Страница 56 из 65
Лилька говорила и говорила, не замечая, что с пальцев слетают искорки. Регандил, принесший воду, не стал подходить, чтобы не помешать: живица росла буквально на глазах.
– Лили, достаточно, – отвлек ее через некоторое время, а кустик вырос в несколько раз, несмотря на то что увядание остановилось буквально в нескольких шагах от дома. Даже лес, начавший оживать, теперь был мертвым.
Идел сварила отвар, покидав туда еще какие-то травы, Айрелла перенесли в Лилькину спальню, и потянулись тяжелые дни ожидания: наследник находился на грани жизни и смерти, не приходя в себя, но и не умирая.
Глава 39
– Лили, иди отдохни, я побуду с Айреллом, – сказала шепотом Идел, тихо вошедшая в спальню. – Я обед приготовила.
– Долго еще так будет? – Лилька подняла взгляд усталых глаз на эльфийку, пятый день состояние Айрелла не меняется. Она не может ни есть, ни спать, вздрагивает от каждого шороха.
– Не знаю, – честно призналась Идел. – Яд оказался очень сильным, и если бы здесь не было исцеляющих заклинаний и ты бы не смогла вырастить живицу – Айрелл бы уже умер. Я каждое мгновение прошу Создателя, чтобы помог нам. Даже не представляю, что творится за пределами этого дома.
Лилька примерно могла представить, и от этого было жутко. Регандил утверждал, что только её магия не дает погибнуть последним растениям. Отходить далеко от дома он опасался, хоть вход и сторожили Сеня с Веней и Кася.
Супруги с монстриками подружились и охотно играли. Кася прониклась к библиотекарю симпатией, и эльф часто сидел рядом с ней, читая книги и разбирая ритуал, описанный в найденном свитке.
– Когда Айрелл восстановится, – а Регандил и мысли не допускал, что наследник умрет, – у нас уже будет описание ритуала. Я только никак не могу понять, как ты сюда вписываешься, Лили.
Лилька уж тем более не понимала, зачем она здесь. Рассказала эльфу и о том, что когда Айрелл копал грядки, все росло быстрее, и что на его действия тоже растения отзываются.
Регандил полдня ходил задумчивым, копался в имеющихся книгах и вздыхал, что нет доступа в библиотеку дворца, категорически отказываясь идти в столицу, хотя защита едва держалась и сквозь нее можно было пройти практически без труда.
В кабинете нашлись книги, обучающие пользованию магией. Только вот Лилькины искорки ни под один вид не подходили, поэтому Регандил, как смог, сам написал подобие инструкции. После нескольких дней своеобразной тренировки, Лиля смогла вызывать искорки по необходимости.
– И здесь физика, – проворчала она, но ей было гораздо легче представить магию цветными потоками, чем вникать в сложное описание структур. Колдун в этом мире, скорее, профессия, чем просто дар. Должна быть предрасположенность, а потом обучение и тренировки.
Пользоваться мог каждый, а вот создать... Будь Ариэлька простым эльфом, не гонять ему порталами туда-сюда – денег бы не хватило.
Лильке казалось, что они очутились в фильме ужасов: дом стоял на небольшом участке земли, на котором сохранились зеленые растения, а вокруг будто пожар пронесся – чернота и пепел.
В общем-то, ее ассоциации оказались верны. Как предположил Регандил, Владыка эльфов ритуалом распределяет магические потоки, чтобы они равномерно пропитывали всю землю. Библиотекарь быстро нахватался от Лильки умных слов и теперь разговаривал на “научном эльфийском”, как выразилась девушка.
Без Владыки магия никуда не делась, но была сильна, путалась, сталкивалась, скользила по поверхности, в самом деле испепеляя, а не мягко впитывалась в землю и растения.
– Нормальные так корневые и внекорневые подкормки, – присвистнула Лилька. Вот как раз ее искорки и были нужной для усвоения концентрации. Она еще долго ворчала, что чувствует себя магическим аккумулятором. Впитываться в себя то она впитывала, но обращаться не умела. В итоге выбросов и появились монстрики.
Осталось накопленну каким-то образом магию передать Айреллу, провести обряд и снова все станет хорошо.
– Какие мелочи, – мрачно подытожила Лиля. – Ну хоть все царство перекапывать не придется, уже радует.
