Страница 74 из 122
– Они смогут использовать флот против вас, – возразил Болен. – Вы у них надолго станете врагами!
– Напомните мне, когда мы с ними дружили, – усмехнулся Вяземский. – Они с нами воевали или тихо гадили. У своих берегов мы отобьёмся от кого угодно, а по океану пока плавать не будем. Открою вам маленький секрет. Нам нужно выстоять сейчас, а в недалёком будущем наплюём на злость британцев. И нам будет безразлично, останется у них флот или нет! Поэтому с нами выгодней дружить.
– Если вы усилитесь настолько, что начнёте на всех плевать...
– Не на всех, а на тех, кто этого заслуживает! – возразил Вяземский. – Получив колонии, вы тоже не станете слабее. Вы хорошо знаете нашу историю, Болен? Жаль, почитайте, когда приедете домой. Есть у нас такая особенность – никогда не предавать союзников, даже если это идёт вразрез с нашими собственными интересами.
– А нас к этому подталкиваете!
– У вас союз не по воле, а поневоле! Если бы вы его не заключили в надежде на раздел нашей империи, в Европе полыхала бы война, каких ещё не бывало. И вы прекрасно знаете, что союзники вас боятся и хотят использовать. Мы с вами сцепимся, а они будут наблюдать за этой дракой со стороны, а потом забьют нас, а вам дадут какую-нибудь малость. Вы решили, что справитесь с нами, не потеряв своей силы, и вам не посмеют диктовать условия. Это у вас болезнь, Болен! Мы бьём вас сотни лет, а вы упорно лезете, почему-то считая, что сможете легко справиться с этими русскими. Зря. Прежняя династия немало подгадила, но не подорвала сил государства.
– Я задержусь в Москве на два дня, – сказал немец. – Перед отъездом сообщу, с кем вы будете иметь дело.
* * *
– Нападай! – скомандовал я. – И бей в полную силу.
– Зачем мне убитый муж? – спросила Вера, поправляя ленту на лбу. – Я и сама могу пострадать из-за убийства камергера.
–Размечталась, – ухмыльнулся я. – Ты здорово продвинулась в кун-фу и немного быстрей меня, но в целом намного слабее.
– Ты сам напросился! – сощурив глаза, сказала она. – Теперь держись!
На меня обрушился град ударов руками и ногами, которые я едва успевал блокировать. Пришлось полностью уйти в оборону, и жена этим пользовалась. Она не озаботилась своей защитой, все силы вкладывая в то, чтобы взломать мою. Я даже не пытался контратаковать, только отбивал её удары и несколько чувствительных уже пропустил. Мы кружили по гостиной под азартные возгласы Ольги, которая, когда дело дошло до полноценных схваток, начала интересоваться нашими вечерними тренировками. Ещё бы! Такое бесплатное развлечение. Моя задача осложнялась тем, что Вера могла бить в полную силу, а у меня не было такой возможности. Если бы я начал ломать её силой, на этом наша борьба и закончилась бы, потому что с переломами не занимаются спортом.
– Хватит его избивать, – сказала Ольга Вере. – Видно же, что он слабей. Завтра будете в синяках. И вообще пора заканчивать с этими занятиями, пока ты ещё похожа на женщину.
– А что во мне не так? – спросила жена, прекращая схватку.
– Женщина должна быть слабой, – назидательно сказала сестра. – Она должна походить на серну, а ты похожа на тигрицу! И походка стала какой-то кошачьей. Ты должна привлекать мужчин своей слабостью, рождать желание защитить, а ты в них рождаешь совсем другие чувства. Видела я, как на тебя смотрят мужчины, даже в нашей охране.
– Кто сказал тебе такие глупости? – спросил я. – Или вычитала в одном из своих романов? Много тебе поможет слабость, если попадёшь в беду, а рядом не окажется твоего Сергея. И рожать такой хилой просто опасно. Сильная женщина живёт без неуверенности и страха. Она не только сама не требует защиты, ещё и мужу поможет.
