Страница 5 из 74
— Пришли!
За невысоким, но явно прочным забором стоял большой одноэтажный дом. Он выглядел опрятно, побеленный, с качественной крышей. Его владелец явно не беден, подумал ведьмак. Ежи постучал в ворота и те тут же отворились, а когда Эскель и Мисселина вошли во двор, тут же подошла челядь, и увела лошадей в конюшни. Видимо, их здесь ждали.
— Где хозяин? — спросил ведьмак у одного из слуг, и тот указал на вход в дом. — Спасибо.
Эскель направился туда, и Мисселина последовала за ним, уныло рассматривая двор. Они вошли в дом, и, минуя несколько коридоров, столкнулись с высоким мужчиной средних лет. Он остановился и, изучив взглядом двух пришедших, скрестил руки на груди.
— Ведьмак? — спросил он.
— Да.
— Я знал, что вы заедете в наше село, — кивнул мужчина. — Это я отправил Ежи за вами. Идёмте, нам нужно поговорить о заказе.
Они вошли в просторное помещение, обставленное добротными деревянными столами и лавками. Помещик сел за один из столов, ведьмак сел напротив него. Рядом с ним плюхнулась порядком уставшая Мисселина. Хозяин дома положил локти на стол и принялся за рассказ.
— Дело в том, что на болотах за рощей живёт демон. Суккуб.
— И? В большинстве случаев они не самые опасные, — перебил его Эскель.
— Вряд ли в нашем случае это так, — нахмурился мужчина. — На прошлой неделе нашли троих мужиков, и все мертвы. Я уверен, что это была она.
— Хм-м, — развёл руками ведьмак. — Посмотрим, что тут можно сделать.
— Я заплачу хорошо, — кивнул помещик и придвинул к Эскелю мешочек. — Аванс.
— Нет. Заплатишь потом.
— Как знаете, — пожал плечами хозяин. — Будете есть? Ваша спутница?
— Мы… — хотела было что-то сказать девушка, однако Эскель перебил её.
— Нет, нам уже пора, — ведьмак строго посмотрел на Мисселину, и та закатила глаза, показывая неудовольствие. Однако рот ей пришлось закрыть. Двоица встала из-за стола и направилась к выходу.
— Удачи вам…
***
— Я хочу есть!
Эскель ничего не ответил, седлая Василька. Мисселина топнула ногой.
— Эскель! Ты вообще меня слышишь?!
— Не буянь, женщина. Он вежливо предложил, я вежливо отказался. Жрать перед боем не есть хорошо, — он сел в седло, и под его тяжёлым взглядом Мисселине тоже пришлось сесть на коня. — Поехали.
— Мы едем на болота? — спросила девушка, когда они выехали из двора. Ведьмак отрицательно покачал головой. — Нет?! Ты совсем спятил? Отказываешься от задания?
— Мисселина… заткнись, — строго и немного резко приказал Эскель. Девушка замолчала, и обиженно посмотрела на спутника. — Не еби мозг и послушай, что я тебе скажу.
— Хм, — она сделала приглашающий жест рукой. — Опять будешь учить меня?
— Да. И вот первый урок. Суккубы – это существа, которыми движет страсть и похоть, — говорил Эскель, пока они ехали по улочке, что вела вглубь деревни. — Они не убивают из забавы или ради пропитания, им это не нужно. Только если… ну… перестараются, и тогда они выкачивают жизненную силу. Или если они защищаются при нападении на них самих.
— То есть… ты думаешь, что этот помещик врёт? — удивлённо и даже обескураженно спросила девушка. Ведьмак утвердительно кивнул. — Ладно. Допустим, ты прав. Но зачем мы едем по селу?
— Опросить родственников убитых.
— А не проще сразу спросить у суккуба?
— Эх, Мисселина… знаешь как говорил мой учитель Весемир? — девушка выгнула бровь. — Один голос может соврать, но из множества голосов добывается правда.
— Ты это только что придумал! — воскликнула она, слегка пришпорив коника. — И учитель из тебя не очень.
Эскель покачал головой и подогнал Василька.
***
Эскелю порядком надоело выслушивать затянувшийся рассказ матери одного из погибших мужчин, постоянно прерываемый её рыданиями. Поэтому пришлось использовать Аксий, чтобы старушка смогла выговориться. Конечно, это не обошлось без обиженно-неодобрительного взгляда Мисселины. Но делать было нечего – ведьмак хотел узнать правду как можно скорее, и выпутаться из этого дела. А оно, честно говоря, пахло ложью.
