Страница 2 из 74
— Мисселина, деточка… понимаешь ли…
— Не увиливай, папа. Говори прямо, — жёстко отчеканила она, скрестив руки на груди. Да она не робкого десятка! Эскель вдруг вспомнил её мать, когда он принимал от неё заказ.
— Не утруждай себя. Я могу сам рассказать, — не выдержал заминок графа ведьмак. Девушка кивнула, мол, говори. — Меня зовут Эскель, я ведьмак, Мисселина. В день твоего рождения я спас твоего отца от смерти, и воспользовался Правом неожиданности. Когда мы вернулись в замок, твой отец узнал о твоём рождении, — Эскель скрестил руки на груди, наблюдая за девушкой. — Поэтому…
— Поэтому вы думаете, что можете требовать меня, как будто вещь! — выпалила девушка, а затем посмотрела на отца. — Как ты мог так поступить?
— Мисселина…
— Мисселина, выбора нет, — тихо произнесла из угла появившаяся из ниоткуда мать девушки. — Ты поедешь с ведьмаком.
Девушка поджала губы, чтобы скрыть как они трясутся. На секунду Эскелю стало жаль её: в один день ей рассказывают, что она была обещана какому-то херу с горы, словно вещь. Её отрывают от семьи, родного дома и прежней жизни. Эскель мог бы отлично понять её, помни он своё детство до мутаций. Или он правда понимает её.
— Собирайся, — как можно мягче постарался сказать ведьмак. — Мы уезжаем сегодня.
Сказав это, он вышел из зала, провожаемый взглядом Мисселины.
***
— Если хочешь, я тебя украду, — как бы невзначай бросил Кагыр, наблюдая, как Мисселина собирает сумку. — Сменим имена, будем странствовать вместе.
— Я не хотела всего этого, — девушка села на кровать рядом с ним. — Я хотела жить обычной жизнью. Выйти замуж, родить детей… А теперь что?
— Я не знаю, любовь моя, — Кагыр обнял Мисселину за плечи. Девушка уткнулась в широкую грудь друга.
Можно было постараться, но всё равно она не сосчитала бы, сколько раз Кагыр предлагал ей сбежать, сколько раз она отказывала и сколько раз она жалела об отказе. Мисселине казалось, что их любовь – это нечто выше, чем просто дружба. Намного выше… но их бы осудили, не поняли бы…
Мисселина верила в Предназначение с самого детства. Когда слышала эти идиотские песни бардов и трубадуров, она замирала. Когда слышала про влюблённых, которые были связаны Предназначением. Когда слышала историю про принцессу далёкой Цинтры, которая вышла замуж за человека, которому была обещана по пресловутому Праву Неожиданности.
Когда-то она и сама хотела, чтобы её забрал с собой какой-нибудь прекрасный рыцарь, которому она была обещана по этому праву. Красивый рыцарь, а не ведьмак, пропахший смертью и вечными скитаниями.
Но она ведь верит в Предназначение?
— Ты ведь любишь богов, Кагыр?
— Больше, чем люблю тебя? Нет.
— Значит, дай мне уехать с ведьмаком, — чётко выговорила она, молясь, чтобы голос не дрогнул. Кагыр хотел что-то возразить, но Мисселина резко поднялась с кровати и отошла к столу.
— Ты… разве ты смирилась?
— Нет, — покачала головой она. — Но мама права: выбора нет. Так или иначе… он – моя судьба.
— Смирилась, значит… — Кагыр подошёл к ней и легко, почти невесомо поцеловал Мисселину в лоб. — Прощай, любовь моя.
***
Отец не вышел провожать её, как и Кагыр. Только мама. Она осторожно поцеловала Мисселину и крепко обняла.
— Не бойся. И никогда не оглядывайся.
Девушка кивнула и подошла к своему жеребцу. Отец купил его совсем недавно, будто чувствовал, что он пригодится. А ведьмак уже был в седле, наблюдая, как Мисселина самостоятельно залазит на своего коня.
— Готова?
Мисселина молча кивнула, и ворота замка открылись. Девушка хотела было оглянуться на мать, но сдержала себя. Видимо, оглядываться на прежнюю жизнь не имеет смысла. Она потеряна.
Лошади двинулись с места. Мисселина слегка пришпорила своего коня, выезжая вперёд. Ведьмак не старался её догнать, даже ничего не говорил. Они просто ехали по пыльной дороге, минуя город и несколько виноградников. Девушка всё время вертела головой, жадно разглядывая всё вокруг себя. Ей хотелось запомнить родной край, его виды и красоту. Она боялась, что никогда уже не вернётся в Туссент.
