросил вызвавший меня император. – Я созванивался с кайзером. Ни одной их подводной лодки у берегов Америки сейчас нет.
– Ни минуты не сомневался в том, что империя здесь ни при чём, – ответил я. – Обострение отношений не в их интересах, а с военной точки зрения подобная операция просто нелепа. Или этот эсминец по какой-то причине взорвался сам, или ему помог это сделать кто-то из американцев. Только неясно, для чего это делать именно сейчас. Через год – понятно, но американцы ещё не готовы к войне, а реагировать придётся. Они уже лишились нескольких кораблей и ограничились нотой в адрес кайзера. Сейчас это трудно сделать.
– Думаете, они взорвали его сами? – задумался император. – И чья это может быть работа?
– В известной мне реальности в Америке всё было по-другому, – ответил я, сопроводив ответ пожатием плеч, – а в этой реальности я о ней мало знаю. У нас есть знатоки в министерстве, вот их и нужно спрашивать.
Император позвонил в министерство иностранных дел, и через пятнадцать минут такой знаток был доставлен в его кабинет.
– Коллежский советник Данилов, – представился он после положенного приветствия.
– Хотелось бы знать, с чем мог быть связан подрыв американцами своего корабля? – спросил его Владимир Андреевич.
– Если это не случайность, то даже не знаю... – в замешательстве ответил чиновник. – Америка ещё не готова к войне.
– А если её объявят, но не начнут? – спросил я. – Кто от этого будет в выигрыше?
– Я думаю, что президент Олбен Баркли, – ответил он. – Демократы проиграют выборы, причём и президентские, и в Конгресс. В этом уже никто не сомневается. Но если президент получит согласие Конгресса и объявит войну Франко-Германской империи, то это позволит ввести военное положение на всей территории страны и отменить выборы до окончания военных действий. Такое предусматривается конституцией, хотя за всю историю ни разу не применялось. Кроме того, президент у них является главнокомандующим, а это в случае удачной войны...
– И Конгресс даст такое право? – с сомнением спросил император.
– Я думаю, что даст, – ответил чиновник. – У демократов в нём значительное большинство, а этот взрыв так обыграют в прессе, что будет опасно выступать против. Нужно немного подождать. Если это действительно президент, он должен выступить сегодня или завтра. В органах власти в войне обычно больше других заинтересованы военные, но не в этом случае. Эта провокация может помешать их подготовке в Норвегии. Производители военной продукции и так загружены заказами, поэтому взрыв эсминца ничего им не даёт.