Жених

– Большее, чем ты думаешь. Теперь ты наследница и можешь возводить любого в графское достоинство. Я думаю, что ты не откажешь в этом барону Феду. Там, куда он должен выйти, верховодят графы с графинями, которым будет трудно признать ровней какого-то барона. А нужно чтобы не только признали, но и подчинились! Тебе придётся объявить себя королевой. Не злись: ты не будешь править. Назначишь графа Феда своим наместником, пусть он вкалывает, а мы будем помогать.

– Сейчас составлю, – согласилась она, встала из-за компьютера и пошла писать бумаги. Как и Марла, тоже скрепила написанное магической печатью.

– А для чего целых три? – не понял Игорь. – Это твоё заявление на королевский титул, это графская грамота...

– Читай, читай, – с усмешкой сказала жена. – Сам это затеял, сам и занимайся! Надо составить тебе печать, а пока пусть будет так! Ты отправишь один экземпляр Фёдору? Тогда я позже напишу ещё раз. Ты уже не принц-консорт, а первый за две с лишним тысячи лет король нашего клана! А теперь не мешай: я хочу досмотреть фильм.

Забрав у неё бумаги, Игорь вернулся в гостиную, где на диване с книгой в руках лежала Дарша.

– Можете поздравить меня с повышением, – сказал он няньке и в ответ на её вопросительный взгляд отдал бумаги, кроме графской грамоты Фёдора.

К удивлению Игоря, как только она прочитала, тут же вскочила с дивана и опустилась на колени.

– Прекратите немедленно! – смущённо приказал он, обнял женщину за плечи и насильно поднял на ноги.

– Извините, ваше величество! – сказала она. – Я осмелилась лежать в вашем присутствии...

– Вот что, Дарша! – сердито оборвал Игорь её извинения. – Ещё раз услышу, что назовете величеством, смертельно обижусь и отправлю в посёлок, а сюда возьму кого-нибудь из магов! Уж вы-то должны понимать цену этому титулу. Король я не для вас, а для тех эльфов, которые скоро начнут умирать от голода и резать друг другу глотки из-за борьбы ваших графов за власть. Но сам я там покажусь только один раз, а править будет Фёдор, которого сделали графом и сделаем наместником. И перестаньте вы кланяться! Каким я был, таким я и остался, а это всего лишь бумага!