Страница 104 из 122
Действительно, нашим русалкам тоже надоело сидеть в воде, и они решили присоединиться к нам.
– Скучные вы люди! – сказала подошедшая первой Вера. – Загорать можно и в Москве, а такой воды там не будет.
Она легко подняла один из лежаков и поставила его рядом с моим.
– Ещё не вырос рыбий хвост? – спросил я. – Вода замечательная, как и всё здесь, но нельзя же сидеть в ней полдня.
– Я сидела бы, – сказала Александра, устраиваясь на лежак рядом с мужем. – У нас никогда не было такой воды. Даже летом она прохладная и какая-то тёмная, с этой сравнить нельзя. Я отсюда никуда не уезжала бы. Жаль, не взяла краски, а то обязательно нарисовала бы эту красоту!
– Не вылезая из воды, – пошутил я. – Здесь хорошо летом, а в другое время ветрено и море часто штормит. И рисовать море тяжело, это получается не у всех художников.
– Скучно так лежать, – сказала Елена. – Алексей, расскажите ещё что-нибудь о сыщике.
Вера сболтнула о том, как я развлекал семью рассказами о Шерлоке Холмсе, и теперь мне приходилось время от времени развлекать. Им нравилось, а для меня это было довольно утомительно и скучно.
– Давайте отложим на вечер, – сказала жена, которая увидела выражение моего лица и решила помочь. – Под таким солнцем не хочется ничего, даже работать языком. Нескоро нам удастся так отдохнуть. Сколько мы здесь пробудем?
– Если ничего не случится и не вызовут в Москву, то можем отдыхать до конца июля, – сказал Андрей, – или пока не надоест, но вам это не грозит.
– А тебе уже скучно? – спросила Александра.
– Разве можно соскучиться, когда с нами Алексей? – засмеялся он. – Он полон талантов и сюрпризов. Если наскучат развлечения, поговорим о жизни или займёмся политикой.
– Откуда вы столько всего знаете? – спросила меня Александра. – Вы для меня человек-загадка. Юноши в вашем возрасте столько не знают и так себя не ведут. И к вам почему-то у всех серьёзное отношение. Сочинителя песен и книг могут уважать и любить, но отношение будет другим, а с вами даже советуется император. Когда вы со мной говорите, у меня такое чувство, что я говорю с много прожившим человеком.
– Я думаю, что их можно посвятить в твою историю, – сказал мне Андрей. – Дальше нашей семьи это не уйдёт. Если узнают, то не от нас. Ты же уже многим говорил?
– Лично я – не многим, но сколько человек знают в Братстве... – я пожал плечами. – Если собрать всех, наберётся с полсотни. И есть знающие среди инженеров, но таких немного. Я тоже думаю, что можно удовлетворить женское любопытство. Умеете хранить секреты?
– Если скажете никому не говорить, я буду молчать, – пообещала Александра.
– Я тоже не скажу, – добавила Елена.
– Писать родным об этом тоже нельзя, – предупредил я и очень коротко рассказал то, что уже знали их мужья.
Знания обо мне потихоньку расползались, и озвученная цифра в пятьдесят человек, наверное, была занижена в два-три раза. Так что я рисковал не многим, а доверительности в наших отношениях сразу прибавилось. Если учесть, что Александра лет через десять станет императрицей, это было нелишним. Дожить бы ещё до того времени.