Страница 30 из 83
— Это называется шантаж и манипуляции.
— А могло бы называться прелюдией, — заявила нагло, уже прекрасно понимая, что выиграла этот спор.
***
Игорь ушёл в магазин, а я бесцельно бродила по пустой квартире, в которой, судя по всему, совсем недавно был сделан капитальный ремонт: выровненные и оштукатуренные стены, идеально выкрашенные потолки, пол, покрытый приличным ламинатом. Но дальше что-то пошло не так, и ни одна из комнат не была доведена до ума, разве что ванная и кухня были близки к завершению, но и им не хватало мебели до полной укомплектованности.
Так на кухне имелся прекрасный гарнитур, плита, холодильник, но на месте обеденной зоны расположился стол советских времён, весь перемазанный в краске, да и вообще видавший виды. В ванной комнате была широкая ванна, новенький унитаз, стиральная машинка и… всё. Количество мебели в квартире можно было пересчитать по пальцам, что плохо вязалось у меня с образом Игоря, ездившего на приличном авто и носившего костюмы более чем достойных марок. Всё это давало пищу для размышлений, но озвучить их вслух я так и не решилась: то ли побоялась лезть в не свои дела, то ли просто отвлеклась на пакет с продуктами, принесённый Игорем.
***
За окном была глубокая ночь, даже по московским меркам. Мы расположились прямо на полу в одной из пустующих комнат, где хозяин квартиры услужливо расстелил плед. Болтали о какой-то ерунде, целовались и просто наслаждались моментом. Я сидела, прижавшись к плечу Ключевского, и жевала узбекскую лепёшку, запивая её кефиром прямо из тетрапака. И казалось, что прекрасней пищи в моей жизни ещё не было.
Уже под самое утро, когда до звонка будильника оставалось всего ничего, Игорь вспомнил про то, что так и не стребовал свою «прелюдию» за геройский поход в магазин. И всё завертелось по новой. Последнее, что я помнила, были мои хриплые стоны, контролировать которые не оставалось никаких сил. Именно после этого я и провалилась в сон, откуда меня утром так бесцеремонно попытались вытащить.
— Исчезни, — пробормотала я, когда поцелуй в плечо неожиданно превратился во вполне ощутимый укус. Над ухом раздался самодовольный хохот Ключевского.
— А ночью ты возражала, — многозначительно заметил он. А затем его руки нырнули под простынь и… нагло перевернули меня на спину. Я зажмурилась от яркого света — солнце за окном светило уже во всю — и попыталась отмахнуться от этой бессовестной сволочи. Но Игорь был настойчив и не собирался отступать просто так, продолжая меня тормошить. — Так, Олеся Юрьевна, не позорьте свою фамилию. Наберитесь немного бодрости и закройте за мной дверь.
— Какую дверь? — промычала, пытаясь натянуть простынь на глаза, но та не поддавалась, придавленная чужим телом.
— Входную.
— А ты сам не можешь?
— Не могу. Она закрывается на ключ, а комплект у меня один. Ты потом не выйдешь, придётся ждать вечера, когда я вернусь и открою.
— А зачем тебе куда-то? — соображала всё так же туго.
— Работа, — усмехнулся Большой Босс, и до меня наконец-то дошло. Резко подскочила на постели, даже не подумав придержать простынь.
— Офис! Морозова!
Вид у меня сейчас был более чем шикарный: торчащие во все стороны волосы, красные от недосыпа глаза и тёмные круги под ними. Попыталась выбраться из постели, но Игорь неожиданно не позволил, опрокинув меня обратно на спину.
— Успокойся. Оставайся здесь, выспись, а я что-нибудь придумаю. Скажу Регине, что дал тебе индивидуальное задание…
— Вот они — преференции любовницы начальника, — не удержалась я от сарказма и скинула его руку со своей груди.
Ключевский закатил глаза.
— Не передёргивай. Мне просто ехать надо, иначе в пробки встану. А тебе бы не помешало немного отдохнуть.
— Сама доеду! — ругнулась я, выпрыгивая из кровати и начиная метаться по спальне в поисках одежды. Впрочем, весь комплект нашёлся аккуратно висевшим на стойке. Правда, моему гардеробу это не помогло — одежда была безнадёжно измята. — Блин, в общагу надо.
