Мийол-ученик 2

— Сделаю… адвансар.

В это обращение Мийол даже против воли вложил многое. Возможно, слишком.

Признание чужого главенства, старшинства и авторитета. То самое, что он ранее посмел игнорировать и о чём ему закономерно напомнили.

Обещание исполнить пусть не прямой, выраженный в форме пожелания, но всё-таки ясный и недвусмысленный приказ.

Сожаление. Да, высокий статус, пиковое достижение, для многих недоступное, но… едва ли становление адвансаром сделало мэтра Никасси счастливой. Просто потому, что адвансар — это внешний титул… а она не походила на гоняющихся за миражами успеха.

Обида. Простая человеческая обида за отвергнутые намерения. Слабая, подавленная волей и рефлексией, но не исчезнувшая без следа — и прорвавшаяся из-под спуда.

Более ни хозяйка, ни уходящий гость не сказали ничего.

…потекли патокой дни, когда отложивший все планы Мийол тратил основные силы и почти всё время на практику конденсомантии. Превратил сам себя в придаток к мистической печи и этакий конвейер по созданию пилюль третьего класса. Для кого другого подобный марафон был бы попросту невозможен — но сигил восстанавливал ему резерв со скоростью, ощутимо выходящей за рамки доступного обычным подмастерьям; в сущности, установленная безопасная скорость ассимиляции Природной Силы позволяла ему потратить, восстановить и снова потратить даже свой возросший подмастерский резерв за сутки! Так что бдения в лаборатории, отнимающие когда половину суток, а когда и немного больше — часов по пятнадцать-шестнадцать — выматывали больше морально, чем магически.

Впрочем, метод борьбы с моральной усталостью молодой маг выучил давным-давно. Как ещё Ригар говаривал: «Лучший отдых — смена деятельности».

Да и не всё же время он тратил исключительно на конденсомантию! Такое ему выдержать не помог бы никакой сигил. Ну, без вреда для здоровья не помог. Работа с нормальной (то есть гномьей работы, унаследованной от Щетины и привезённой Васькой на яхте) мистической печью шла быстрее и легче, позволяя тратить меньше маны на лучший результат. На практике это означало, что Мийол мог отвердить за час не две пилюли третьего класса, а три, и что полный резерв улетал — при непрерывной работе — не за четыре-пять часов, а за шесть-семь.

Итого там, где обычный алхимик его уровня с рядовым артефактом выдавал десяток пилюль, владелец гномьего инструмента делал почти вдвое больше.

А ведь это ещё не учитывало сигил, ускоряющий восстановление маны…

Который тоже удваивал количество производимых пилюль, позволяя работать буквально за четверых. Ну, если речь о базиларах-подмастерьях-новичках. Потому что те, кто не новички, тоже пользовались гномьими мистическими печами, да и работать могли — просто за счёт опыта — быстрее, дольше и экономнее. Другое дело, что Мийол-то своего потолка как конденсомант ещё не ощущал даже в первом приближении. Да и конфигурацию чар в ауре не оптимизировал, работая с тем, что есть: Усиленным Призывом Существа (потому что магоклоны), Улучшенным Контролем Восприятия и Ускорением Магических Действий.

Да, он собирался подобрать завершённое подмастерское заклинание на замену последним двум… но с текущим распорядком на это просто не оставалось времени. Потому что гравирование завершённого заклинания пятого уровня, как он подозревал, займёт как бы не половину дня, даже при полной отдаче. А потом ведь его эффект ещё надо будет оценить, и далеко не факт, что это самое заклинание удастся подобрать с первого захода…

Нет. Это уже потом.

В итоге установившееся расписание дня выглядело примерно так. После завтрака — лёгкая разминка и конденсомантия, потом подготовка ингредиентов, перерыв на поесть-попить, снова конденсомантия, перерыв на чисто физические тренировки, который скорее отдых, совмещённый с подвижной медитацией, после помыться и поесть-попить, опять конденсомантия, поесть-попить, ещё немного подготовки ингредиентов или каких-нибудь иных дел, включая короткий дежурный секс (или без оного: у подруг тоже хватало своих дел), сон.

А потом всё по кругу.

Ну, так выглядело расписание в нечётные дни, потому что в чётные Мийол, разумеется, по уже привычному распорядку отправлялся к мэтру Кемвату. Где его уже признали освоившим основы — то бишь Усиление и Чуткость, поддерживаемые без перерывов — и начали гонять по основам танцевальных па. Наконец-то!

…однако призыватель не собирался отдавать жизнь на откуп рутине полностью. Никасси запретила ему эксперименты с Призывом Подобия Артефакта? Что ж, этот запрет он нарушать не собирался. Но ему было доступно иное заклинание, создающее плотные иллюзии. Да-да, снова Усиленный Призыв Существа и магоклоны. Конечно, сами по себе приобрести подобие живого они бы не смогли — не те чары, совсем не те… да и процесс уподобления, когда речь не о предмете, а о существе, явно таил дополнительные сложности… но что с того?

Как минимум два направления разработать Мийол собирался уже давно. Просто образ жизни не подходил, а тут все условия подобрались — нельзя не попробовать!

Первое: наблюдение за длительно — не часы и даже не дни, а месяцы — существующим призывом. Меняется ли в нём, в его динамической структуре, со временем… нечто? То есть и так понятно, что меняется, но именно долговременные изменения, сродни тем, что накапливаются в объектах, созданных Призывом Подобия Артефакта — каковы?

Второе: влияние на плотную иллюзию материи.

Последний проект выходил куда масштабнее и сложнее, чем всё, чем призыватель ранее занимался. Более того: он выходил далеко за рамки его знаний и компетенций. Но не сам ли он внушал Луцесу, что-де «только ставя перед собой задачи, которые ощутимо превышают текущий уровень компетентности, маг может расти в знаниях и силе… и в возможностях. Одним только повторением уже изученного горизонты не раздвинуть»?

Он.

Так что грешно было бы не следовать собственному совету — то есть ригарову, но раз уж полностью согласен со сказанным и уже успел ретранслировать мудрость дальше, то собственному тоже. Хотя бы немножко, краешком.

Так вот, о влиянии материи.

Мийол взялся постоянно держать в реальности аж четверых магоклонов. Не управлять ими разом, нет — именно поддерживать. Учитывая, что пара из набора пребывала пассивной, траты выходили вполне посильными (чуть больше сотни условных единиц в сутки на каждого на фоне его скорости восстановления проходили по разряду «ай, мелочи!»).