Страница 21 из 28
– Спи…
Переворачиваю, накрывая ее сверху собой, под возмущенный возглас, как только вытягивает ремень полностью.
Перехватываю перешеек шортиков, сжимая в кулак и проходясь по влажной нежной плоти костяшками пальцев. Ты тоже хочешь… С самого нашего не закончившегося утра! Встаю, стягивая шорты и оставляя её обнаженной ниже пояса.
Моя девочка возмущена!
Облизываю губы. Горько.
Наблюдает за каждым моим движением.
Закрываю дверь, возвращаюсь.
– Разведи бедра.
Ухмылочка…
– Не зли меня. Нет, мне нравится… Но не смогу быть нежным с тобой, а ты у нас опять «девочка».
Её колени медленно приходят в движение.
Рассматриваю.
– Самая… красивая… девочка.
Встаю коленом на диван. Мой палец обрисовывает её изгибы в самых чувствительных местах.
– Тебе… нельзя… – провокационно мурлычет она.
Тяжело сдержать смех. Но разбитые губы не очень располагают к проявлению эмоций.
Мучительно приятно слушать её дразнящие мурлыкания.
Мои большие пальцы рисуют медленные круги по упругим, гладким губкам.
Медленно вхожу ими внутрь. Её глаза закрываются. Прогибается мне навстречу. Немного растягиваю под тихие вскрики.
Соскальзывает с моих пальцев.
– Я сверху… – сдается. – Сможешь быть неподвижным?
Отрицательно качаю головой.
Но послушно падаю на спину.
Продолжим горячее утро?
– Презерватив?… – протягивает руку.
– В куртке, – приподнимаюсь на локтях.
– Расслабься, я принесу…
Девочки топлесс и вполовину не выглядят так эротично, как девочки обнаженные ниже пояса, но с прикрытым верхом. Есть в этом что-то невинно-порочное… Рассматриваю её покачивающиеся круглые бедра.
Выходит.
Мое сердце срывается еще до того, как до меня доходит. А дальше, как с холодильником.
– Женя! Стоп!
Конец ознакомительного фрагмента
Ознакомительный фрагмент является обязательным элементом каждой книги. Если книга бесплатна – то читатель его не увидит. Если книга платная, либо станет платной в будущем, то в данном месте читатель получит предложение оплатить доступ к остальному тексту.
Выбирайте место для окончания ознакомительного фрагмента вдумчиво. Правильное позиционирование способно в разы увеличить количество продаж. Ищите точку наивысшего эмоционального накала.
В англоязычной литературе такой прием называется Клиффхэнгер (англ. cliffhanger, букв. «висящий над обрывом») – идиома, означающая захватывающий сюжетный поворот с неопределённым исходом, задуманный так, чтобы зацепить читателя и заставить его волноваться в ожидании развязки. Например, в кульминационной битве злодей спихнул героя с обрыва, и тот висит, из последних сил цепляясь за край. «А-а-а, что же будет?»
Подрываюсь, выходя за ней.
Но уже поздно.
В одной руке рецепт, в другой – бутылёк с нитроглицерином. Читает…
В моей куртке пять карманов! Почему эта женщина никогда не мажет!?
– Мы не будем это обсуждать, – спокойно вынимаю из пальцев листочек, засовывая его обратно в карман. – Иди ко мне.
Закрывает глаза.
– Прости меня…
Мне жаль, что я так разболтал её психику своим приездом. В её глазах через день – слёзы. То истерит, то плачет, то смеется. Ей это не свойственно…
– Что ты, моя девочка, – обнимаю, вытягивая из рук этот дурацкий бутылек. – Я и не пользовался ими ни разу. Это…
– Прости меня… Я знаю, почему это так.
Целую её шею. Это очень больно. Но не целовать – гораздо больнее.
– Почему?..
– Сердце – это когда мужчина чувствует себя ненужным, неуместным. Когда он не может выразить свои чувства. Прости меня за то, что ты жил так.
– Я сам создал эту ситуацию. Это – цена моего выбора. Всё это я исправлю. Я же нужен?..
Она молчит, но её ласковые руки отвечают на этот вопрос.
Пальцы на моем затылке сносят мне крышу.
– Женечка… Давай потом с тобой пострадаем по поводу моего сердца? Сейчас другие мои органы в гораздо более плачевном состоянии.
