Страница 3 из 5
Уже в самолёте Мирон спросил:
– Лиз, а почему ты себе ничего не купила?
– Купила, – и я показала свою покупку, которую ещё в магазине сразу надела.
Муж закатил глаза и оставил всё без комментариев.
Когда добрались до дома, я первым делом поставила на полку, купленную мною вазу, и поднялась к себе. Как только приняла душ, легла и провалилась в сон. Я чувствовала, что кто-то вошёл и пристально меня разглядывал, но усталость брала верх. А снился мне мой супруг. Если быть точнее, то его фигура. Крепкое телосложение, как будто каменное. И холодные, как лёд глаза. Жар охватывал всё моё тело, и было непонятно: страх я испытывала или нечто другое, до сих пор незнакомое. Проснулась я рано утром. Чем мне заниматься? Пора бы совесть иметь и выйти на работу.
В офисе меня встретили поздравлениями. Только расстраивало то, что искренности я не чувствовала. Кто-то переигрывал с лестью, кто-то не мог спрятать ехидство и сарказм, а кто-то сквозь зубы не прятал открытую ненависть. Что это? Зависть? А чему завидовать то? Если только быть меркантильной и видеть выгоду в занимаемом положение мужа. Другого оправдания я этому поведению коллег я не находила.
Проходя мимо курилки, я услышала разговор двух моих подчинённых:
– А мы гадали, с кем она спит?!
– Ну у куклы ума хватило его на себе женить!
– Говорят, она его на чём-то подловила!
– Так или иначе, больше чем на роль подстилки она претендовать не могла. Ты слышала, сколько любовников у неё было?
– История умалчивает.
Мне было так противно. Они меня совсем не знали, чтоб вот так!!! Ничего в этом мире не меняется. С детства все обо мне знают больше, чем я сама. Я поймала себя на мысли, что мне небезразлично, что они говорят. Раньше было плевать, а сейчас статус не позволял это так оставлять. Вошла в курилку.
– Милые дамы, если я ещё один раз услышу, что вы порочите авторитет гендиректора, я придумаю статью, по которой вы будите уволены.
– Мы о гендиректоре слово не сказали! – нагло заявила одна из них.
– А ты считаешь, что, если он женился на дешёвке, это не говорит о его испорченном вкусе?
Девушки ретировались, а я почувствовала себя дрянью. Без пяти минут жена, а уже пользуюсь именем мужа. Закрывшись в туалете, я разрыдалась!
Где-то минут через десять в мою кабинку раздался громкий и частый стук.
– Лиза, открой! – рычал по ту сторону мой супруг.
– Мирон, что ты делаешь в женском туалете? – испугалась я.
– Сейчас же мне открой!
– Я плохо выгляжу. А тебе вообще не кажется, что ты перегибаешь палку?!
Я слышала, как скрипнула входная дверь, и голос моего мужа стал сдержанней и тише.
– Елизавета Игнатьевна, жду Вас через пять минут у меня в кабинете. И не заставляйте меня принимать кардинальные меры!
Глава 6 (Мирон)
Я передвигался по кабинету, как раненый тигр в клетке. Кто посмел мою девочку, у которой характер, как кремень, довести до слёз. Пусть готовится милостыню просить! Я этой сволочи обеспечу волчий билет на все приличные предприятия!
– Мирон Аркадьевич, к Вам Трошина, – оповестила секретарь по внутренней связи.
– Тихомирова, если Вы ещё не знаете, Тихомирова. Пусть войдёт.
Дверь открылась, и я вошла с виноватым видом.
– Лиз, что случилось? Почему ты плакала?
– Мирон Аркадьевич, там, где Вы меня нашли, другими делами занимаются!
– Мирон. Лиза, я для тебя Мирон!
– Хорошо. Мирон, я что без твоего разрешения и в туалет сходить не могу. Зря я плохо прочла контракт!
– Ерунду не говори. Я хочу знать имя того, кто тебя обидел?!
– Может быть, я заслужила? – у неё появился хитрый огонёк в глазах.
– Лиз, ты понимаешь, что ты моя жена? И я имею права о тебе позаботиться!
– Мирон, ты просто не знаешь, на ком женился. Я за сегодня твоим именем воспользовалась дважды. И если с чем-то не справлюсь, обязательно попрошу помощи.
– Я тебя знаю лучше, чем ты можешь представить! И слёзы моей жены в дамской комнате- это дело чести.
И тут я опешил, она подошла ко мне и поцеловала меня в щёку, тихо сказав:
– Спасибо тебе большое.
Я был в таком ступоре от неожиданности, что ни просто не знал, что сказать, а стоял как вкопанный, боясь пошевелится.
