Д'ХарианскаяЭпопея.

Спустя два часа после моего прилета, мы были готовы выступать.

Протрубили сигнал для атаки, и ввысь поднялись мои драконы. Они пока что просто кружили над городом, не сжигая его. Лишь пугая и отвлекая народ, что за крепостной стеной. Несколько стрелометов пытались задеть моих драконов, но те лишь в ответ поливали вышки и крепостные стены огнем, сжигая людей. А затем, как оказалось, Рис дал команду остальным сжечь все стрелометы и катапульты с северной и южной части города. За ночь кто-то все-таки из командования обороной додумался выкатить несколько таких для усиления гарнизона.

Я пробирался по подземному тайному ходу с полутысячей человек. Переброска будет долгой, но заклинание «Огненной цепи» скрыло нас от вражеского глаза. Да и Варис позаботился, чтобы в той зоне, где мы бы вышли на улицы, не было стражников или много людей. Хотя при такой панике, которую развел Рис по моему указанию и суматохе на стенах, нас бы и так не заметили.

Когда я одним из первых вышел на свет из тайного хода, то со стороны порта и юга города послышался жуткий шум. Это был дикий огонь. Теперь приличная часть города полыхает изумрудным пламенем. Сейчас тем более нас не особо заметят. Мы ведь вышли рядом с Драконьими вратами.

Время шло, и мои воины почти полностью вышли и приготовились к следующему этапу нашего пути. Я к тому времени подключался к Ночному Кошмару и смотрел на город его глазами. Пламя уже потушили в припортовой зоне и частично на юге. Это случилось благодаря моим войскам и мелким магам, что мне служат. Там стена частично и врата перестали существовать. Поэтому войско Риса уже шло в наступление. Кое-как собравшиеся с духом защитники в лице сборной армии Ланнистеров, Старков и Талли пытались перебросить резерв туда и остановить продвижение войск с юга.

В этот же момент десант Матиса уже стал высаживаться со стороны моря. А Дейнерис и Элис на своих драконах стали рушить оставшиеся целые врата. После последних павших Драконьих врат, все мое войско двинулось в город. А я с полутысячей солдат пошел неспешно на Красный замок. Нам на пути, конечно, встречались самые отчаянные в лицах воинов северян и западников. Но их было мало, и они быстро слегали под градом стрел моих лучников или же мечей воинов.

Очень скоро мы оказались у врат Красного замка. Нас попытались отчаянно засыпать стрелами, но я поставил щит, и они нам были не страшны.

С западной стороны к нам спешила сотня всадников на ящерах во главе с Боросом.

— Ваше Величество. — Пробасил великан. — Наши войска вступают в город. Защитники пытаются препятствовать. Но их сопротивление скоро будет сломлено, они уже понимают, что проиграли и ничего не могут поделать, кроме как умереть. Генерал Мириам уже заняла со своей армией треть города. Но она говорит, что еще сутки или двое ожидаются столкновения с партизанами и бандами.

— Это не важно. — махнул я рукой, устремив свой взгляд наверх. — Есть свободный ящер?

— Да. — кивнул он. — Привести.

Через несколько секунд из толпы был выведен еще одно такое «чудо», и я его оседлал.

Они замечательно лазают по стенам. Это проверено уже не единожды. Их когти хорошо входят в твердую почву, хотя от этого и медленно перелезают. И при этом главное — держаться, иначе рискуешь свалиться вниз. Можно было бы, конечно, и использовать магию. Но зачем мне вновь перенапрягаться? К тому же мне нравятся эти ящеры. Больше меня их любит только Борос. Возможно, это связано с тем, что только это животное способно выдерживать вес моего телохранителя с его полным доспехом и оружием.

Мы вылезли на стены, но не застали ни одного защитника, готового к бою. Большинство убежали, а те, что остались, побросали оружие.

Мы открыли врата для остальных дхарианцев и вошли уже Западный двор, место, где обычно собирались рыцари и их оруженосцы, чтобы потренироваться во владении мечом.

Мои люди стали захватывать Палату Малого Совета, Кухоный замок, Кухни, Великий Чертог, Богорощу, Арсенал, Псарни, Конюшни. В этом им помогали подоспевший батальон легионеров и отряд Морд-Сит.

