Страница 5 из 11
– Ты обжигалась когда-нибудь?
Обжигалась. Я могла сунуть руку в костер без вреда. Но на вопрос Джинна пожала плечами:
– Кажется…
– Кажется? – сузил он глаза и обернулся к Алану: – Свободен. А ты, – повернулся ко мне, – будь паинькой сегодня. Я обещаю рассмотреть твое желание.
Я сглотнула:
– Рассмотреть?
– Я подумаю… как выполнить твое желание, – он присел рядом, заглядывая в глаза, и усмехнулся: – Я ведь Джинн.
Мне стоило всех усилий, чтобы не дрогнуть от его обещания. Так хотелось верить, только не ему. Аршад смотрел мне в глаза, а по ощущениям прикидывал, как будет надежнее прицепить ко мне поводок – на руку, ногу или шею…
– А у тебя есть лампа? – прищурилась я, надеясь, что глупость отвлечет его от бури эмоций, набирающей силу в душе.
– Есть, – усмехнулся вопросу.
– Покажешь?
– Нет.
– Почему?
– Она спрятана.
– Я бы нашла…
– И что бы ты сделала? – повернул он голову набок, усмехаясь. – Джинн исполняет три желания.
– Форель в твоем бассейне, домик в Новой Зеландии, – на этом его брови поползли вверх, – и ты – обычный мужчина.
Он рассмеялся:
– Хороший бы вышел отпуск.
– Может, мне открыть турагентство для джиннов?
– Подумаем, когда уйду на пенсию, – и он поцеловал меня в лоб.
Чувство опасности никогда еще не пугало настолько. Все внутри рвалось отсюда подальше, будто где-то далеко нарисовалась конечная точка моего пути, и мне срочно нужно было туда. Только разобраться в себе мне не дали. Аршад сдал меня в руки помощниц, и я, стиснув зубы, поплелась за ними.
– Зул… Вальдемарович…
Аэропорт Цюриха напоминал разворошенный термитник, только я разом перестал кого-то видеть и слышать, кроме нее.
– Давай без формальностей, – шагнул к Алисе, и та повисла у меня на шее. Совсем не изменилась, разве что только в лучшую сторону: глаза горят бесовскими огоньками, на щеках румянец.
Приятно было осознавать, что не ошибся. Поставил на карту все, и теперь она свободна и счастлива.
– Зул, – послышался всхлип над ухом. За последние сутки меня оплакали с ног до головы, и эта туда же.
– Поздравляю тебя с прибавлением. Очень рад, что все так вышло.
Чувствовать себя слабым и уязвимым было непривычно. Но никогда бы не подумал, что так приятно.
– Где вас… – проскулила тоненько. – Что с вами сделали?
Она смотрела на меня с такой надеждой, что он никуда больше не денется, что отказать было невозможно:
– Расскажу.
Алиса приехала за мной сама, чтобы никто не мешал поговорить. Мы вышли из здания аэропорта, и я с наслаждением вдохнул полной грудью.
– Сколько Никите?
– Год скоро, – улыбнулась она, выкручивая руль.
– Алекс как?
– Счастлив. Когда дома. Несчастен, когда его дергают в Совет. А они что-то зачастили.
– Потому, что баланс перекосило, Алиса.
Она бросила на меня короткий взгляд, нехотя возвращая внимание к дороге. Швейцарию заметало, а перед моим взглядом стояла выжженная солнцем пустыня…
– Зул, – голос Алисы вывел из ступора, – ты обещал рассказать.
– Я – дракон. – В следующий миг мне пришлось перехватить руль, чтобы мы не въехали в сугроб. – Тормози, Карельская!
– Гербер, – слабо возразила Алиса, все еще не видя дороги, но педаль тормоза нашла. – ДРАКОН?!
– Иногда ты – все еще Карельская, – закатил я глаза. – Пусти за руль.
После рокировки стало спокойнее.
– Куда здесь?
– По главной.
– Вражду между ведами и оборотнями подогревают сейчас искусственно, – продолжил я, нажимая педаль. – Я созванивался с Кирой, обстановка, мягко говоря, хреновая…
– Кто?
– Джинны, Алиса…
Стоило начинать прокручивать в мыслях весь круговорот проблем, и волна угрызения совести накатывала с новой силой. Мне нужно быть сейчас не здесь, а в Канаде, с Кирой! Собрать все сводки, оценить масштабы потерь… Но «Тот, кого нельзя поминать», дал понять ясно – если я не сделаю самое важное для себя – не помогу никому. Еще не начал, а уже устал!
