Страница 51 из 142
— Знаешь, в чём преимущество быть мёртвым? — невзначай спросил Старейшина. — Мы не видим снов.
— Вы не живёте, — парировал Оскар.
Подобное столь нелепое заявление напрягло человека. Оскару показалось, что этими словами Старейшина предложил ему встать на свою сторону и принять бессмертие от него.
На этот счёт человек тоже думал, ведь в лагере существ собрались представители разных слоёв населения: от слабых и молодых до древних и невероятно сильных паранормальных тварей. Все они находились в одном месте и сотрудничали друг с другом в надежде выиграть, отстоять свои права.
Драконы со своим немногочисленным количеством и довольно явной угрозой полного уничтожения. Вампиры, что всегда держались поодаль таких глобальных конфликтов.
И, судя по слухам, это не все. Лидеры между делом говорили о возможном подкреплении, что ожидается со дня на день.
Подобный интерес и активность обусловлены прибытием на фронт Посредника, которому существа беспрекословно верили — Каина де Блуа-Шампань. Особенно Лейбиона. Тёмный дракон с незапамятных времен сотрудничает с тёмным магом и, более того, именно он первым из существ доверился человеку. Правда, подобную преданность и самоотверженность Лейбион не испытывал к сыну Посредника, что имел такие же права.
— Это не так… — поправил собеседника старик. — Становясь вампиром, человек не умирает, он просто эволюционирует.
— Но его тело более не живёт, — напомнил человек. — Оно не дышит, а его сердце не качает кровь. И из-за этого…
— Это так, — согласился с заклинателем драконов Старейшина.
Вампир обречённо опустил вниз руки. Он подошёл ближе к собеседнику и сел на краю кровати, недалеко от мальчишки.
— Но такова наша природа. А у тебя? — Старик пододвинулся ближе к человеку и прикоснулся к щеке. — Ты породнился с существами, но при этом сохранил чистоту генов.
— О чём вы? — с опасением уточнил мальчик, внимая каждому слову собеседника.
Заклинатель драконов понимал свой статус в лагере и то недоверие, что к нему испытывали другие. Однако поведение лидера вампиров он никак не мог объяснить. Старик относился к нему как к внуку — бережно, с опасением, — будто боялся ему навредить.
— Оскар, — окликнул мальчика Старейшина. — Эленорма приложила очень много усилий, чтобы вырастить тебя достойным представителем общества, но она не учла одного влиятельного фактора — ты никогда не сможешь стать обычным человеком.
Старик опустил руку, скользнув холодными пальцами по бледной щеке собеседника, которую густо покрывали рыжеватые веснушки.
Эти слова напрягли заклинателя драконов. Оскару показалось, что вампир сказал: «у тебя никогда не получится ужиться с людьми — ума не хватит».
— Не сможешь жить рядом с себе подобными, не оборачиваясь назад с опаской, — закончил свою речь Старейшина.
Древний вампир в самом деле считал мальчишку одним из своих детей, но за этим скрывалось нечто ещё. Чуждое, далёкое и, казалось, болезненное.
— Я не понимаю, — открыто признал заклинатель драконов.
— Ты человек, — напомнил Старейшина, — но факт влияния на твой организм крови и других физиологических жидкостей существ нельзя исключать. Тело изменилось, как и гены. Пусть немного, но этого достаточно.
Старик выдержал паузу, не зная стоит ли говорить ещё более устрашающие слова. Ведь сказать человеку, что он им более не является, сложно. Старейшина часто с подобным сталкивался. Его дети не всегда раздумывают о последствиях своих действий и решений, из-за чего много людей перешли на сторону живых мертвецов, обретя бессмертие. Сказать некогда живому, беззаботному человеку, что в его груди не бьётся сердце, а для выживания он будет вынужден убивать себе подобных, самое сложное.
— Оскар, то что ты видишь, это важно, — строго заявил вампир.
Мальчик фыркнул, отмахнувшись от собеседника.
— Неужели? — с иронией спросил он. — Тогда почему я не могу понять смысл?
