Мийол-ученик 2

Базилар 9: опыты с магоклонами

Уже полученные первичные данные экспериментов… озадачивали, так скажем.

Рассуждения Мийола выглядели просто и логично, даром что Ригар не раз предостерегал его от принятия «простых и логичных предположений» за истину без испытаний и подтверждений на практике. С другой стороны, эти самые рассуждения как раз и явились итогом личного опыта.

Итак, магоклон.

С одной стороны — это бурдюк с маной, вроде как не обладающий никакими собственными свойствами, кроме свойств скопированного призывом Атрибута (извините, сигила): скрытность, связанность, расширение, управление. Ну и внешнего подобия катализатору, то есть магу. С другой стороны, Мийол успешно ретранслировал через магоклонов — и после эволюции ещё успешнее, что не могло не радовать — даже совершенно не связанные с магией способности.

Среди четвёрки свойств ни одно не относилось к, например, комплексным моторным навыкам, позволяющим писать. Или не менее сложным сенсорным, позволяющим распознавать печатный и рукописный текст.

По идее, за неимением полноценных глаз, нервных путей и затылочных долей мозга, а также интерпретирующих поставляемую картинку лобных долей — да, Ригар просветил, насколько сложные процессы стоят за всем этим у живых существ, а Луцес позднее подтвердил, добавив специализированных сведений о взаимодействии плоти и души — магоклон просто не должен решать сложную когнитивную задачу, описываемую коротким словом «чтение».

Однако решает. Таков данный в ощущениях факт.

Единственным разумным предположением, способным разрешить видимое противоречие, стала гипотеза ретрансляции. Да, магоклон не может читать сам по себе. Это призыватель читает, пользуясь им как хостом (ещё один из подкинутых Ригаром терминов) подходящей формы и качества. Нагрузка ложится не на (отсутствующие) органы магоклона, а на мага. На его тело, если точнее. Именно поэтому оперировать потоками внимания-воли более чем в трёх оболочках разом — по крайней мере, долгое время — Мийолу не удавалось до сих пор: у контролируемого схизиса, даже подкреплённого гибкими чарами, всё равно есть определённые пределы.

Ничего не попишешь: физиология.

Все простые опыты, позволяющие испытать пределы доступного, призыватель со своими магоклонами проделал уже давно, ещё экспертом. Как и следовало ожидать, изрядная часть тех лимитов, которые связывали частично овеществлённую магию, находилась прямиком у него в голове. И лимиты эти он благополучно раздвигал, опираясь на одну-единственную аксиому.

Магоклон суть плотная иллюзия — поэтому его нельзя ранить, лишь развеять! И магоклон вполне успешно (и бескровно) переживает травматическую ампутацию конечностей, тотчас же — за секунду и менее — отращивая эти самые конечности, взамен утерянным и рассеявшимся облачками маны. Ценой заметной, но посильной траты запаса вложенной энергии.

(Кстати, голова тоже считается за вполне восстановимую «конечность», разве что стоит чуть «дороже» руки целиком. Но «дешевле» целой ноги. Это вопрос объёма энергии, утраченной вместе с частью иллюзорного тела, не более).

Магоклон суть плотная иллюзия — поэтому он не обязан весить столько же, сколько его оригинал! И магоклон преспокойно прыгает на высоту десятка локтей с места, ходит не по газону, а по траве над газоном, лишь чуть пригибая её, скачет по поверхности воды, словно воздушный шарик. Или же ровно наоборот: превращается в аналог цельнокаменной статуи, давя на весы, словно двадцатипудовый груз — и даже ещё сильнее.

(Правда, такие игры с весом оплачивались дополнительной маной по достаточно суровому ценнику — и чем сильнее отклонение от нормы, тем выше выходили траты).

Магоклон суть плотная иллюзия — поэтому он может быть быстрее и сильнее существа из плоти и крови! И двойник успешно повторяет достижения, привычные скорее для Воинов этак третьего-четвёртого ранга…

(После обучения у мэтра Кемвата, пожалуй, и на пик пятого ранга можно выйти… а потом двинуться ещё дальше… только не очень долго и легко, потому что сверхскорость и сверхсила, конечно, тоже требуют повышенных трат маны. Единственное качество Воинов, которое ну никак не выходит скопировать в связке с остальными, а только отдельно — сверхвыносливость).

Магоклон суть плотная иллюзия — поэтому он может менять размеры и форму! И меняет, если постараться и опять-таки затратить ману дополнительно, пропорционально изменениям.

(Хотя вот тут полноценные, даже порой изумительные успехи оказались достижимы лишь после эволюции до четвёртого уровня. Ну да предсказать, что новое свойство управления повысит диапазон достижимого, мог бы даже ребёнок).

К моменту прилёта в Лагор Мийол на практике доказал, что может сжать магоклона до габаритов ребёнка лет пяти — правда, с сохранением вполне взрослых пропорций; увеличить его вдвое, превращая в настоящего великана; поменять оттенки кожи, глаз и волос, черты лица, пропорции фигуры; состарить или омолодить внешность своей копии — что, кстати, по какой-то причине давалось проще всего; замаскировать черты шрамами, родимыми пятнами, ожогами…

А ещё он начал подбирать ключики к более радикальным трансформам. Удлинить ногти на руке, заодно превращая их в когти — полноценное колющее оружие? Придать руке свойства камня — его прочность, тяжесть, внешний вид? Обратить кожу этаким ртутным зеркалом? Создать в середине груди дыру? Отрастить на лбу третий глаз? Всё это и многое другое, пусть не сразу и не без сложностей, покорялось призывателю — снова спасибо управлению.

Такие изменения, как по отдельности, так и вместе, требовали не только и даже не столько дополнительной маны — они ещё отъедали изрядную долю концентрации. Полноценно управлять магоклоном с серьёзно откорректированной внешностью или корректировать её на лету удавалось лишь в том случае, если этот клон не занимался ничем серьёзным.

То есть до боевого применения эти трюки не дотягивали даже в первом приближении.

И вся эта чисто косметическая лабуда бледнела на фоне иной перспективы: трансформы податливой псевдоплоти магоклона с созданием рунных зачарований — как при Призыве Подобия Артефакта. Пока что максимум, которого удавалось достичь Мийолу на достаточно долгий срок и без полного сосредоточения — всё та же локальная трансформа ладони в клинок, как бы вырезанный из каменной сосны и с оттиснутой на нём руной Острота. В точности как на его старом свежевальном ноже или ином подобном инструменте.