Счастливчик Ген

– А как, исходя из этого, будем воевать мы? – спросил Глас.

– Хоть кому-то это может показаться подлостью и предательством, но мы пока не будем ничего делать, и сейчас я объясню почему. Нам нужна большая война с Гардией, чтобы раз и навсегда убрать этот гнойник. Один народ, один язык, одна вера и два королевства, которые собачатся двести лет. Пора положить этому конец и объединить страны. Если мы сейчас вмешаемся, например, зайдём на территорию Гардии и воспрепятствуем строительству дороги, то только оттянем начало войны и уже не будем знать, где, когда и какими силами её начнут гардейцы. Ничего хорошего не случится, если мы поддержим Дарна. Он не хочет действовать совместно, и мы только понесём потери. Нам даже не дадут добраться до метателей, обстреляют бомбами и выведут кавалерию. Мы не спасём соседей и сами погибнем без всякой пользы. Я предлагаю следующее. Дождёмся, когда остатки разбитого корпуса Дарна бросятся к Ланишу, и сами атакуем неприятеля, но не позиции метателей, а часть тех сил, которые бросят на нас. Задача – связать их боем и увлечь за собой, устроив притворное бегство. Для тех, кто будет в передних рядах, даём защитную пластину на спину, она должна хорошо помочь от стрел. Отступить с минимальными потерями поможет роща перед холмами. Пехота через неё пройдёт, а вот кавалерия не сможет. А это будет главная ударная сила, которую против нас пошлют, хотя там хватит и пехоты. Но пехота будет осторожничать и ждать, пока кавалерия обогнёт рощу и ударит нас с тыла. Нам нужно одним броском преодолеть зону обстрела, и вывести из-под удара своих людей. А потом отплатим противнику той же монетой. Выбравшуюся из рощи пехоту врага накроем стрельбой стоящих на холмах требюше, а по кавалерии отработают метатели, стоящие слева между холмами. Им хватит одного-двух попаданий, чтобы кони убили и перекалечили половину всадников, а остальных будут ловить в Гардии. Зачистив уцелевших, выдвигаемся к позициям вражеских метателей и атакуем их с целью захватить и уничтожить.

– А обстрел? – спросил кто-то из офицеров Гласа, забыв о субординации.

– Он не так уж страшен, если правильно действовать, – объяснил я. – Запомните, что атаковать нужно не в плотных порядках, а рассыпавшись по полю. И надо держаться дальше друг от друга. Потерь не избежим, но они будут многократно меньше. Снаряды летят не так уж быстро, поэтому многие могут успеть отбежать в сторону. Только при этом нельзя создавать толкотню и мешать товарищам. И не идти, а бежать, тогда не успеют перезарядить метатели. После их уничтожения стараемся сделать то же самое и с лагерем на Лерше и используем моряков, которые ударят с реки. Если у противника останется много сил и он будет нам не по зубам, отходим и ждём войска, которые должен прислать король. Не будем говорить о том, что делать дальше, до этого нужно дожить. Говорю для тех, кому может прийти в голову мысль посетить лагерь гардийцев и поделиться с ними моими мыслями. Хорошо подумайте, стоит ли это делать. Наш лагерь по периметру контролируется братьями ордена, которым дан приказ стрелять в дезертиров отравленными болтами. Орден не использует отравленного оружия против противников, но дезертиры и предатели – это не противники, а мусор. У меня всё. Есть вопросы?

– Где будете лично вы, мой принц? – спросил меня один из молодых офицеров.

– Там, где это будет нужнее, – улыбнувшись, ответил я. – А в атаке на метатели я буду рядом с вами. Ещё вопросы?

Вопросов больше ни у кого не было.

– Раз всем всё ясно, идите к своим людям и объясните им всё, что я вам сейчас сказал, – приказал я. – Обычно солдату не следует знать, зачем ему отдают тот или иной приказ, но сейчас особый случай. Пусть знают, что от их стойкости зависит судьба королевства и их близких. Обратите особое внимание на манёвр отступления, чтобы притворное бегство не превратилось в настоящее, и на защиту от бомб. И предупредите, чтобы не ходили отливать далеко от лагеря, чтобы невзначай не отстрелили причиндалы.

– Рискованный ход – раскрыть свои планы, – заметил Маркус, когда мы вышли из штабного домика, – но ты прав: в предстоящей заварушке это может сильно помочь. Надеюсь, что не будет предателей. Братья – люди опытные, но у лагеря большой периметр, так что проскочить всё-таки можно, и солдаты не могут этого не понимать.

– Если у кого-нибудь получится удрать и сообщить врагу, будем действовать по второму варианту, – сказал я. – Там даже потери будут меньше, правда, и результаты не такие впечатляющие.

В стороне от лагеря что-то закричал часовой. Послышались конский топот и какая-то суета. Через несколько минут к нам привели солдата из корпуса Дарна.

– Ваше высочество! – обратился он ко мне. – Господин генерал приказал передать, что на нашем участке границы со стороны Гардии замечены крупные воинские силы. Наш корпус приведён в боевую готовность!

– Передай генералу мою благодарность, – ответил я. – Мы будем готовы. И ещё хочу сказать не для генерала, а для тебя и твоих товарищей. Если вас пошлют отбивать вражеские метатели, не идите колонной, а старайтесь держаться дальше друг от друга. Они будут стрелять не камнями, а снарядами, которые при падении со страшным грохотом разрываются на части, убивая и калеча своими осколками. Надо быстрее преодолеть зону обстрела, тогда можете уцелеть. И учтите, что в засаде может быть конница. Если придётся отступать, держитесь группами, побежите – вырежут всех. Понял?

– Понял, мой принц! – по-военному ответил он. – Непременно передам парням. Спасибо вам за заботу!

– Разве это не противоречит твоим планам? – спросил Маркус.

– Нет. Их обязательно погонят на метатели. Может, с моей подсказкой хоть кто-то сможет уцелеть.

– Ладно, не трави себя. Ты и так сделал всё, что в человеческих силах. Идём спать. Вряд ли нам удастся выспаться завтра.