– Постой, – вмешалась жена. – Как понимать твои слова? Мне уже не надеяться на твою защиту? Для того и учил?
– Балда, – сказал я, прижав её к себе. – Я за тебя, не задумываясь, отдам жизнь. Но теперь я спокоен, потому что ты сумеешь за себя постоять. А была бы ты такой дохлой, как сестра, я точно не дожил бы до старости из-за постоянных переживаний.
– Выдумываешь ты всё, – неуверенно сказала Ольга. – Откуда будут неприятности при такой охране? А если не справятся охранники с оружием, много вы сможете с пустыми руками?
– Охрана злоумышленникам не нужна, тем более вооружённая, – возразил я. – Её в первую очередь и положат. А нас убивать нет смысла, нас будут похищать. И к людям, у которых нет оружия, другое отношение. В любом случае лучше что-то знать и уметь, чем быть беспомощным и на кого-то надеяться. Это ещё и здоровье, о чём я уже устал тебе напоминать. Ладно, можешь и дальше оправдывать свою лень. Вера иди первая мыться.
Девушки ушли из гостиной, а я сел в кресло ждать, когда освободится ванная комната. Мысли опять вернулись к утреннему визиту Шувалова. Он в первый раз появился в нашей квартире, вызвав у меня своим появлением чувство тревоги.
– Где можно поговорить? – спросил он. – Разговор важный и нежелательно, чтобы нам кто-нибудь мешал.
– Здесь только жена и мать, – ответил я, – ну и домработница, которая сейчас на кухне. Давайте пройдём в гостиную, а их я предупрежу.
Я отвёл его в гостиную, сообщил женщинам, что у меня гость, и вернулся.
– Вам нужно отсюда уехать, – сказал Пётр Павлович, увидел мою реакцию и усмехнулся. – Не бойтесь, никто не засунет вас в какой-нибудь лагерь. На днях переедете во дворец к императору. У вас уже есть придворный чин, а Веру Николаевну сделают статс-дамой. Это не помешает вашему сочинительству, а развлекать своими песнями можете Двор. Сергей Александрович перейдёт работать в свой департамент, поэтому для него переезд удобен. Ваша сестра пока будет заниматься частным образом, есть там такая возможность.
– Война? – спросил я.
– Война может начаться в любой момент, – ответил он, – хотя мы ожидаем через месяц-два. Император хочет, чтобы, когда это случится, вы были у него под рукой. Он считает, что ваши советы могут быть очень полезны, да и вообще проникся к вам симпатией и всячески это демонстрирует. Для вас его расположение может таить неприятности. Неестественно, когда мужчина в его возрасте тянется к юнцу, а вас воспринимают именно так. Поэтому распространилось уже много самых разных слухов, начиная от его симпатии к вашей жене и заканчивая тем, что вы один из членов нашего Совета. Вспомнили и об обвинении вашей семьи в терроризме, и о вашей мнимой смерти. Было много шума из-за песен, а ещё вышла книга, поэтому в Москве о вас многие болтают. Уже пошли слухи о том, что вы разъезжаете в бронированных машинах с большой охраной. Даже вашу сестру так возят в гимназию и обратно. Это опасно уже сейчас, а когда начнутся военные действия, опасность только возрастёт. Мы хорошо почистили агентуру наших европейских соседей, но они найдут людей. Могут использовать поляков, с которыми у них тесные связи. А для вас, князь, это шанс пробиться на самый верх. Это и мне развязывает руки. Надоело мне вас опекать и нести ответственность.
– Я правильно понял, что вы меня только проинформировали, а моё мнение не принимается в расчёт?
– Правильно поняли, – усмехнулся он. – В этом и моё мнение никого не интересует. Скоро начнётся такое, что многим придётся менять привычную жизнь, просто вам это нужно сделать одним из первых. К завтрашнему дню должны подготовить комнаты, а я обеспечу транспорт и охрану.
Он уехал, а я первым делом отправился к жене.
– Хочу тебя поздравить. С завтрашнего дня будешь одной из статс-дам императрицы. Почему на твоём лице нет радости?