— Древняя магия, — многообещающе прошептал вампир, — она утратила свое былое величие, но… она есть, она вокруг, она нас всегда сопровождает. — Старейшина с каждой сказанной фразой повышал голос. — Она сейчас находится в тебе и подле твоей матери.
Оскар припомнил сон. Тогда мальчик невольно подумал, что вампир проник в его мысли. Он слышал, что живые мертвецы способны на это, однако ему ранее никогда не доводилось встречаться с ними лицом к лицу, а тем более проводить вместе много времени, как сейчас.
— Всё равно не понимаю, — нехотя признал мальчик, огорчённо покачав головой.
— Ты Посредник. Такой же, как и Каин де Блуа-Шампань.
Сравнение с отцом в определённой степени порадовало мальчика. Он считал, что если не может использовать магию, то не имеет права находиться в этом лагере.
— Помоги существам выжить, — попросил вампир, — укажи им путь сквозь тьму. Стань путеводным лучом для тех, кто слеп. В этом твоя сила… — Старик устало вздохнул, будто выдохся от этого продолжительного, напряжённого разговора. — Ты поймёшь смысл моих слов, но позже.
Старейшина встал, попутно похлопав молодого человека по ноге, сокрытой под тонким покрывалом.
— Пошли, — приказал вампир, смотря мальчику вслед через плечо, — докажи всем, что тебя оставили в лагере не просто так.
— И как мне это сделать? — бросил вдогонку собеседнику Оскар.
Старейшина не спешил отвечать. Он понимал, что человек доверился ему всецело и без остатка. Осознание этого слегка потешило самолюбие вампира, ведь он понимал насколько Посредник юн и неопытен.
— Делай то, что у тебя получается лучше всего, — попросил старик. — Раскрой потенциал других, просто находясь рядом с ними.
Оскар ранее слышал подобное от других, да и сам замечал это за собой.
— Верно, — согласился со словами вампира дракон.
В проёме палатки появился Волестраз в своём человеческом облике, сложив руки на широкой груди. Он ждал напарника, вернее, Посредника, с которым привык бороздить свободные небесные просторы.
— Наш выход, — напомнил огненный дракон.
Волестразу не терпелось вступить в бой. Показать свою прыть, силу и мощь, а также навыки, которыми обладал молодой представитель рода де Блуа-Шампань.
Оскар подскочил с места. Он подошёл к верному другу, встав возле него, как возле старшего брата, что защитит его в случае чего.
— Я хочу доказать Лейбиону, что мы не зря едим свой хлеб, — заявил огненный дракон.
Он потянул мальчика за руку к выходу из палатки, где под открытым небом будет больше пространства для преображения.
— А если ничего не выйдет? — уточнил Оскар, потянув руку напарника обратно вниз, на себя. — Если мы проиграем?
— Этого не будет, — уверенно заявил Волестраз, — даже если ты оступишься, я поддержу.
Огненный дракон совершенно не сомневался в своих словах и намерениях. Он будто знал, что сможет защитить беззащитного человека, что бы ни случилось.
Так и было. Волестраз настолько привык к компании человека, что чувствовал себя безопасно в его присутствии.
Как только Оскар положил руку на спину напарника, огненный дракон принял свой истинный облик. Черты прочного скелета исказились: в одних местах они стали больше, параллельно удлиняясь. Человек воспользовался случаем и не отпустил загривок, который преобразовался в плотный гребень проходящий вдоль всего хребта.
Волестраз резко раскрыл крылья и взмыл ввысь, сильно прижав передние лапы к земле в качестве механизма. После него внизу остались лишь поднимающиеся клубы густой пыли.
Дракон направился прямиком к полю боя. Он не спешил идти на снижение, а, напротив, кружил в воздухе.
Вскоре Волестраз заметил в стороне Лейбиона и его войска. Назвать так несколько взрослых огнедышащих особей было глупо. Однако именно это малое количество рептилий могло сравниться с целым отрядом. Драконы сжигали своих противников, извергая из пастей жаркий огонь.
Внизу бились представители других существ, которыми с тыла командовал Старейшина.
Это были все представители власти в лагере на этот момент, но, как Оскар слышал ранее, к ним должны присоединиться другие.