– Помнишь, я говорил тебе про яйцо?
– Я голову сломала за эти десять лет! – вырвалось у Алисы. – Если бы только знала…
– …Ничего бы не изменилось, – возразил серьезно. Не хватало еще, чтобы она себя винила! – У меня украли истинную… Вернее, я позволил.
Как же тяжело было признаться.
– У вас есть истинная? – поползли ее брови вверх. Последней фразе она не придала значения.
– Есть, – голос охрип. Чем больше я думал о Ней, тем сложнее было думать в принципе. Как выдержать последствия собственной ошибки – представлял слабо. Только выхода не было. Моя душа – та же выжженная пустыня, что стала для Нее домом. – И мне нужно ее вернуть.
– Что нужно делать? – сурово вопросила маленькая отважная помощница.
– Мне нужно будет достать кое-что с… того света, – щурился я на дорогу. Внезапно распогодилось, и тучи прорезало ярким солнечным лучом. – А ты «постоишь на стреме». Только времени мало…
– Хорошо, я только домой заскочу, бросим вещи и помчимся к Кифару.
Умница. Я послал ей восхищенную улыбку. План был самонадеянный, но надеятся мне и правда было не на кого…
Я не узнавала дворец. Коридоры пестрели куда-то бегавшими и суетившимися людьми, всюду слышались крики, нос забивали насыщенные ароматы эфирных масел и цветов – от них разболелась голова. Меня провели в невозможно пафосную комнату, богато обставленную дизайнерской мебелью. По периметру струились невесомые тюли, на витражных окнах звенели и переливались нити с драгоценными камнями, на столиках – снова невозможно благоухающие букеты… Я сморщила нос и плюхнулась в ближайшее кресло, приготовившись к экзекуции. Она не заставила себя долго ждать.
Первым делом у меня попытались отобрать мобильный, но были посланы витиеватыми путями. Для этого я даже снизошла до арабского, на котором принципиально не общалась. Что ни говори, а вот ругаться на нем приятно!
Еще приятней, уткнувшись в экран гаджета, игнорировать беготню вокруг меня и косые взгляды.
Только когда прочитала сообщение от Сахира, забыла обо всем по-настоящему. Он прислал мне новостную статью, пробежавшись по тексту которой я выпала из реальности: шейха Харивва Аль Даварра, суд с которым я выиграла, нашли сегодня утром с перерезанным горлом у себя в кровати!
– Сахир! – набрала тут же помощника, игнорируя чье-то недовольное шипение рядом. – Выясни подробности, обстоятельства…
Холодящее душу предчувствие только усилило утренние страхи.
– Ш-ш-шейли, – прошипела смутно знакомая данира рядом, – вам запрещено сегодня заниматься чем-либо, кроме приготовления к вашей… – я вздернула бровь, ожидая, – …вашему представлению высшим. Поэтому уберите все лишнее…
Я привыкла к ненавистно-завистливому отношению женщин дворца. Аршад свел к минимуму мое общение с ними, но сегодня все было не так. Он будто бросил меня в гущу событий, серпентарий, отдавая на растерзание всем им. А еще и эта новость…
– Попробуйте забрать – откушу пальцы, – холодно предупредила я.
– Доложу Повелителю, – не дрогнула та, скопировав мой тон.
– Вперед.
– Шейли, вам многому предстоит научиться, если собираетесь быть достойной спутницей Повелителя, а не… всего лишь его ночной бабочкой, – выдавила та, пугаясь собственной наглости.
– А если хочу быть бабочкой? – наклонила я голову набок, усмехаясь. Та не ожидала такого.
– Повелитель хочет, чтобы ты была его спутницей, – испуганно продолжала она. – Предпочтешь не согласиться с его выбором?
– А ты? – парировала, но ее слова настораживали. Что задумал Аршад? Зачем это все? – Что нужно? Только быстрее.
– Быстрее не получится. Сначала выбираем одеяние, потом – поклонение Алл…
– Это пропустим.
– Нет.
– Не буду.
– Будешь стоять на углях.
Я оскалилась:
– Договорились!
Данира побледнела, а я ответила на входящий звонок:
– Сахир, слушаю, – дыхание сбилось, и я закусила губы, чтобы не начать хватать ртом воздух. Я уже знала, что он скажет.