— Значит, Миколка никогда не ходил на болота?
— Нет, милсдарь, — ответила старуха. — Все боялись туда соваться… а Миколка мой и подавно…
— Понимаю, — ведьмак оборвал речь старушки. — Спасибо вам. Нам пора.
Когда они отошли от вязанного из лозы ветхого заборчика, который назывался тином, Эскель поймал неодобрительный взгляд спутницы. Ведьмак развёл руками.
— Ну давай.
— Это было нечестно, — на этот раз она ограничилась только порицанием. — И можно было выразить соболезнования…
— Они никому уже не помогут, — покачал головой ведьмак, взбираясь в седло.
— Это простая вежливость, — фыркнула она. — Ладно… значит, Миколку проткнули вилами на местной потасовке, ещё один утопился после попойки…
— А третий был болен чахоткой, — Эскель направил коня к болотам. — Теперь пора поговорить с суккубом.
Мисселина молча последовала за ним. Пока они ехали, Эскель задумался. Она такая же, как Ламберт – говорливая, дерзкая. От неё буквально несло ядом, которым постоянно сочились её уста… Но также она пахла храбростью, стальной волей, а в её груди трепетало доброе сердце. Эскель редко видел таких, как она. Он мог бы даже привязаться к ней… но из головы не уходила та, другая девочка.
Дейдра.
Ведьмак покачал головой и обернулся на Мисселину. Нет, она не та девочка. Совсем другая. Даже внешне он не видел сходств: та девочка была тощая, с короткими золотистыми волосами и с пустыми карими глазами, уставшая от тяжести своей жизни и равнодушная почти ко всему. А Мисселина… у неё длинные волосы, до пояса, тёплого каштанового цвета, которые она заплела в небрежную косу. И глаза голубые, как летнее небо в середине дня. Они светились живым умом, любопытством, которого так не хватало той девочке.
Они совершенно разные, подумал Эскель. В них нет ничего общего, ни капли. Мисселина – человек. Она жила всю жизнь, купаясь в любви родителей и братьев, и это делает её не похожей на ту девочку.
«Хватит тебе, старик. Хватит…»
***
— Здесь дурно пахнет, — пожаловалась Мисселина. — И туман густой.
Они пробирались через болото за деревней. Эскель ясно понимал, почему местные бояться сюда ходить: это место словно вынырнуло из страшных сказок, которые матери рассказывают непослушным детям. Туман, окутывающий смертоносные топи, нявки, заманивающие несчастных, которые забрели сюда в ночное время…
Вот только это всё лишь сказки.
— Почти пришли, — Эскель схватил Мисселину за руку, и та тихонько вскрикнула. — Так я буду знать, что ты не утопилась.
— Мне больно! — прошипела девушка, но руку не вырывала.
Чем ближе они подходили, тем сильнее в нос ударял запах серы. Мисселина то и дело морщилась, фыркая и оглядываясь. Вскоре двоица подошла ко входу в пещеру. В том месте туман был значительно гуще, и в округе раздавались неясные звуки. Тихие, тонкие, похожи на трели соловья. Эскель покачал головой и, вытащив из-за пояса кинжал, протянул его Мисселине. Та взяла оружие в руки, покрутила его.
— Как им пользоваться?
— Догадайся, — съязвил ведьмак, встретившись с тяжёлым взглядом девушки. — Применишь только если потребуется. Колоть острым концом.
— Я знаю, каким концом колоть! — фыркнула она, входя в пещеру за ним.
«Противная девчонка…»
В пещере было темно, и проход был узким. Эскель чувствовал, как в такт медальону начала дрожать за его спиной и Мисселина. Ведьмак повернулся к девушке. Та слегка вздрогнула.
— Не нагнетай.
— Сам ты нагнетаешь! — прошипела она.
— А кто из нас трясётся от страха?
— Не трясусь я!
Эскель хмыкнул и, взяв Мисселину за руку, пошёл дальше, ведя её за собой. На этот раз девочка промолчала.
Чем сильнее дёргался медальон, тем ближе они приближались, и тем отчётливее становился звук. Проход расширялся, становился светлее. Вскоре двоица увидела занавесь из листьев, за которой что-то светилось. Мисселина спряталась за спину ведьмака, глядя через его плечо.