Страница 32 из 100
— «Думаю пора отправлять скверха в турбину, а то эти болваны в зале ещё в ладоши хлопать начнут». — Когда должна была последовать следующая порция слащавых речей, я постучал пальцем по микрофону. — К-хм… Князь Григорий, мне безусловно приятно всё это слышать, но вы меня, должно быть, неправильно поняли. О проявлении великодушия с моей стороны не идёт никакой речи. Должно быть, вас ввело в заблуждение моё прошение, что я направил Великому князю. Более того, я пригласил вас не для того, чтобы выслушивать извинения, которые мне вовсе не нужны. Приглашая вас сюда, мне хотелось, чтобы почтенные князья посмотрели на того, кто без труда может оболгать честного человека, кто не задумываясь использует своё должностное положение в личных целях, кто занимался сокрытием следов преступления, кто совершил преступление против чести и достоинства уважаемого рода, и на того, кто напрочь позабыл о княжеском благородстве… Уважаемые князья, я обращаюсь к каждому из вас, — тон моего голоса взлетел вверх, чтобы поддать «огонька» в мою, теперь уже «погребальную» речь. — Хотелось бы поделиться с вами своим личным мнением. Я считаю, что такой человек, как Григорий Драгунов, не только недостоин занимать должность верховного прокурора Петрограда, но и носить княжеский титул. Кто считает иначе, и желает возразить, на секунду допустите мысль о том, что на моём месте могли бы оказаться вы.
Выдержав небольшую паузу, пробежавшись по озабоченным лицам заседателей, брезгливо взглянув на позеленевшего от злобы Григория, который мог бы составить конкуренцию «Урук-Стасу», я вручил распорядителю следующую порцию материалов для моего доклада.
— Взгляните на экран, почтенные главы княжеских родов. Это претензия, где в письменной форме зафиксированы требования уважаемого рода Мышкиных, к княжескому роду Драгуновых. Князь Григорий, несколько минут назад говорил, цитирую:
— Я… — Григорий широко открытыми глазами ещё раз отрывисто взглянул на претензию, содержащую всего два пункта. — Отказаться от занимаемой должности и княжеского титула? Да, что ты себе… Я не буду этого делать!
— Взгляните господа, этот тот случай, когда лицемерие рвётся наружу, как его не пытайся скрыть… — В очередной раз припечатав прокурора, мой взгляд обвёл зал. — Что ж… Подобный исход был вполне ожидаемым. Раз так, то… Распорядитель, можно следующий документ. По окончанию заседания зафиксируйте его пожалуйста, с отметкой об ознакомлении. — Холодно сказав это, я повернулся к опешившему от такого развития Драгунову. — Это ультиматум, князь. У вас пятнадцать дней на то, чтобы привести свои дела в порядок, и исполнить требования рода Мышкиных. В случае их невыполнения, с нашей стороны последует незамедлительное объявление войны роду Драгуновых. Но даже в этом случае, наш род оставляет за вами право довоенного урегулирования конфликта, путём принятия официального вызова на княжескую дуэль. Не мне вам рассказывать, что ваш отказ будет означать потерю княжеского титула.
— Гхмм…Я хотел бы обратиться к главе рода Мышкиных. — Через десяток секунд молчания неожиданно сказал Григорий, и видя, что его слова услышаны моим предком, заговорил. — Ставр, сейчас обращаюсь к тебе, не как к князю, а как к отцу. Вразуми своего сына….
— Не вижу в этом необходимости. — Тут же прервал Драгунова мой предок. — Как исполняющий обязанности главы рода Мышкиных, Станислав корректно донёс наши требования до совета князей и до тебя, Григорий.
— Чуть не забыл! — Картинно всплеснув руками, понимая, что разговор глав родов окончен, решил докинуть ещё парочку камней в мешок тонущего Драгунова. — С завтрашнего дня, на время разрешения нашего родового конфликта вы, князь Григорий освобождены от исполнения должностных обязанностей, и на вас начнёт действовать запрет на перемещение. Но вы бы и сами узнали об этом завтра из писем… У меня всё. Теперь вам решать.
Одними из первых мы со Ставром покинули зал, чтобы избежать «светских» расспросов других представителей княжеских родов. Урывками переговариваясь с отцом, мы уже миновали коридор, выйдя в зону ожидания, за которой лежал центральный выход из Петроградской ратуши.
Пока мы проходили между длинными рядами скамеек, произошло нечто неожиданное, от чего я дёрнулся, сбившись с шага.
— «Красиво ты уделал его». — Донёсся до моего слуха девичий приятный голос, а я закрутил головой, пытаясь найти источник звука, вот только скамейки по обеим сторонам от меня пустовали.
— Сын, что-то не так? — Обеспокоенно спросил Ставр, так же, как и я начав осматриваться по сторонам. — Давай поторопимся, иначе придёт беседовать со всеми «доброжелателями».
— «Магия» — Тут же смекнул я, и пробежавшись окулусом по оставленному шлейфу, который привёл меня к массивным дверям выхода, встретился взглядом с девушкой приблизительно моего возраста.
Незнакомка была блондинкой. Цвет глаз из-за расстояния больше двадцати метров точно определить не получалось, но точно какой-то из светлых оттенков. По мере моего приближения деталей внешности начало становиться больше. Глаза оказались голубыми, а девушка вполне не дурна собой. Высокие подтянутые скулы, не широкий и не длинный нос, чувственные губы, лёгкий, немного острый подбородок.
Больше ничего запомнить не удалось. Незнакомка не став дожидаться моего приближения, загадочно улыбнувшись, повернулась к дверям, явственно демонстрируя, что собирается уйти.
— «Ещё увидимся» — Прозвучал бархатистый голос у меня в ушах, когда девушка зашевелила губами. — «Держись. Надеюсь ты с ними справишься. Собрала всех, кого смогла».
Сначала слова незнакомой магички показались мне довольно странными, но всю обрело смысл, когда двери главного входа распахнулись. В фойе ратуши живой рекой хлынули репортёры, а незнакомка скользнув в толпу, бесследно исчезла….
— «Вот же сучка белобрысая…» — Мелькнула в голове мысль перед тем, как мне в лицо уткнулось больше десятка микрофонов, а со всех сторон, как скороговорки, посыпались вопросы….