Страница 41 из 54
— Я готов, — шепчу я ей на ухо, обхватывая миниатюрную фигурку и прижимая поближе к себе.
Чарли сразу не отвечает, но когда начинает, в ее словах оседает необузданная страсть, отчего понимаю, что она говорит о самой настоящей любви ее жизни. Меня вдохновляет слышать, как Чарли раскрывает саму природу души.
— Ты уже заметил крышесносящее количество голубого?
— Да, — киваю я.
— Но если ты как следует начнешь рассматривать, по-настоящему позволишь разуму исследовать сложности вида перед собой, тогда начнут появляться и другие цвета. Например, само небо не просто голубое. Оно черное в некоторых местах, а затем медленно переходит в темно-синий и морской. В конце концов, свет звезд окрашивает небо в ярко-бирюзовый цвет, особенно вокруг луны.
Я целую ее в шею.
— А что еще?
Хихикая, Чарли поворачивается ко мне:
— Песок, ближайший к приливу, ярко-золотой при лунном свете, но другие участки скрыты и затенены. Я буду использовать темно-оранжевые и коричневые тона, чтобы затенить эти области. — Я нежно целую Чарли, вдохновленный описанием. — И белый, — гордо заявляет Чарли. — Он везде. Его используют для выделения элементов или смешивания цветов, чтобы получить идеальный тон. В этой ночи очень много белого. Многие думают, что вещи окрашены в один оттенок, но все является смесью при правильном сочетании. Восприятие черного неба, эмоции, которые выплывают при рассматривании звезд. Именно это я хочу забрать с собой в Нью-Йорк.
Я целую ее в мочку уха.
— Мне нравится слушать твои рассуждения о рисовании. Покажешь свои картины, когда мы вернемся?
Чарли кивает. Ее волосы щекочут мне щеки, хочется повернуть Чарли к себе полностью, но не хочу слишком сильно отталкивать. Желаю насладиться каждым моментом пребывания с ней.
— Извини, что напугал тебя, — прошу прощения, водя носом по ее шее.
Теплой рукой она находит мою и нежно начинает ее гладить - такой интимный акт, который мог быть только у любовников.
— Не напугал. Я была очень рада, что ты так долго сдерживался, — вздыхает Чарли. — Я не могу винить тебя за то, что ты повел себя так из-за поведения того мужчины.
— Болит рука? — спрашиваю я, приподнимаясь, чтобы проверить.
Чарли опускает взгляд на отметину, и непонятное выражение искажает ее безмятежные черты.
— Нет. Не совсем, думаю, что краснота исчезнет к завтрашнему утру.
Я смотрю в ее распахнутые голубые глаза, пытаясь найти любую спрятанную боль.
— Хорошо.
— Нам надо ложиться, Джуд, — улыбается Чарли, укладываясь на подушку, а я - обратно к ней.
— Не думаю, что у меня получится лежать подле тебя просто так, — отмечаю я, вдыхая ее ванильный аромат.
— Знаю. Чувство, будто я выпила три чашки кофе.
Чарли вздыхает; ее пуль действительно учащенный, что я могу ощущать пальцем, которым вожу круги под ее топом. Стоит остановиться и убрать руку. Но это не поможет уснуть, потому что сложно игнорировать ее сексуальное, соблазнительное тело.
— Нам стоит подумать о других вещах, — тихо уточняет Чарли.
— Х-м... например?
— Не знаю. Монашках, детях... о лютой фигне, — смеется Чарли.
Я ухмыляюсь:
— Ничего из этого меня не устраивает.
— Ш-ш-ш... мы же типа спим, — тихо смеется она, зарываясь в подушку лицом.
— Спокойной ночи, Чарли, — уступаю я, прижимая ее к себе.
— Спокойной, Джуд.
Чарли
Теплое дыхание и мягкая щетина ласкают шею прямо за ухом, и я жадно и инстинктивно устремляюсь навстречу ощущениям. Даже в сонном состоянии, когда Джуд мягко покусывает мою кожу, из глубины тела вырывается стон. Его настойчивые прикосновения заставляют сознание начать просачиваться наружу. Я сдерживаюсь так долго, как могу, пытаясь остаться в этом кратком моменте блаженной пустоты, где есть только мы.
— Я должен идти, Чарли. Мы должны быть готовы для съемок через тридцать минут.
Нет.
Я протестующе стону, когда сонное состояние рассеивается.
— Не заставляй меня. Давай просто проспим весь день.
