Страница 13 из 20
Глава 4
Нет ничего приятнее и желаннее запаха пирогов — сыт ты, или же проехал перед этим полсотни километров — все равно. Помню, читал, что ученые зачем-то взялись провести исследование (видимо британские ученые, которым по определению нехрена делать, кроме как проводить дурацкие исследования) — какой запах приятнее всего для нюха человека? Оказалось — запах пекущегосяхлеба. А чем пирог отличается от хлеба? Только тем, что он вкуснее — ведь в пироге еще и начинка.
Обожаю пироги. Так, что даже лишнего веса постоянно наедал. Пирожки, пироги, ватрушки, блины — все печеное метал в глотку так, что только треск стоял. Правда потом вес быстро сбрасывал, когда отправлялся в очередной рейд по горам, или пустыне. Кстати — очень хорошая диета, которой могут воспользоваться пекущиеся о стройности фигуры модели: надо взвалить на себя рюкзак килограммов двадцать весом, автомат, запасные магазины, кучу патронов, и как вишенку на торт — снайперскую винтовку. Гарантия — через неделю марша будешь стройна, как кипарис. Если только не сдохнешь.
В трактире пекли пироги, мой нос чуял это за сотню метров, а голодный желудок подтвердил умозаключение: пироги! Ну да, как в том мультике: «Сы-ы-ы-р-р!». Был бы я Келланом — наверное тут же бы помчался в трактир, договариваться об ужине и комнатах для моих спутниц (ну и для себя — само собой). Но я — старый, тертый-перетертый вояка, который хоть и иногда и передает управление телом своим бушующим гормонам, но только не в тех случаях, когда моя жизнь зависит от правильности выбора. Поэтому я заслал в трактир нашу Фелну. Почему именно ее? Потому что она из всех девушек моей охраны самая рассудительная, а еще — она довольно-таки высока ростом, и обладает поистине врожденным чувством аристократического достоинства. Не знаю, как она это делает, но стоит ей захотеть, и перед собеседником мгновенно оказывается девушка из высшего аристократического общества — красивая, как статуя, надменная, как императорская кошка, и опасная, как дикая пантера. Ощущение — чуть что, и эта мажорка выхватит меч и срубит голову тупому простолюдину, который осмелился вести себя по отношению к девушке совершенно непотребно.
Само собой — Соньку в трактир не послал, и это притом, что Соня скорее всего самая опасная из моих подруг-телохранительниц. Во-первых, она маленького роста. А как известно, люди плюют на тех, кто ниже их ростом. По крайней мере — до тех пор, пока им не разъяснят ошибочность такой позиции.
Во-вторых, у Соньки невероятно милое, красивое личико, на котором невозможно изобразить хоть какую-нибудь угрозу. Нет, угрозу изобразить можно, только выглядеть она будет невероятно смешно. Ну какая угроза может исходить от Барби? Или этой…как ее…в общем — сказочного персонажа из старого советского фильма-сказки: «Ива-а-а-нушка…». А то, что эта девица снесет противнику голову прежде, чем тот скажет «Ой!» — это ничего не значит. Иногда лучше выглядеть опасным бойцом, чем быть им.
Хельга? Они с Фелной чем-то похожи, но…Хельга болтушка, и может ляпнуть что-то непотребное. Ну и просто так ляпнуть — потому, что она считает это правильным. А зачем нам такое ляпство?
А вот остальным участникам путешествия идти в трактир я запретил. И сам не пошел. Чем дальше мы продвигаемся на север, тем больше меняется отношение к воркам. Если в столице и городах центра Империи на ворков всем наплевать — «Живут, да и пусть живут! Своих проблем хватает!» — то по мере продвижения на север ворки из нейтральных персонажей превращаются в нежелательных гостей. В прямом и переносном смысле слова. Потому, надо вначале разведать — как в этом трактире относятся к воркам, а уже потом туда идти. Я лелею мечту о том, чтобы добраться до места никого не лишив жизни. Понимаю, что это будет очень непросто, что возможно мне придется кое-кого ставить на место, а может даже и класть на него, но…пусть пока наш путь не будет отмечен каплями крови. А также лужами и реками этой пахнущей железом жидкости.
Фелна пробыла в трактире минут двадцать, и откровенно говоря, я уже пал духом и приготовился сваливать не солоно хлебавши. Вариант был — если нас тут не принимают, то она закупает чего повкуснее, и мы едем к ближайшей печке, где становимся на ночевку, купаясь в реке и подставляя голую задницу туче местных комаров, для которых что ворк, что имперец — абсолютно фиолетово. Хотелось вымыться горячей водой — во всех трактирах есть «мойня», аналог русской бани — только без парилки. Ложиться спать потным, покрытым толстым слоем пыли…можно, конечно, но лучше бы этого избежать.
— Надоел! — сопя объявила Фелна, кивая на трактир — Ну такой нудный трактирщик! Ему по большому счету все равно, ворки, или бесы из преисподней — это он так сказал. Лишь бы деньги платили. Но начал выпытывать — кто мы, куда едем, кто такие наши ворки, и все такое прочее. Я уже рассердилась, и не выдержав, сказала, что это государственная тайна, что мы выпускники Академии магии, и сопровождаем вас по государственным делам. А за разъяснением он может обратиться к Его Величеству Императору.
Я только кивнул, и дальше все пошло своим чередом. Лошадей — в конюшню, где за малые деньги мальчишки-конюхи приступили к чистке и кормежке наших «автомобилей», переметные сумы — в комнаты. Не сами, нет — два кухонных раба, здоровенные мужики лет сорока с тупыми лицами, но тяжелыми плечами. Ошейники на их шеях смотрелись тонкими шлейками, порвать которые особых усилий не потребует. Но не рвут. Видимо, такая жизнь их устраивает.
Комнаты взяли три. В одной — я со своей женой, в другой — бабушка, в третьей — все остальные. Все комнаты запираются на ключ, так что практически спокойно мы оставили свои мечи под запором и пошли ужинать.
Кстати, как и в большинстве общественных питейных заведений — в этом существует запрет на обладание длинноклинковым оружием. То есть — хочешь выпить, закусить — снимаешь меч, проходишь с ним к месту хранения (что-то вроде стеллажа с ячейками), и свою железяку там оставляешь. Или же оставляешь ее в комнате — если снял эту самую комнату. Ну а пока сидишь и питаешься — следишь, чтобы меч не уперли.
Вообще-то хорошее правило. Народ фронтира буйный, чуть что — хватается за оружие, так что лучше, если это оружие будет покороче (Ножи и кинжалы никто не сдает). Тогда возможно что работы по уборке крови и трупов будет хоть немного, но поменьше.