Страница 18 из 20
Жахнуло так, что я слегка оглох. Вокруг меня полыхнуло, световой кокон окутал с ног до головы, и если бы не силовое поле — на землю свалился бы обугленный скелет с пригоревшими к нему кусками мяса. А может меня бы просто разнесло на куски.
Второй файрболл еще только вылетел с ладони мага, стоявшего между домами, когда я запустил два своих — сразу с правой и левой руки. А потом еще два, и еще! Запаса моей силы хватало на сотни таких снарядов, и подзарядка шла непрерывно. Я переключился в режим боевой магии, и каким-то образом подключился к плещущемуся океану Силы, подтягивая ее к себе через толстый канат-«шланг» и распределяя по всему организму.
Файрболл, пущенный чужим магом и в этот раз не причинил мне никакого вреда, расползшись по силовому полю так же, как и первый. А вот мои файрболлы достигли цели и разнесли мага даже не на молекулы — на атомы. Он испарился, оставив после себя неглубокую воронку и закопченные стены домов, из окон которых выглядывали испуганные люди.
В меня полетели стрелы и болты, и я перестроил силовое поле. Теперь оно спокойно отражало дождь стрел, которые вонзались в землю позади, огибая меня, рикошетом отражаясь от магического барьера. Когда стрельба почти стихла, я спокойно пошел вперед, стараясь не упустить силовое поле. Одна стрела, и моя магия не будет стоить и ломаного гроша. Стрела в голову — и я покойник.
А шел я к капитану. Мне вдруг пришла в голову мысль захватить его, используя как заложника — пускай отдаст приказ остановить бойню. Один человек — это еще ничего, но когда погибнет сотня…
— ААА!
Удар меча я принял на поле, которое даже слегка заискрилось — такой силы был этот самый рубящий удар. Сильна, скотина! И как это Сонька с ней справилась? Впрочем — тут важна скорость, масса и сила еще не все. А Сонька невероятно быстра — она уже умеет ускоряться, как и положено сильному магу. Я быстрее ее, но в сравнении с обычным человеком — Соня просто Терминатор. То-то девчонки не смогли с ней справиться…
Это была та самая баба, Гвинера, которую Сонька нормально превратила в отбивную. Здоровенькая…почти. Только следы от фингалов, уже почти рассосавшиеся. Ну а что — если есть маг-целитель, почему бы не зарастить переломы и полечить отбитые внутренности? Пусть скажет спасибо, что не зарубили. Сонька это может на-раз.
Гляди-ка, что делает…знает ведь, как преодолевать силовую защиту! Теперь не рубит, теперь колет — медленно двигающийся меч проходит через силовое поле. Если бы так не было — маг просто задохнется. Ведь через сплошное силовое поле не проходит воздух. Поле срабатывает только тогда, когда в него врезается предмет, движущийся со скоростью выше, чем положено.
Ладно! Держись тогда! Уворачиваюсь от клинка, пропуская его у левого бока, снимаю защиту и выхватывая меч, сходу бью им по голове нападавшей. Плашмя! Глухой удар, смешанный со звоном, хруст — наверное череп раздробил, перестарался (слишком шибко рассердился!), и воительница падает на меня как подрубленное дерево. Я подхватываю ее на плечо и волоку в трактир, снова устанавливая защиту от стрел. Но наверное напрасно ставлю — никто не стреляет, наверное боятся попасть в пленницу.
Почему я ударил ее плашмя — сам не знаю. Повернул клинок в самый последний момент, повинуясь мелькнувшей в голове мысли. Какой? А вот какой: эта тупая здоровенная тварь точно знает, кто убил командиров. А если не знает — узнает. Главное — подчинить ее сознание, а это я умею.
Дверь захлопнулась за моей спиной, и тут же в нее вонзились несколько стрел. Зачем? Большой вопрос. Как можно мне навредить, превратив дверь в дикобраза? Вероятно от полноты чувств постреляли, и это доказывает тот факт, что больше никто не стрелял.
Ну а я сбросил тушу на пол (амазонка, черт подери! В ней под сотню кило веса!), и тут же занялся связыванием торчащего рядом призрака зловредной бабы, а потом — лечением ее носителя. То бишь — изукрашенного кучей шрамов тела Гвинеры.
Моя шайка все это время стояла рядом, не задавая никаких вопросов. Все с мечами в руках — кроме бабушки. Лера, кстати, тоже с мечом — непонятно только где его взяла. У девчонок, наверное, запасной. Я не стал ничего рассказывать, дождался, когда вылеченная и заново заряженная душой бабища зашевелилась и открыла глаза, и строго приказал глядя в лицо этой валькирии:
— Никого из моих людей не трогать. Все они — друзья. А теперь рассказывай — что знаешь об убийстве командиров?
— Я их убила — проворчала Гвинера, одним стремительным движением поднимаясь на ноги.
— Ты?! — искренне удивился я, хотя что-то подобное подозревал. Но я думал что убийц было несколько!
— Зачем ты их убила? Как так вышло? — слегка опомнившись, спросил я.
— Я видела, как ты ходил к командиру. А я пошла следом. Хотела, чтобы он разрешил вас убить — вы же ворки, враги! Все ворки враги, их надо убивать везде, где только можно достать. С ворками нельзя вести переговоры, они не соблюдают договоров. Они мучают наших людей! Их надо вырезать — всех, до одного! Но командир отказался, и сказал, что выпорет меня за создание беспорядка. Я ударила его. Он упал. Рядом были заместители командира — я ударила их. А потом перерезала им глотки. И часового убила — он вошел, когда я добивала. Потом дождалась, когда вы уйдете из лагеря и легла спать. Утром нашли трупы, а я припомнила, что последним из палатки выходил ворк. Новый командир расспросил людей, и все как один сказали, что последним заходил ворк. Меня у палатки никто не видел — я умею скрываться. Свидетелей нет. Потом командир собрал отряд в погоню за вами — я вызвалась поехать, отомстить за наших командиров. Вот и все, что могу рассказать.
— А как нашли нас?
— А что там искать? — пожала плечами Гвинера — следов полно, а мы все следопыты, пограничники. Ну а тут уже спросили, куда вы устроились. Все.
— Сейчас пойдешь к своему командиру, все ему расскажешь — отдал я приказ — Все, до последнего слова. Про то, что я тебя связал с собой — молчишь, даже если будут резать на куски. Просто у тебя проснулась совесть и ты не хочешь гибели людей. Поняла?
— Чего тут не понять — хмыкнула воительница — Только меня потом повесят.
— Да мне плевать — мрачно бросил я — Не надо было своих командиров убивать!