Страница 66 из 95
— Простите, маменька… Это меня называют Владычицей. Но не переживай! У меня теперь много друзей и защитников! Мне и брату ничего не угрожает!
— Что… происходит?
— Понимаешь…
Кассандру перебивает Физаролли.
— Так распорядилась судьба. Еще до её рождения мы знали, что она будет нашей госпожой. Но вашу деревню смогли найти не сразу.
Мать Кассандры с трудом понимала, как жизнь могла так круто повернуться. Наконец, она смогла выдавить из себя новый вопрос.
— Что с рукой?
Кассандра подняла руку и пошевелила металлическими пальцами.
— Во время побега один из налетчиков кинут отравленный кинжал. Яд был особым, и мне отрезали руку. По словам врачей, еще пару минут промедления — и я бы умерла.
Женщина вздрогнула.
— Почему ты так спокойно говоришь о смерти?! Тебе же всего восемь лет!
— Я знаю, маменька. Однако… Некоторым на это плевать. Моя рука и шрамы — тому доказательство. Я должна быть сильной. Это все, что я хотела сказать. Выздоравливай. Я навещу тебя, когда поправишься.
Кассандра накинула плащ, и собралась выходи, как у двери её настиг окрик матери.
— Ты никуда не пойдешь! Некуда, поняла меня?! Выпорю!
Кассандра замерла. Угрозы поркой прочно сидели в её голове. Но будто в ответ на эти угрозы зачесались шрамы. Кассандра поняла, что порка для нее теперь — детский лепет. Там, в небесной темнице она пережила нечто более страшное.
— Прости, маменька. Мне нужно идти.
И накинув капюшон, она покинула палату. Вслед за ней ушла и Шах. Физаролли тяжело вздохнул.
— Ваша дочь уже пережила многое. Налет разбойников на деревню, отсечение руки, пытки… На войне дети взрослеют быстрее. Если захотите связаться с нами, когда поправитесь, найдите торговца с таким знаком, и спросите у него, за сколько он готов продать смерть. С остальным разберетесь на месте.
Он протянул женщине небольшой листок с нарисованной на ней пентограммой. Внизу была надпись — «Пляска Ада», но женщина не могла её прочитать. Пока она рассматривала листок, фигура в плаще покинула комнату. Теперь громоподобному цоканью каблуков сопуствовал скрип металла.
*возврат в режим дневника*
После посещения матери Группа вернулась на главную базу Легиона Когтя, и продолжили обучение Кассандры.
Светлые потеряли интерес к месту крушения, лишь спросив у людей, что они видели. Лишь часть магов заявила, что видели «сверкающую серебром стрелу, летящую по небу». Про людей ничего не упоминалось. Дело было заморожено.
На Императорского голема напала еще одна группа приключенцев. Однако она потерпела сокрушительное поражение. Как оказалось, голем еще и обучается, и теперь он почти несокрушим. По крайней мере, ни у одной страны пока нет оружия, чтобы победить его.
*день 44*
Мать Кассандры окончательно выздоравливает, и её выписывают из лечебницы. Одновременно с этим наступает осень, и торговцев становится просто несметное количество. Походив по рядам, она находит торговца с нужным знаком. После короткого разговора по душам торговец завязывает женщине глаза и проводит её до одного из тайных домов ордена Пляска Ада. Именно там и назначена встреча. Кассандра, уже на полголовы выше Иглы, приходит в том же наряде, что и в прошлый раз. Разве что волосы завязаны в тугую косу, опускающуюся ниже пояса.
*перехожу в режим повествования*
Мрачное поместье, одно из многих. Этим оно и прекрасно — не вызывает подозрений. На нижнем этаже организована небольшая гостиная. Стол, и два дивана по обе стороны. На одном из диванов со всеми удобствами устроилась Кассандра. За прошедший месяц она немного изменилась. Заметно подросла телом… И очень сильно волей. Уже сейчас её взгляд мог вызывать неприятные ощущения у того, кто смотрит ей в глаза. По правую руку от нее сидела Игла — сейчас она больше напоминала кошку, нежели наставника. На коленях Иглы разлеглась серая лисица, с сверкающими серебром лапами. Слева от Кассандры сидела Разум. Она сама изъявила желание встретиться с матерью Каси после её выздоровления. Около двери, вытянувшись по-строевому, стояла Дуся. В этот раз на ней был черный смокинг. По совету Разум она играет роль дворецкого. Естественно, из всей этой фразы Дусе понравилось слово «Играть». Ну а на отдельном кресле во главе стола расселась Альма. Физаролли и Разум чуть ли не единогласно заявили, что Альма там необходима — кроме нее никто не может сказать, что в голове у матери Кассандры. А за спиной Кассандры застыли двое — Анри и Роджи. Оба заметно подросли, но держатся идеально. Разве что взгляд роджи кажется… затуманенным.