— Олесь…
— Нет! — сходу оборвала я его. — Мы не будем мешать одно с другим.
— Никто и не мешает. Но и делать вид, что ничего не было, я не собираюсь. Если в моих силах поступить в твоих интересах...
— В моих интересах сегодня быть на практике и вкалывать так, чтобы даже у Регины Евгеньевны зубы свело от того, что ей прицепиться не к чему.
Игорь промолчал, а я судорожно застёгивала пуговицы на блузке. Вот и кончилась сказка про Золушку, разбившись об её внутренние загоны.
— Ладно, — вдруг сдался Ключевский. — Отвезу тебя до общежития.
Я хотела было возразить, но он и слушать не стал. Как ни странно, до общаги мы доехали быстро, за что водитель был награждён быстрым, но чувственным поцелуем, после чего я на всех парах понеслась в сторону входа, сверкая голыми пятками — надевать шпильки не было времени.
И каково же было моё удивление, когда через двадцать минут я, успевшая принять душ, почистить зубы и переодеться, встретила на всё той же парковке Игоря с двумя стаканами кофе в руках и самой очаровательной улыбкой на лице.
— Опоздаешь же, — обречённо покачала я головой.
— Начальство не опаздывает, оно задерживается, — как ни в чём не бывало отозвался он.
Путь до офиса занял чертовски много времени (на метро было бы в разы быстрее), но некоторые решили быть джентльменом до конца. Зато я успела накраситься, окончательно приведя себя в рабочий вид. Высадить меня выпросила за остановку до офиса, Игорь хоть и не оценил, но послушался, за что получил второй поцелуй за утро. Или это я получила? Не суть… Несмотря, на всю суету и поспешность, утро казалось мне практически идеальным. Ровно до того момента, когда, вылезая из машины Ключевского, я практически лицом к лицу столкнулась с Илюшей.
Ещё ничего не понявший Илья расплылся в приветливой улыбке и, качнув своей кудрявой головой, воскликнул:
— Олеся!
Я ответила примерно тем же, правда, радость моя выдалась крайне натянутой — автомобиль Ключевского всё ещё продолжал стоять за моей спиной, действуя на нервы. Вот взять бы Игорю и с ходу стартануть в свой любимый офис, он же с утра так рвался туда! Но нет, мой новоявленный любовник предпочёл внимательным взглядом прожигать мне спину.
— Илюшка! — решила я действовать в соответствии с правилом, что спасение утопающих — дело рук самих утопающих, и взяла парня за руку. — Побежали! Опаздываем!
И действительно потянула его вперёд. Никулин сдвинулся с места и уже пошёл за мной, продолжая сиять как новенький пятак, ровно до того момента, пока что-то не заставило его посмотреть мне за плечо. Реакция парня оказалась столь скорой, что я даже запереживала, а не вышел ли Игорь из салона. Резкий поворот головы назад — Большой Босс находился за рулём, и смотрел на нас, чуть сдвинув брови, словно оценивая происходящее.
На самом деле ситуацию можно было легко разрешить, рассмеявшись и выдумав историю о том, как Игорь Валерьевич случайно встретил меня, проезжая мимо станции метро. Но я переполошенно вцепилась в Илюшу и попросила:
— Пойдём же!
Моё желание увести его подальше от места встречи выглядело столь очевидным, что у Никулина просто не было шансов понять всё неправильно.
— Олеся, ты с ума сошла! — непривычно жёстким тоном рыкнул он на меня. С этим бы я справилась легко, если бы не Игорь, в вопросительном жесте изогнувший бровь, тем самым интересуясь, не нужна ли мне помощь. Я отрицательно мотнула головой, не желая устраивать разборки на глазах у Игоря.
— Илья, пойдём, пожалуйста! — сквозь зубы процедила я, злясь на саму себя за то, что изначально так глупо себя повела.
Мой собеседник неожиданно послушался и недовольно отправился вслед за мной. Почти тут же раздался шелест шин по асфальту, ознаменовавший тот факт, что Ключевскому таки хватило совести оставить нас наедине.
Смирение Никулина закончилось метров через десять, после чего он остановился и всплеснул руками, аки наседка, и назидательно повторил: