Счастливчик Ген

Глава 40

– Как думаешь встречать корабли? – спросил меня Маркус.

– Многое будет зависеть от того, насколько сильно их потрепали моряки. Капитаны говорили, что примыкающая к порту часть берега заболочена, поэтому десант не будут высаживать далеко от порта. Это значит, что его могут заметить и атаковать с кораблей, тем более что один из них будет всё время курсировать вдоль берега, а два других – находиться в готовности к бою. Я приказал капитанам, чтобы не сразу лезли в драку, а дали возможность перебросить с нашего берега на тот как можно больше сил. Две тысячи человек за один заход не перевезёшь, понадобятся два рейса. Очень хочется обойтись без боя и захватить корабли гардейцев и их самих, но они не сдадутся. Если не сможем задержать, то уйдут вверх по течению на свою территорию. Вот что, пошли кого-нибудь к Гласу. Пусть оставят нам три снаряда.

– Сейчас сделаю. А что ты надумал?

– Если у них осталось три или четыре корабля, нам с ними не справиться. Мы не сможем их захватить, а они не отобьют у нас место высадки и всё остальное. Обменяемся ударами, может быть, нанесём им потери, но это и всё. Они смогут уйти, предупредить подкрепление, которое будут сплавлять по реке, и уведут с собой нужные нам корабли. Поэтому предлагаю в таком случае их топить.

– Снарядами? – догадался Маркус.

– Конечно. В отличие от наших, эти взрываются при помощи фитиля. Они не очень тяжёлые, так что два человека поднимут.

– Хочешь зажечь фитиль и забросить такой подарочек на корабль?

– Угадал. Гардейцы должны подойти к самому берегу, и даже с учётом вёсел пристанут сразу три корабля. Но они могут осторожничать, поэтому нужно подстраховаться. Возьмём барабаны с канатом от баллист и установим на берегу так, чтобы не бросались в глаза. Возле каждой баллисты есть канатные растяжки с крючьями для дополнительного крепления. Зацепим ими корабли и, вращая барабаны, подтянем к берегу. Арбалетчики не дадут им поднять носа, а если не сдадутся, забросим на корабли их же снаряды. Не знаю, из чего их сделали, но взрываются сильно, кораблям должно хватить.

– Из малонга их сделали, – объяснил Маркус. – Есть такое дерево, которое отличается необыкновенно прочной древесиной. Прочная она только снаружи, а вот сердцевина мягкая. Её можно выдалбливать или выжигать и получать трубы, которые почти не гниют. Твой план может сработать, нужно только быстро приготовиться. Пойду, распоряжусь насчёт бомб и барабанов. Заодно заберу сюда всех братьев, у кого с собой арбалеты, пусть начинают готовить себе позиции.

Он ушёл, и вскоре берег начал заполняться людьми. Один за другим сюда прикатили и поставили на вкопанные стойки два барабана с канатами, к концам которых привязали железные крючья. Барабаны поставили на границе с лесом, а канаты с крючьями протянули к самой воде. В прибрежных кустах разместили три бомбы и спрятали четырёх крепких мужчин. Братья принялись рыть ямы подальше от реки, чтобы они не наполнялись водой. Одни копали трофейными лопатами, другие относили песок в сторону. Когда перед рассветом появились корабли, укрытия были готовы и приняли в себя сотню арбалетчиков. Столько же их спряталось в лесу.

Услышав скрип уключин и плеск вёсел, я взял огниво и разжёг небольшой костёр рядом с кустами, чтобы под руками был огонь для фитилей. После этого сел на песок и стал ждать. Я решил, что встречу гардейцев первым, но это право пришлось отвоёвывать с боем. И Маркус, и приехавший из лагеря Глас были против того, чтобы я так глупо собой рисковал. И вот теперь я сидел шагах в тридцати от воды и смотрел, как из темноты и стелющегося над водой тумана показались и начали быстро приближаться корабли. Не четыре, а только два. Когда они приблизились, я заметил, что вместо некоторых вёсел торчат обломки, а на корпусе видны подпалины. Прозвучали слова команды, и вёсла замерли, а корабли немного проплыли по инерции и уткнулись в берег. С одного из них спрыгнул здоровенный бородатый мужчина с перевязанной рукой.

