Страница 99 из 101
Изображение метнулось вниз, к одним из ворот Храма, которые тут же открылись, выпуская из своего чрева одинокую тощую фигуру древнего старика. Он на минуту завис над ступенями, глядя на стремительно приближающихся к нему воинов, а затем воздел руки вверх. Повинуясь его движению, все нападающие взмыли в воздух, на пути чернея и скукоживаясь будто лист бумаги в жарком огне. Руки упали и черное облако пепла начало медленно опускаться на ступени Храма и на окружающую его землю. Старик еще несколько мгновений повисел, любуясь содеянным, а затем развернулся, скрываясь в темноте Храма…
Миг, и вот я снова на ступенях, гляжу на запертые ворота Храма Всех Стихий, а мое сердце разрывается от страха за стоящую за моей спиной принцессу. Миг. Еще миг. Сердце режет, будто тупым ножом. Прошла секунда, другая, третья. Ворота не открылись. Ни звука, ни шевеления.
Еще секунда. Еще одна. Я, будто против своей воли, сделал шаг вперед, затем еще и еще, опуская руки на кованные ручки ворот.
Я утвердительно кивнул, и врата с тихим скрипом разошлись в стороны, а я замер на пороге, вглядываясь в полутьму Храма, освещенную лишь слабым сиянием голограммы, зависшей в середине зала: она изображала глобус Волшебного Мира и освещала лишь небольшой участок пола под собой, но и этого хватило, чтобы рассмотреть лежащие на полу останки. Покрытые пылью тела, казалось, пролежали здесь тысячи лет, превратившись в мумии, а может и не казалось, может столько они здесь и пролежали. Мои шаги глухо отразились от голых стен, наполняя мертвое помещение иллюзией жизни, и я склонился над мумией орка. Он высох до каменного состояния, но даже так на его лице была видна победная улыбка. Останки второго были гораздо менее целыми, и я поспешил положить на них руку, развеивая их от греха подальше. Простынь логов я смахнул в сторону: почитаю их позже, а пока…
— Отец? — Рядом с мумией на колени упал Абордажных дел мастер, не скрывая текущих по щекам призрачных слез.
Я положил руку на его плечо, не зная, что сказать.
— Он спас тебя, — рядом встала Яра, — тогда, когда вы шли на остров с войной. И он спас всех нас сейчас, задавив эту гадину раз и навсегда. И он умер счастливым. Очень счастливым. Вот только дух его остался заточенным в этой оболочке. Надо освободить его. Думаю, огненная стихия, там внизу справится с этой задачей…
Еще минуту призрак ничего не говорил, тихо роняя слезы, затем, так же молча поднялся, поднимая на руки невесомое тело и медленно побрел к выходу. Гномы и оставшиеся в живых сокланы, понурив головы пошли вслед за ним. Я добрел до ворот, протягивая руку назад, чтобы ощутить в своей ладони ладошку принцессы, но наткнулся только на пустоту.
— Яра, ты чего? — Я обернулся на застывшую посреди зала принцессу, но она меня будто не слышала. — Идем, — пришлось вернуться и положить руку ей на плечо, — пойдем, нас ждут.
— Иди, — мягко сказала она, поворачивая ко мне полные слез глаза, — иди, дальше я пойду одна.
— Что? Куда? Почему одна? Идем, нехорошо в такой момент заставлять себя ждать.
— Я пыталась, я все сделала… но видимо этого мало…
— О чем ты говоришь? Я ничего не понимаю.
— Конечно, я простая смертная, а она богиня, но я как дура надеялась, что ты сможешь забыть ее, но нет. И я, все же, принцесса и не могу быть второй, так что я пойду одна. Мне нужно освободить свой народ… своего отца… они уже три сотни лет страдают в плену в преисподней демонов, без возможности возродиться, без шанса уйти на перерождение. Я думала, что я уговорю тебя сделать это вместе, но, видимо у меня не получилось заставить тебя ее забыть… но вызвав тварь Мораны, ты напомнил мне кто ты и с кем связан…
— Яра, ты же осознаешь, что я сейчас ничего из твоих слов не понял, о чем ты вообще говоришь?
— О твоей жене. О богине смерти и развоплощения, о Моране. Пока ты с ней у нас ничего не получится. И к Исполнителю Желаний я пойду одна. Пора освободить мой народ.
Принцесса отстранилась и повернувшись пошла к арке на противоположной стене зала.
— Стой, — я схватил ее за руку, но тут мне на плечи легли две морщинистые, но будто отлитые из адаманта руки.
— Пахан, не надо.
— Не стоит, — поддержал Эля Ром, так же серьезно глядя мне в глаза. Не останавливай ее.
Я обернулся и только сейчас понял, что в зале Храма остались только мы со всеми выжившими эльфами.
— Не мешай ей, выполнить то, что ей предначертано.
— Стой, — не стал слушать их я, — хотя бы объясни, о чем ты сейчас говоришь!
Принцесса остановилась, вернулась ко мне, но вместо слов приподнялась на цыпочки мягко поцеловав меня в губы.
И в тот же миг перед глазами замелькали простыни логов.
Я как бешеный отмахивался от навалившейся на меня информации, сбрасывая ее на потом, но от последних логов мне отмахнуться не удалось. В отличие от остальных они были напечатаны золотыми, посверкивающими буквами и никуда не уходили, пришлось как последнему идиоту читать их в этот, скажем прямо, неподходящий момент. Впрочем, после второй строчки, письмена смогли привлечь к себе моё внимание.