Поэтому и проводила возле Айрелла все время. Тогда, в доме Идел и Регандила, Лилька посчитала слова остроухого том, что рядом с ней он быстрее приходит в себя, обычным комплиментом. А если это правда?
Она постоянно держала Айрелла за руку, разговаривала с ним, рассказывая всякую ерунду из своей жизни. Ну и ругала его за неосторожность, за то, что решил умереть, лишь бы не выполнять договор.
– Ты типичный мужчина, – Лилька вновь сидела на полу возле кровати, положив голову на край постели, – вас так пугает свадьба, что лучше умереть. Только ты решил и в самом деле это сделать, – она нежно прикоснулась пальцами к его щеке, даря ласку. Вот еще один плюс – у эльфов в самом деле не растет борода. – Не хочешь жениться, так бы и сказал, я нашла бы себе дракона. А еще там Кася скучает. И Сеня с Веней. Айрелл, ну хватит тут валяться? Пока ты отдыхаешь, там все твое наследство пеплом развеется. В буквальном смысл, – но остроухий продолжал оставаться безучастным.
Только через неделю Идел вздохнула свободнее – отвар из живицы стал помогать. А при очередной замене повязки она увидела, что края раны больше не черные. Живица, выращенная Лилькой, вытянула весь яд аконитума.
– Рана начала заживать, – сияя от радости, с гордостью сообщила эльфийка за ужином, перед этим сделав еще одну перевязку. Осталось всего два сильных целебных заклинания. Лили называла их зеленым полиэтиленом, хотя на самом деле это специальным образом приготовленные листья плантагинеса, пропитанные магией.
– И защитная преграда стала плотнее, – улыбнулся Регандил. – Если вчера я с небольшим усилием преодолевал ее, то сегодня руку обожгло сильным холодом, и я решил не переходить на ту сторону. Побоялся обратно не вернуться.
А Лилька запретила себе радоваться раньше времени, вот когда очнется, тогда и выдохнет.
После ужина она снова поднялась в спальню. Зажгла светильник и с ногами устроилась в придвинутом к кровати кресле. Может, и врут все в фильмах про медицину и человек в бессознательном состоянии ничего не слышит, но все равно принялась рассказывать о том, как прошел день.
– Регандил сказал, что защита восстановилась. Он уверен, что тебе лучше. Логика, конечно, есть, – рассуждала Лилька вслух. – Зачем нужна родовая защита, если род закончился? И Идел говорит, что тебе скоро станет лучше. Ты бы уже очнулся, им ведь домой нужно. Невлин, там, наверное, с ума сходит. Ну и я тоже соскучилась, – она вздохнула. – И вообще, я уступила тебе свою спальню. Тебе не стыдно одному занимать такую большую кровать? – посмотрев на лицо эльфа, на котором не дрогнул ни один мускул, сделала вывод: – Не стыдно. А у меня, между прочим, спина уже болит коротать ночи в этом кресле.
Но все равно и в этот раз отказалась оставить его на ночь одного, когда Идел пришла, чтобы сменить перевязку и влить немного отвара живицы в рот Айреллу. Дурацкий страх, что если она уйдет, с ним что-нибудь случится.
Утром ей спросонья показалось, что по пальцам кто-то ползет. Подавив в себе желание завизжать, приоткрыла один глаз, чтобы посмотреть, кто касается ее кожи.
– Айрелл, – сон тут же слетел. Её пальцев осторожно касался своими очнувшийся остроухий. – Слава богу, – Лилька слабо улыбнулась и накрыла его пальцы своими.
– Кажется, я долго спал? – голос эльфа звучал шелестом листьев.
– Ты чуть не умер! – проворчала Лиля. – Десять дней, Айрелл... Десять дней... – и она позорно разревелась.
– Пить, – расслышала слабую просьбу.
– Сейчас, – она шмыгнула носом, – Идел придет с отваром.
– Дядя?
– Кася его порвала, – зло произнесла Лиля. – И колдуна тоже.
А сама подумала, что раз спрашивает, значит, и глупостей про замужество не слышал. Какое счастье! Она сидела, сжимала его руку, чувствуя слабое пожатие в ответ, и не могла поверить, что снова смотрит в синие глаза. Через несколько мгновений отворилась дверь и вошла эльфийка.