– Какой идиот зажёг здесь костёр? – спросил он меня, собираясь загасить ногой пламя. – Вас видно за пару лиг! Где Маджед?

– Не имею ни малейшего понятия, – пожал я плечами. – Эй, уважаемый, я вам говорю! Не трогайте наш костёр, если не хотите получить болт в ногу!

– Да как ты смеешь так со мной разговаривать?! Ты знаешь, кто я такой?

– Понятия не имею. – Я вторично пожал плечами. – Сами скажете на допросе. Вас много на кораблях?

Он остановился, будто наскочил на скалу.

– А ты сам кто такой? И что тут вообще твориться?

– Я принц Ген. Основная часть ваших войск уничтожена, остальные сдались в плен. Машины приведены в негодность, снаряды вывезены. Я готов принять вашу капитуляцию, а если будете валять дурака, взорвём корабли. Советую не двигаться!

Эти слова были сигналом, по которому из укрытий поднялись братья и взяли на прицел и моего собеседника, и палубы обоих кораблей. На них было немало солдат десанта, которые с испугом и изумлением прислушивались к нашему разговору. Двое братьев отложили свои арбалеты, пробежали мимо растерявшегося амбала и забросили крючья на носы кораблей. Тотчас же начали вращаться барабаны, натягивая канаты.

– Все, кто хочет жить, должны оставить оружие на кораблях и выйти на берег с поднятыми руками, – громко сказал я. – Много времени на раздумье дать не могу, потому что устал и хочу спать. Если окажете сопротивление, утыкаем болтами и взорвём эти посудины вашими же снарядами.

Я сделал знак, и из леса показались ещё арбалетчики, а из кустов с бомбами в руках поднялись прятавшиеся там солдаты. Вот тут гардейцев проняло по-настоящему. На палубу со звоном и грохотом посыпалось оружие, а безоружные солдаты и моряки выбирались за борт и, подняв над головой руки, выходили на берег.

– Идите по просеке к бывшему своему лагерю, – сказал я им. – Посидите под охраной до окончания войны, а потом вернём на родину. Раненым окажут помощь, но когда вас отведут в наш лагерь. Если кто-нибудь решит бежать в лес, хорошо подумайте. В лесу долго будет темно, и далеко вы не уйдёте, а брать вас в плен вторично никто не будет. Вы не сможете уйти по берегу или лесом и не дождётесь помощи. Ваш десант с подкреплением будет перехвачен, а других кораблей Гардии здесь долго не будет.

Сдача в плен приняла массовый характер, с каждого борта в воду прыгали десятки людей. Сопротивляться в безнадёжной ситуации не захотел никто. Стоявший рядом со мной бородач тоскливым взглядом обвёл бредущую сдаваться толпу, выругался и швырнул к моим ногам свой меч вместе с поясом.

– Подождите, – остановил я его. – Давайте пойдём вдвоём, заодно познакомимся. Я вам себя назвал, теперь хотелось бы услышать ваше имя.

– Можете радоваться, принц, – мрачно ответил он. – Вы поймали крупную рыбу. Вам выпала честь беседовать с братом короля Гардии, адмиралом Солом Гардом.

– Действительно крупная рыба! – согласился я. – Подберите свой меч, адмирал, не дело, что он валяется на песке. Если дадите мне слово не пытаться бежать и не использовать оружия, можете оставить его у себя. Если нет, я его у вас потом заберу, но до лагеря несите сами.

Он удивлённо на меня посмотрел, но поднял меч и пошёл по просеке рядом со мной.

– Не развеете моего недоумения, Сол? – спросил я. – Не обижаетесь, что я так фамильярно? Можете и меня называть Геном, не обижусь. Вы ведь старше Галида? Как получилось, что на троне сидит он, а не вы?

– Я гадал, о чём вы собираетесь спросить, но не думал, что вопрос будет об этом. Но я отвечу, секрета здесь нет. Я не рождён для трона, и добровольно уступил его брату. Мне неприятны дворцовая суета и интриги придворных. Я с детства мечтал о море, о надутых ветром парусах. Мне снились дальние походы и далёкие острова. Я дрался с пиратами и освобождал красавиц. Одним словом, я был неисправимым романтиком, а таким противопоказан трон.