Кладу её руку себе на ширинку.
– Ему-то за что? Он ни в чем не косячил.
Смеется… Пряча лицо на моей шее. Пальцы сжимают мой член.
Достаю коробочку из нагрудного кармана куртки.
Подхватываю за бедра, возвращаю в комнату.
Спускаю на диван, освобождаясь от одежды.
Присаживается. Оказываясь на уровне моего партера.
– Привет… – её пальчик скользит вдоль члена, к уздечке.
Обхватывает губами, нацеловывая головку. Медленно, со стонами, облизывая губы. Издевается…
Перехватываю за подбородок. Уворачивается, шлепая по руке.
– Потерпишь… Мы соскучились…
Хочется шлепнуть в ответ. По этим дерзким щекам. Но… ей можно. Пусть.
– У вас минута.
Черт… как же больно улыбаться.
Еще с десяток влажных поцелуев взасос.
Бедра сводит от желания врезаться в этот горячий ротик.
Как она это делает… Ох… Рассматриваю сверху.
Чувствую все вибрации от её мурлыканий и глубоких тихих стонов. Она всегда обожала мой член и открыто признавалась ему в любви. Не то, что мне…
Если её не остановить, не тормознет до самого конца. В этом тоже есть свой кайф. Но я хочу кончать вместе с ней.
– Хватит любезничать с ним, детка!
Подхватываю под колени, роняя на спину. Бедро выше… Мне на пояс.
Её тело всегда пугается, когда я двигаюсь слишком резко. Я чувствую ее сопротивление и сейчас…
Сопротивляется на уровне инстинктов.
Женя вообще очень инстинктивна в сексе, когда не Топит. Если мозги не засорены всяким ванильным бредом, это всегда запускает звериность, самцовость – тестостерон, адреналин, эндорфины… И приносит гораздо больше витального удовольствия, чем любое проигрывание «сексуальности» ванильными женщинами. Из неопытных Нижних эту никчемную дурь выбивают годами, добиваясь непроизвольности реакций тела и психики. Ванильные – вообще безнадежны в своей массе. С ними нельзя заниматься сексом, можно только его имитировать.
Поэтому, как только заканчивается гормональная реакция на запах новой самки, мужчины быстро теряют к ним сексуальный интерес, превращая секс в справление обычной нужды, или ищут новую, которая некоторое время будет вызывать своим запахом эту витальную страсть.
Животность, уязвимость женщины включает ответные базовые инстинкты. Все ощущения становятся острее и глубже на фоне этих гормональных всплесков. Отключается контроль, самоанализ. А эти зоны мозга обычно и гасят центр удовольствия. Мужчина теряет голову…
А Женя… своими непроизвольными реакциями… Хочется насиловать, когда её тело сопротивляется. Запах её адреналина… Это так естественно – брать силой свою самочку. Она так спокойно и естественно принимает это… Редкая женщина.
Но даже это – не весь кайф! Многогранна… Есть у неё и другая ипостась! Я помню свои спейсы под её Топом… И как улетать от её пронзительной нежности и открытости – тоже помню…
– Тише… тише… – её тело сопротивляется, и у меня искрит в мозгах от нетерпения.
– Рррр….
– О, боже…
– «Боинг»?
– Да…
– Хорошо?…
– Да!
Переворачиваю на себя. Почти срывается. Но я перехватываю бедра, насаживая её обратно, под вскрик. Вцепляется мне в руки, распахнув огромные глаза. Можно кончить от этого взгляда…
– Двигайся, – требую я.
Плавно поднимается. Резко возвращаю обратно. Как же круто! Громко, синхронно выдыхаем. Её пальцы пытаются оторвать мои руки от бедер. Она не хочет этого, на самом деле. Это просто тело…
Опять плавно поднимается, кусая губы, опять насаживаю.
Вскрик.
О, да… Ну, как же хорошо это…Нервный шлепок по животу.
– Больно?..
Молчит, кусая губы.
– Нет… но…
Пусть привыкает.
Расслабляется полностью, ложась мне на грудь. Её зубы скользят по моей челюсти. И я снижаю обороты. Плавнее двигаясь ей навстречу.
Мы уплываем…
Такая горячая… непривычно скользкая и…
Твою ма-а-ать!
– Детка… Презерватив…