Сопротивления почти не было. А если оно и встречалось, то жестко и быстро давилось. Наверное, самое большое сопротивление было со стороны оставшихся королевских гвардейцев и сотни рыцарей, что пытались нас не пустить в Твердыню Мейгора, где, как сообщил подоспевший ко мне Варис Блекфайер, находились Робб Старк, Киван Ланнистер, Серсея со своими детьми, а также другие высокопоставленные лорды.

На Западном и Восточном дворе приземлились Рис, Эйгон, леди Лианна, моя тетка, мать и сын.

Мы прошли сначала в Тронный зал, где я воссел на Железный трон и слушал доклады своих командиров и ближних сторонников.

Несколько раз к нам посылали переговорщиков, пытались договориться о «почетной сдачи Красного замка с правом выйти безопасно из города со всей семьей и людьми, что им служат». Я долго смеялся на это заявление вместе с частью моего Малого Совета и семьей, но отсылал переговорщика назад лишь с одним ультиматумом — сдаться полностью и без оговорок. В ином случае я им не обещаю даже быстрой смерти, если захочу убить кого-то, и достойных похорон.

Как итог, спустя час после безрезультатного ожидания Рис вместе с Мириам повел легионеров на штурм Твердыни Мейгора.

Мне не хотелось портить драконьим пламенем это хорошее строение. Ведь красный замок я хотел оставить в целостности, поэтому драконы только пугали своим присутствием защитников. И что вы думали? Это их напугало до такой степени, что лорд Слинт, командующий золотыми плащами, предал своих бывших хозяев и с несколькими офицерами городской стражи открыл нам двери без штурма в Твердыню Мейгора.

Мои бравые воины действовали очень быстро, и поэтому никто не смог оказать достойное сопротивление. Погибло лишь семеро моих легионеров и Рис по глупости попал под горячую руку Мириам, которая сцепилась с Молодым Волком, сиром Бринденом Талли, Дэймоном Сэндом и Стаффордом Ланнистером. Стаффорд был убит. Дэймон потерял обе руки. А сир Бринден Талли был сильно изранен, но выжил. Что касалось Робба Старка, то тот позорно слил бой в первые же его секунды — Мириам просто его вырубила латной перчаткой, и у того осталась огромная шишка на лбу.

К несчастью, я так и не получил Томмена Баратеона, вернее, Ланнистера живым. Его мать решила «уберечь» себя и детей от «жуткой участи» в нашем плену и замыслила отравиться. Ее и дочь откачал Рис, но вот мальца он спасти не успел. Впрочем, не так уж и страшно.

Я все это время наблюдал с разных ракурсов за происходящим в Твердыне с помощью магии. А затем ожидал, когда ко мне приведут всех этих господ.

Так и случилось. Привели и поставили на колени всех, кого нашли. Рядом со мной стояли: мои телохранители, Морд-Сит, немногочисленные члены семьи и Малый Совет, опять-таки в урезанном виде, хотя так же присутствовал Варис, как новый мастер над шептунами. По обе стороны от пленных стояли по струнке легионеры, готовые в случае чего защитить своего императора. А кроме этого на улице дожидались приказа еще сотня тяжелой пехоты.

Я восседал на Железном троне, закинув одну ногу за другую, а на них положив свой меч, испачканный кровью моих жертв. Да и сам я был довольно в «непрезентабельном виде», а именно в крови и сажи от пожаров города.

Они молчали, как и я. Мне некуда было спешить, поэтому я осматривал всю эту достопочтимую публику.

Из Дорна здесь присутствовали почему-то Элария Сэнд, моя сводная сестра Тиена, которая хоть и пыталась из себя строить милую девочку, но я-то знал, что это именно она двоих моих легионеров убила. Затем было пару каких-то рыцарей и слуг.

Следом шли просторцы в виде щупленькой старушки Королевы Шипов Олейны Тирелл, ее внучки, теперь вновь уже вдовствующей королевы Маргери, кучи ее фрейлин, половина из которых носят фамилию Тирелл, пара израненных рыцарей и оруженосцев, несколько слуг.