Спустя четверть часа ведьмак поравнялся с ней. Мисселина посмотрела на него абсолютно без интереса.
— Мы направляемся в Каэр Морхен.
— Угу.
— Не хочешь поговорить? Дорога долгая, тебе может стать скучно.
— Нет.
— Как знаешь, — ведьмак пустил коня чуть быстрее, сворачивая на узкую дорогу левее. — Езжай сразу за мной, тут есть короткая дорога. Нам нужно выехать из Туссента как можно быстрее.
— Зачем? — тупо спросила Мисселина. Ведьмак ухмыльнулся.
— Я же сказал – мы едем в Каэр Морхен. Надо успеть туда до конца осени. А путь неблизкий.
Мисселина остановилась, глядя мужчине в спину.
— Ведьмак…
— Меня зовут Эскель, — он обернулся. — Давай, надо торопиться.
Девушка кивнула и пришпорила коня.
***
Граница Туссента была уже пройдена, когда они остановились на ночной привал. Ведьмак развёл костёр под сенью небольшой кедровой рощи, и сейчас свежевал тушку подстреленного зайца. Мисселина же просто уставилась пустым взглядом в огонь. Ведьмак изредка поглядывал на девушку, молча ухмыляясь. Мисселина нахмурилась и посмотрела на мужчину.
— Тебя это забавляет?
— Твоя апатия? Отнюдь, — он пожал плечами, откидывая в сторону последние ошмётки заячьей шкуры. — Мы все через это однажды проходим.
— И ты тоже, хочешь сказать? — скептично выгнула бровь Мисселина.
— Я ведьмак, девочка, — он нанизал тушку на вертел и оставил над огнём. — Нас всех забирали из родного дома…
— О, постой. Я только что поняла, что мне всё равно, — фыркнула девушка. Ведьмак в ответ посмотрел на неё снисходительным взглядом и ухмыльнулся.
— Ведёшь себя, как ребёнок.
— А может, я и есть ребёнок?
— Значит, я тебя воспитаю, — пригрозил ей пальцем ведьмак. — И не умничай.
Мисселина нахмурилась и поджала колени к груди. С каждой секундой этот ведьмак её бесил. Почему он такой… А каким его можно назвать? Он не орёт на неё, не подтрунивает, да и вообще пытается вести себя сдержанно. Уж не в ней самой проблема?
Нет, осадила себя Мисселина. Он сам виноват в том, что она так к нему относится. Он забрал её из дома, где была её семья, вся её жизнь… и где остался Кагыр.
Девушка зажмурила глаза. Интересно, как там её друг? Будет ли он искать её, пытаться вернуть её? Она надеялась на то, что он правда любит её, и заберёт из рук ведьмака. На секунду она даже предположила, что Кагыр бросит армию Нильфгаарда, и они скроются вместе в какой-то глуши.
Если бы мечты были реальностью…
— Поешь и иди спать, — произнёс ведьмак, протягивая ей кусок мяса. Мисселина приняла еду, хоть и нехотя. Она даже не заметила, как быстро пролетело время, пока она горевала о своей судьбе.
— Завтра встаём рано. Тебе нужно выспаться, — ведьмак бросил кости в огонь и, расстелив на земле кусок какой-то ткани, лёг на него. Мисселина откусила кусочек мяса и перевела взгляд на мужчину.
— Ведьмак…
— Меня зовут Эскель, — он перевернулся на бок и тихо засопел.
***
— Содденский холм, — хмуро констатировал ведьмак, когда они подъехали к переправе через бурную Яругу. Мисселина подняла взгляд на холм. На его вершине возвышалась белая стела. Девушка знала, что там было написано и что произошло здесь меньше, чем год назад.
— Здесь погибло четырнадцать…
— Тринадцать, — исправил её ведьмак. — Трисс Меригольд выжила.
Кони ступили на каменный мост, и Мисселина обернулась, чтобы посмотреть на холм вновь. Это ужасно, подумала она, иметь могильный камень, будучи живой. Девушка вздрогнула и слегка ударила коня по бокам.
Они с ведьмаком ехали уже почти неделю – Мисселина считала, рисуя палочки на куске бумаги углями из ночных костров. И всю эту неделю они говорили очень нечасто. Порой они проводили целый день и засыпали, не перекинувшись и словом. А ведьмак – будь он проклят! – даже не старался заговорить с ней. Только бросал короткие «ешь», «спи», «поехали». Или называл имена тех географических объектов, которые они миновали.