Страница 14 из 74
Близ Каэр Морхена, что стоял далеко на севере Синих гор, дули безжалостные ветра, норовящие сдуть путников с тропы вместе с лошадьми. Дорога лежала между острых скал и выступов, узкая и каменистая. Проехав сквозь туннель в скале, перед ними открывалась огромная живописная долина, скалистая, с густым лесом и очень большим озером, что серебрилось на ноябрьском солнце. Мисселина завороженно смотрела на эту красоту, пока они завернули на незаметную, скрытую в лесу тропинку.
«Мучильня…» — подумала девушка, вспоминая рассказы Эскеля.
Ведьмак ехал рядом с ней. Спустившись в лес, они пустили лошадей рысью, и Мисселина имело достаточно времени, чтобы рассмотреть всё вокруг себя. Эскель то и дело ухмылялся, наблюдая за ней.
— Что? Мне интересно, — пожала плечами девушка, улыбаясь. Ведьмак издал короткий смешок.
— Я готов это поощрять.
Дальше они двинулись шагом по руслу ручья, пересекли очередной яр и взобрались на округлый холм. Оттуда виднелись прилепившиеся к каменным обрывам руины Каэр Морхена – частично разрушенная трапеция защитного вала, остатки башни и ворот, бочкообразный столб донжона.
Конь фыркнул и дёрнул головой, переходя ров по остаткам моста. Мисселина натянула поводья. Дно рва покрывали истлевшие черепа и кости, побелевшие от времени. Девушка тихо охнула.
— Так не должно быть… — прошептала она. — Умерших надо предавать земле, под курганом. Разве нет?
— Верно, — подтвердил ведьмак. — Но мы, ведьмаки, рассматриваем это кладбище как… напоминание.
— О чём?
— На Каэр Морхен, — Эскель направил коня к растрескавшимся аркам, — напали. Здесь разразилась кровавая битва, в которой погибли почти все наши. Уцелели только те, кого не было в замке.
— Кто напал? — Мисселина поравнялась с ведьмаком. — Почему?
— Потом расскажу… Смотри, мы почти на месте.
Девушка перевела взгляд на крепость перед собой. Издалека Каэр Морхен казался просто большой полуразрушенной крепостью, но вблизи… он был более, чем огромен. Полуразрушенные стены будто бы дышали, и выдыхали магию, истории предыдущих поколений ведьмаков… Само величие.
Въехав во двор, Мисселина всё не могла закрыть рта – настолько сильно было её впечатление. Она и не сразу заметила седовласого мужчину, который подошёл к ним с Эскелем.
— Здравствуй, Эскель, — мужчины обменялись рукопожатиями. — Что-то ты в этом году рано.
— Со мной… ученица, — Эскель кивнул на Мисселину. Та, чувствуя на себе взгляд жёлтых глаз старого ведьмака, хотела вжаться в бок своего коня. Старик смотрел на девушку немного с прищуром несколько секунд.
— Подойди, дитя, — подозвал он её. Обменявшись взглядами с Эскелем, Мисселина подошла к старому ведьмаку. Тот снова оглянул её оценивающим взглядом. — Как тебя зовут, деточка?
— М-мисс-селина, — заикаясь пробормотала она. Старик ухмыльнулся в усы.
— Полно тебе, Мисселина. Не бойся.
— Мисселина, это Весемир, наш наставник, — Эскель стал ближе к ней. — Он тренировал меня здесь, ещё когда я был мальчишкой…
— Ты и сейчас им остаёшься, — проворчал Весемир. — Ну, хватит во дворе топтаться. Идите в замок.
Старый ведьмак развернулся и ушёл куда-то по своим делам. Мисселина тяжело выдохнула и отёрла лоб рукавом. Эскель ухмыльнулся, взяв лошадей под уздцы, чтобы отвести их в конюшню. Девушка пошла за ним.
— Мне кажется, я не нравлюсь ему, — она стала рядом со своим конём, поглаживая его по морде. — Вдруг… вдруг я не подхожу?
— Это не так, — ответил Эскель, сгружая вещи. — Если Весемиру кто-то не нравится, он не будет реагировать так же спокойно, как и на тебя, — девушка фыркнула, забирая свои сумки. Ведьмак закатил глаза и покачал головой. — Просто… привыкни, что Весемир любит много ворчать и брюзжать, — мужчина развёл руками. — Как ни как, он стар.
— Такой же старый, как моя тётя? — спросила она немного обиженно. Эскель засмеялся. — Что смешного?
— Ничего. Только вот твоя тётушка мне в дочери годится, — смеялся ведьмак. Затем перевёл взгляд на Мисселину и потрепал её волосы на макушке. — Не переживай. Я всегда рядом.
