Страница 13 из 34
— Выпивши, молодой господин становился несдержан. Лез в драку, оскорблял людей, устраивал дуэли. Да и девушки из дома красных фонарей жаловались, что после вас тело все в синяках.
— Э-э, до такого доводить я не собираюсь.
С супругой, к счастью, я развелся несколько лет назад. Не сошлись характерами, как говорят. Да и вместе пробыли мы недолго. Ехать со мной на север она не пожелала. Детей завести не успели. Было бы неплохо оставить после себя потомство на Земле, но с другой стороны оставлять ребенка без отца в таком раннем возрасте — тоже не дело.
— Вчера вы вернулись из города в скверном расположении духа, молодой господин, с кувшинчиком Утренних Слез, — показала она на валяющуюся в углу емкость. На распечатанном керамическом кувшине было нарисовано деревце с листьями. — Лучшее сливовое саке во всем Чайфу!
Если это тара для лучшего в стране пойла, то с промышленностью дела обстоят крайне неважно.
— Значит, после него мне стало худо? — протянул я задумчиво. — Где я его раздобыл?
— Сие мне неведомо, господин Кон, — покачала головой служанка.
Наверное, надо поспрашивать в городе, обойти кабаки. Узнать, кто вздумал травить меня непонятной гадостью. Нет, в какой-то степени я благодарен за то, что оболочка освободилась для новой души. Но этот негодяй являлся врагом Ли Кона, а я унаследовал всех друзей и врагов предыдущего владельца. Жаль, что вторых, судя по всему, больше, чем первых.
— Отрыжка хургла — таково ваше любимое выражение, — пояснила Мо-Шэн. — Зверек это такой крайне вредный.
— Вот отрыжка хургла! — воскликнул я в качестве тренировки.
— И не отличить, милорд! Главное, чтобы не прознали про вашу истинную суть. А до тех пор сможете пользоваться всеми благами гун-наня, наследника правящего рода Чай, — торжественно произнесла Мо-Шэн.
Гун означало нечто вроде герцога, но с местной спецификой, ближе к азиатской. Поэтому называть моего отца герцогом не совсем правильно. Нань же соответствовало баронету. Гун-нань — наследник герцога. Поскольку Триумвират считался чем-то вроде равноправного союза, никто из правителей не брал себе официально титул короля, императора или сегуна. Поэтому к ним обращались, как к гуну.
— Подожди, — закрались у меня смутные подозрения. — Правящий род Чай?
— Да, милорд. Правящий род провинции Чайфу с достоинством носит приставку Чай.
— Ты хочешь сказать, что я — Ли Кон Чай?!
— Именно так, господин, — кивнула служанка, не понимая, что меня так удивило.
Не выдержав, я расхохотался. Смеялся я так усердно, что аж слезы выступили из глаз. Абсурдное имя словно бы снесло плотину благоразумия, которую я старательно воздвигал у себя в голове. Все тревоги и печали, сожаления по поводу смерти, разлуки с родственниками и друзьями — все это одномоментно смыло высоким напором. Больше нет никакого Михаила. Есть лишь благородный герой по имени Ли Кон Чай! И данное имя будет греметь на весь мир!