Раздается условный стук. Дуся, как подобает настоящему дворецкому, приоткрывает дверь.
— Рада видеть вас, сэээр. Рада видеть вас, мэээм. Ваш пароль?
Все видели лишь беспристрасную хитиновую маску, однако Альма знала — Дуся ржет как ксеноморфная лошадь у себя в мыслях. Из-за двери донесся мужской голос.
— Звезда упала в полночь.
— Вас ждут. Прошу.
Дверь плавно открылась, и Дуся застыла у двери, пропуская гостей вперед. В дом зашли двое — молодой мужчина в богатом дорожном костюме, и женщина в обычной крестьянской одежде. Женщина застывает, видя свою дочь.
— Каси…
Девочка поднимает взгляд.
— Доброе утро, маменька.
Знакомые слова режут сердце. Дворецкий провожает её до дивана и приглашает сесть. Торговец отмахивается, и по-хозяйски уходит на кухню. Повисает неловкая тишина. Первой её нарушает Кассандра.
— Маменька, вы хотели о чем-то поговрить?
Мать скрипит зубами.
— Каси… Ты все еще не хочешь уходить?
— Нет.
— Почему?!
Девочка хмыкает.
— А почему нет?
Со стороны лисицы слышится… хрюк? Однако не это главное. Главное — крик, сотрясающий дом.
— ДА ПОТОМУ ЧТО ТЫ ЕЩЕ РЕБЕНОК!!!
— Маменьк…
— Как ты можешь распоряжаться своей судьбой, если еще на горшок не отучилась ходить?! А?! Отвечай!
Кассандра спокойно смотрит на свою мать. Ту охватывает страх. Раньше дочь и не смела поднять взгляда от пола в такой ситуации, теперь же… Будто она кричит на мужа. Такой же спокойный взгляд. Наконец, Кассандра начинает говорить.
— Маменька, может, вы ответите на один вопрос? Как вы сможете защитить нас с Анри от тех разбойников, что сожгли нашу деревню?
— Они уже в петле, я уверена! Вам больше нечего бояться! Я уверена…
— Прости, маменька, но нет.
Кассандра задирает рукав на живой руке, показывая шрамы. Чем выше задирает рукав, тем больше округляются глаза у матери. А добивает её большой шрам на плече. Такие печати обычно ставят опасным преступникам. Кассандра продолжила.
— Все эти шрамы мне оставили те, кто напал на нашу деревню. Стоило мне один раз выйти на улицу. Я увидела «доброту» этих людей. Из-за того, что меня отметила судьба, они не отстанут. Я не могу просто так уйти домой.
Мать поникла. Внутри её сердца кипела буря.
— Ну уж нет. Тебе точно промыли голову. Я спасу тебя, и Анри! Нет. Вы только гляньте, к ним пришла родная мать, а одна дерзит, второй даже не поздоровался!
— Доброе утро, маменька. Я не хотел вмешиваться в ваш разговор с сестрой.
— Да как вы не понимаете?! Я вас родила! Я научила вас всему! Я… вы должны быть благодарны и слушать меня!
Она сжала кулаки. Резко поднявшись, она развернулась и направилась на выход. Её никто не остановил. Даже дверь открыли. Дуся, продолжая играть в дворецкого, сказала в спину:
— Мы были рады видеть вас здесь. Заходите еще.
Мать в ярости бродила по городу. Что же это было? Что с её дочкой? Почему она такая своенравная? И проходя по церковной площади, её взляд наталкивается на церковь. Святые символы приводят её в чувство. Ну разумеется! Её дочь одержима демонами! А спасти её могут только священники! Или паладины! Женщина бросилась в церковь. На её счастье, священник был свободен, и довольно свободно общался с статным мужчиной в сверкающих доспехах. Паладин! Какая удача!
— Ваше преосвященство, помогите! В мою дочь вселились демоны!