— Хотелось бы, но будет весело, как только доберемся туда. Ты, наверное, никогда не видела действующий вулкан.
— Это должно заставить меня встать? — стону я, пытаясь перекатиться к Джуду, но он уже сполз с кровати.
Джуд усмехается и наклоняется, чтобы снова поцеловать меня:
— Вставай, красотка. Встретимся в вестибюле.
ГЛАВА 18
Чарли
День пролетел так быстро, что, когда иду поужинать в ресторан, осознаю, как целая неделя занятий втиснулась в последние несколько часов. Этим утром, после того, как Джуд практически вытащил меня из постели, команда отправилась на Хуалалаи, действующий вулкан на западной окраине острова. Пока мы ехали туда, я узнала, что «активный» - относительно свободный термин по отношению к вулканам. Этот не извергался с тысяча восьмисот первого года, так что фотосессия прошла в целости и сохранности.
Все модели были одеты в облегающие красные и черные купальники разных фасонов. Команда визажистов сделала нам темные дымчатые глаза и нанесла столько туши, что я с трудом могла поднять веко. Это сильно отличалось от предыдущей практики, но Джуд был прав; как только мы туда добрались, все закончилось по-настоящему весело. Мы не делали никаких сольных снимков. Райан руководил нами в небольших группах, а затем мы сделали несколько снимков со всеми десятью из нас для больших центральных обложек журнала. Они должны быть артистичными и сексуальными. Я не думаю, что кто-нибудь будет смотреть на вулканы после того, как увидит нас в бикини.
К счастью, журнал выйдет только через пару месяцев, что дает мне достаточно времени забыть о надвигающейся славе. Черт возьми, может быть, я пропущу выпуск и просто притворюсь, что его никогда не было. Единственным доказательством будет большая толстая зарплата, лежащая в банке по возвращению домой.
Поскольку это наша последняя ночь на Гавайях, вся команда собирается в ресторане отеля на ужин. Мне грустно и радостно возвращаться завтра домой, но я скучаю по собственному пространству вдали от сумасшедших моделей и навязчивых визажистов. Пусть я и наслаждалась раем, мне не терпится вернуться к обычной рутине.
За исключением того, что не закрыт вопрос о Джуде. Я намеренно не думала, как изменятся наши отношения, когда вернемся в Нью-Йорк. Я хочу перенести все чувства, которые у меня были здесь, домой, но не могу вечно избегать правды. Наивно думать, что у нас есть какое-то будущее.
— Чарли! — Белла зовет меня по имени, вырывая из мыслей. Я поднимаю взгляд и вижу, что она стоит с несколькими моделями прямо у входа в ресторан, ожидая, когда я догоню ее.
— Привет, спасибо, что подождала, — говорю я, пытаясь стряхнуть черную тучу, которая внезапно омрачила настроение. Странно, как быстро это безнадежное чувство может пробраться обратно в мой мир. Я заламываю руки. Это от мыслей, что все с Джудом заканчивается? Я долгое время была одна; в этом нет ничего нового.
— Без проблем, но я умираю с голоду, так что пойдем и поедим. — Она берет меня под руку и тянет в тропический ресторан.
Сам ресторан великолепен, и у них есть открытые залы на крыльце, так что гавайский закат становится фокусом всей западной стороны. Океанские волны слышны поверх мягкой островной музыки, льющейся из углов помещения.
Современные факелы украшают стены по периметру, предлагая знойное освещение и направляя наш путь к крыльцу, где хозяйка объявляет о нашей вечеринке.
Открытая веранда окутывает ресторан теплой влажностью. Хорошо, что я выбрала тонкое платье с перекрещенными ремешками. Волосы собраны в беспорядочный низкий пучок, но несколько прядей уже выбились из-под прически. Мне приходится продолжать уговаривать их вернуться, пока ветерок нежно щекочет ими щеку.
Я знаю, что Джуд уже здесь, потому что Райан попросил его спуститься пораньше. Я надеялась, что у нас будет немного времени вместе после съемок, но в итоге мы вернулись позже, чем ожидали. Весь день я был занята тем, что меня щипали и тыкали, пока он фотографировал. С сегодняшнего утра мы не могли сказать друг другу больше двух слов. Странно, как быстро может вернуться неприятное ощущение в животе. Будто Джуд обладает способностью расслаблять меня, и когда его нет рядом, желудок сжимается в тот же тугой комок, который был последние четыре года.