– Я могу идти? – вывела меня из ступора Лиза.
– Да. И чтоб если плакала, то у меня в кабинете!
– Не могу Вам это обещать! – как-то очень весело сказала моя жена и вышла из кабинета.
Конечно, её поцелуй был не просто не страстный, а скорее всего пуританский, но я был в шоке. Ей не противно?!
Я всё равно найду того, кто её так расстроил. Она вела себя как ребёнок, и мне вспомнились строки из какой-то книги, которую я давно читал:«Как трогателен и наивен, как горяч и нетерпим в своих принципах юношеский максимализм! Особенно, когда наблюдаешь его сквозь циничный налёт своего жизненного опыта». Горько улыбаясь, подумал: «Детка, столько всего у тебя ещё впереди!»
Именно так я сейчас смотрел на свою супругу и именно поэтому пытался её от всего уберечь!
– Пригласите ко мне моего зама, – дал я распоряжение секретарю.
– Он Вас ждёт в приёмной.
– Пусть войдёт.
Семён вошёл и сразу вальяжно уселся в кресло.
– Мирон, разреши тебя поздравить со скоропалительной свадьбой! Она что в залёте?
– Залёт не повод жениться!
– Тогда где подвох?
– Ты лучше узнай, почему моя жена сегодня в дамской комнате рыдала?
– Тебе срочно?
– Хотелось бы.
– По телефону такие дела не делаются. Сейчас вернусь.
Через двадцать минут Семён был уже у меня.
– Камеры показали, что она заходила к девочкам в курилку и после разрыдалась. Разведка донесла, что эти клуши просто мыли её кости. Мирон, не похожа она на ранимую барышню?!
– Что именно они говорили?
– Точно не скажу, но что-то типа, что тебя на себе можно было женить только шантажом. Это не дословно, но смысл такой.
– Спасибо. Я понял.
– И это всё? Мне то можно сказать, в чём дело?!
– Любовь, Семён! Любовь!
– Ладно не хочешь, храни свою тайну.
Как только Семён удалился, я подумал, что надо показать всему коллективу, что у нас любовь. Запачкают они мою девочку грязью.
Глава7 (Лиза)
Рабочий день закончился. В отделе осталась я и ещё одна дама, которую я наказала. Та не шевелилась выполнять мои распоряжения, и я её не отпускала, пока не закончит сегодняшнюю работу. Дверь тихо отворилась и в проёме появился Мирон.
– Дорогая, я уже освободился. Поехали. Хочу сегодня домой, через ресторан попасть. Давно тебя не баловал.
Я потеряла дар речи. В себя мне помог прийти заинтересованный взгляд наказанной.
– Да, дорогой. Я готова.
Я встала и, когда проходила мимо мужа, была им остановлена и нежно поцелована в губы. Меня прошиб ток. Что это было? Да нет, не поцелуй! Моя реакция? Мне понравилось!
Когда мы спустились и сели в машину, я спросила:
– Что это было? Ты говорил, что пальцем не тронешь!
– Лиз, понимаешь, многие не верят в наш брак. Давай на людях ты не будешь от меня шарахаться?
– Попробую. А сейчас домой?
– Давай всё-таки в ресторан? Я знаю одно место. Ресторанчик на реке. Это черта города, но окраина. Там тихо и уютно. Ты не против?
– Нет.
И он меня привёз в божественно красивое место. И всё было бы хорошо, если бы к нам не присоединился, как оказалось чисто случайно один знакомый Мирона со своей женой. Любопытство к моей персоне они даже не скрывали. Я же стала вредничать. Вспомнила, как в школьном кружке играла королеву и вела себя соответственно царской персоне. Когда заметила, как Мирон потешается, меня это только раззадорило. Естественно, храбрость придало ещё выпитое шампанское.
И тут меня понесло, я подошла к музыкантам и попросила у них саксофон. Я заиграла «Woman In Love», мне нравилась она в исполнении «Faust Papetti» именно на саксофоне. Музыканты меня поддержали. Со сцены не видно было моего мужа, но я чётко чувствовала его прожигающий взгляд. Не знаю, зачем мне это, но я хотела понравится именно ему! Шампанское сделало свое дело, и я не просто играла, я двигалась, не чувствуя стеснения. Радовало то, что возле сцены появились несколько танцующих пар, а, значит, всё было не плохо. У меня давно не было практики. Когда мелодия закончилась, я сорвала море аплодисментов, и какой-то симпатяга подарил мне цветы. Музыканты по очереди поцеловали мне руку и приглашали в любое время приходить поиграть.