Девушка улыбнулась, но промолчала.
***
— Твоя новая комната, — Эскель провёл Мисселину в одну из комнат крепости. Она была просторной, имелся даже балкончик с видом на долину и внутренний двор. И на этом преимущества заканчивались.
В помещении гулял ветер, и только очаг мог сделать комнату теплее. Но – увы! – и дрова нужно будет нарубить и самостоятельно натаскать. А когда девушка присела на кровать, она неприятно скрипнула, жёсткие доски упёрлись в зад. Мисселина скривилась.
— Как вы тут живёте? Ещё и зимой?
— Много двигаемся, — пожал плечами мужчина и потёр руки. Затем он склонился над очагом и, бросив туда остатки находящихся в комнате дров, разжёг огонь знаком Игни. — Вечером возьмёшь себе, а пока понемногу подкладывай то, что есть. Помещение нужно хорошо протопить. Балкон закрой – пусть не сквозит.
Девушка встала с кровати и захлопнула ставни. Затем подошла к большому сундуку у кровати и стала складывать туда вещи. Те были помяты с дороги и холодными – их давно никто не одевал. Вот та рубашка, которую она стащила у Оттавио, расшитая чёрной нитью. Ещё одна блуза, привезённая отцом из Боклера. Он говорил, что сама герцогиня Анна-Генриетта подарила ему эту блузку. Она красивая – парчовая, винного цвета и с золотой вышивкой. Безумно дорогая.
А на дне сумки лежало то платье, которое она носила в Новиграде. То самое, что ей подарила Трисс. Мисселина разгладила образовавшиеся на нём складки.
— Здесь тебе будет не до платьев, — Эскель присел рядом с ней на корточки. — Мисселина…
— М?
— Если… если бы Трисс не передумала бы тогда… — он замялся, думая, что сказать. — Ты бы осталась с ней? Стала бы чародейкой?
— Почему ты спрашиваешь? — Мисселина захлопнула сундук и посмотрела на ведьмака. Тот пожал плечами.
— Ты расстроилась, когда узнала об отъезде Трисс.
— Ну… — девушка запнулась. Она села прямо на пол, поджав колени к себе. Эскель неодобрительно посмотрел на неё. — Я хотела бы быть красивой. Как чародейки.
— Красивой? — опешил ведьмак, криво усмехнувшись. Мисселина кивнула.
— Именно так. Я не красивая… Не смейся!
— Прости, — ведьмак покачал головой. — А что до красоты… ты шарахаешься в крайность. Как по мне, ты довольно хорошенькая. Но, уж прости, из тебя никакая магичка.
— Ну спасибо, — буркнула девушка. Эскель хмыкнул и встал на ноги.
— Комплименты – не моя сильная сторона. За этим к Геральту, — ведьмак скрестил руки на груди. — Теперь вставай. Пол каменный, жопу себе отморозишь. Сядь лучше на кровать.
— Не хочу! — фыркнула девушка, но всё-таки встала. — Кровать скрипит.
— Можешь прогуляться по крепости, — Эскель направился к выходу. — Заодно и начнёшь осваиваться.
Ведьмак вышел из комнаты, оставив Мисселину. Девушка мученически вздохнула и обессилено рухнула на кровать. Та громко скрипнула и послышался тихий треск.
— Да что же с тобой не так! — девушка вскочила и пнула ножку кровати. От этого она не стала меньше скрипеть, зато Мисселина упала на пол, держась за ушибленную ногу и воя, как белуга. Девушка лежала на полу до тех пор, пока не перестала ощущать левую руку и пока не чихнула от холода. Поднявшись, она подошла к сундуку, снова открыла его. На дне, под её одеждой, было одеяло. Оно показалось Мисселине тёплым и девушка, недолго думая, вытащила и завернулась в него.
— Так-то лучше, — согреваясь, произнесла она. Затем, повертев головой, вышла из комнаты. Ей предстояло исследовать ведьмачью крепость, от и до.
***
Мисселина заблудилась.
Она поняла это как только спустилась вниз, вероятно, в подвал. Или почти-подвал – то, что было ниже оказалось затопленным. Девушка долго петляла по коридорам почти-подвала, заглядывая чуть ли не в каждое помещение. Вернее, изучив два из тех, которые не были заперты на ключ.
С первым всё понятно – просто погреб, где ведьмаки хранили провизию и пару бочек, скорее всего, с алкоголем. Ничего интересного, такое и в Урбино было, и в любом замке, владелец которого – уважающий себя человек. Мисселина не видела смысла задерживаться в винном погребе, как она его для себя окрестила, и продолжила свои исследования.